In accordance with the orders of the President more than twenty regions of Russia 2010 / 2011 the school year began an experiment to implement a school subject "Basics of religious cultures and secular ethics" (ORKSE). The first positive results were the basis for the widespread inclusion of the subject in a comprehensive program 2012 / 2013 academic year. В настоящее время (January – June 2012 of) conducted appropriate training of teachers. In the Altai region, в частности, based AltGPA, from last year master's program is carried out with a similar name.

ORKSE school subject has a number of features:

– consists of six modules alternative "Fundamentals of Orthodox Culture", "Fundamentals of Islamic Culture", "Fundamentals of Buddhist Culture", "Fundamentals of Jewish Culture", "Fundamentals of the world's religious cultures", "Fundamentals of secular ethics", to be studied with the consent of the students and their parents by choice (legal representatives);

– a culturalist (rather than doctrinal) and aims at providing students' moral ideals and values, constitute the basis of religious and secular traditions of multinational culture of Russia;

– meaningfully built around three basic national values: Homeland, family, cultural tradition;

– will be offered to students 4 классов (9-10 лет) relevance in view of development of value orientations in children in this age.

According to reports, the vast majority of public school and support the implementation of COPER. Most often indicated the following reasons:

– will provide national and state identity in socio-differentiated and multicultural environment Russia;

– would be an effective instrument of moral education of the younger generation in the Russian society;

– perform a kind of counterweight, prevalent in today's society consumer landmarks, mass culture and virtual entertainment;

– help to strengthen relations in the "parent-child".

Although there are other opinions:

– children "overwhelmed" at school;

– "Cultural studies education is not relevant to modern society, much more important than technical, News, economic…", Etc..

Conducted with teachers (Primary school teacher, historians, social scientists), prepodavatelyami and metodistami AltGPA (Department of Philosophy and Cultural Studies, Center for Continuing Professional Education) work allows us to speak about their understanding of the importance to achieving the objective ORKSE school. Teachers are aware of, that the basis of normative culture (morals and ethics), defining actions and human activities in various spheres, values ​​are values, giving meaning to life in the literal sense. And the child imposed by society standards are feasible in the case of their perceived need based on internal beliefs. Children do not just learn about values ​​with varying traditions (secular or religious), and will "survive" in the course of their conversation thematically organized. There is an awareness of and, that the culture of any nation is inextricably linked to the original cult (religious), they make it historically and socially forming rod. Religions of Russia (orthodoxy, Islam, Judaism, Buddhism, etc.) the basis of its national culture, and at the level of valuable traditions should be familiar to children. In this perception of different religious traditions is possible only in the format of cultural dialogue, friendship and understanding, always positively perceived that children.

However, teachers do not exclude possible "risks" in the implementation of the school ORKSE. Firstly, schools in certain regions Russian alternative choice may affect the actual differentiation of the children on religious, national basis. Во-вторых, development of children subject involves the active involvement of parents in the educational process, that not all families practiced. Problematic aspect of the difference may be "social level" families, т. to. subject provides training copyright projects using information technology, additional education for children and others. Thirdly, Axiology is the subject of social and altruistic orientation, explicitly included in contradiction with the individualistic attitudes of competitive school-learning environment (portfolio etc..). Fourthly, difficult to imagine an alternative implementation for more than two modules simultaneously subject, especially in rural schools.

Но, despite the possible difficulties, representatives of the school community are confident, thing that comes to school and play an important role in the educational process.

Received 22.05.12

 

 

UDC 63.3(4)

At the moment there has been interest in linguistics to such types of discourse, which were not subject to its active study. In this case we are talking about the religious discourse. Scientists are primarily interested in those texts with religious content, which become known to a wider circle of readers (and listeners) и к которым проявляется интерес со стороны разных групп российского населения. Среди этих текстов значительное место занимает житийная литература – тексты, описывающие жизнь подвижников, которые были причислены церковью к лику святых в XX – начале XXI вв. These works began to refer to the genre of biography, which dates back to the Old Life of. Texts with religious content are studied from different points of view. Одним из важных направлений является описание концептуальной сферы религиозного сознания и ее языковая репрезентация в текстах.

Целью данной статьи является рассмотрение репрезентации в тексте современного жизнеописания концепта святости. В качестве примера мы взяли «Жизнеописание преподобного Макария (Глухарева) первоапостола Алтая» [Жизнеописание, 2009].

Для нас большое значение будет иметь такой важный признак текста как его коммуникативная направленность. При рассмотрении текста жизнеописания с точки зрения его коммуникативности, we, в первую очередь, опираемся на понятие концептуальной структуры текста, которая находит в нем словесное воплощение.

Interpretation of the term "concept" many papers [Kubryakova, 1996; Karasik, Sternin, 2007], but no consensus on this issue is not yet formed. Under konceptom, after S.G. Vorkachevym, мы будем понимать «единицу коллективного знания/сознания (отправляющую к высшим духовным ценностям), имеющих языковое выражение и являющуюся одной из единиц мышления» [Воркачев, 2005]. Hence, концептуальное содержание сознания и текста эксплицируется именно через язык.

Заметим, что концепт может и не иметь обязательной связи со словом или другими языковыми сред­ствами вербализации. Concept can be verbalized, and may not be verbalized language means.

The text of the biography of the concept of holiness is expressed by the nominative fields, объединяющихся в следующие тематические блоки: благо, добро, humility, кротость, самоотверженность, faith, учительство; благовоспитанный, благочестивый, сердечный, ласковый и т.д. The large number of nominations of a concept shows a high density of the plot nominative language system, verbalized that reflects the relevance of the concept for the consciousness of the people [Karasik, Sternin, 2007].

Следует отметить, that the conceptual components of the image, transmission as a portrait, and the internal state of the saint, It takes different forms in the text, have different categorical value. If the author says about such an important person as a saint as "humility", it is evident a certain constant quality, without which a person a saint can not be ranked. Another thing, when the author uses the verb "humbled". In this case, it has shown processuality, emphasis on the, that man brought himself into a quality effort of will, shows his spiritual struggle, not only with the world, but also with himself.

In the genre of biography, as in the lives of the genre, concept of holiness embodied primarily in the form of a man and a, from our point of view, text-forming. From its realization depends on the compositional structure of the text, its ideological and semantic content, as well as the construction of the image of the saint with the help of language units, expressing spiritual content as the main property of the person in the Life [Bolotnova, 2001].

М.Н. Kazennova in the concept of holiness includes the following components: faith in God and love of neighbor; constant prayer and fasting; humility, gentleness and patience; constant surveillance of their thoughts and actions; obedience; otsutstvie ever excesses and t.d. [Kazennova, 2007]. The above virtues give rise to a special relationship to death as the beginning of a new life. Evidence gained sainthood is also an indication of the variety of wonderful talent, which takes the ascetic, as a reward for his tireless spiritual work. На наш взгляд, appropriate to add to this list a number of provisions, concerning the life of the saint was a missionary. This activism literacy and church scripture unenlightened peoples, translated into their language liturgical books, construction of temples, constant struggle with the elements of nature, etc. [Grekova, 2011].

Concept of holiness is constant, gives rise to the so-called canon of hagiographic, implying uniform construction of all hagiographic texts. So, the description of linguistic resources, which makes explicit the content of the concept of holiness in the structure of the text of the biography, we can talk not only about the new language elements, the choice of which, according to our assumption, dictates the text, but also the preservation of the unity of the various options genre hagiographic texts.

Безусловно, While writing the biography of existence and scope, have a decisive impact on the way, as a concept, not only organizes the structure of the product, but linguistic units, by expressing. Прежде всего, this is manifested in the use of synonymous lexical units. Конечно, hagiographer focuses on the idea of ​​the sanctity of the church, approved in the tradition. He can not change these general church concepts. But the concrete historical situation, surrounding St., на наш взгляд, largely influences the perception of the text and writing biographies. В частности, we are considering "Biography St.Makary (Глухарева) Chief Apostle Altai "bears the imprint of its time.

The concept of holiness as a cognitive unit has its own form of expression in the text of the biography. Прежде всего, it has a character antinomiyny, which is shown from the outset biographies Macarius Glukhareva. The author introduces the opposition immediately, distinguishing between the holy world and the world of the common man - goodness and righteousness and wickedness contrasted anger. This two opposing meaningful plan. Ведь, "Holy" – is the perfect, imbued with a high sense of people, possessing divine grace, He dedicated his life to the church and religion, and after the death of a recognized model of righteous living and carrier miraculous power [Burns, 1995, 695]. A sinner - a person, violating religious rules and regulations, it is something harmful, bad, the opposite of goodness and holiness, in principle, [Burns, 1995, 141]. Attention is drawn to the fact, that most of the words, constituting the ideal image of a man in the hagiographic literature, in modern language picture of the world partially or completely lose the imprint of sacredness and transformed into common parlance (wise, crafty, blissful, St.) [Zavalnykov, 2004].

Итак, picture of the world, eksplitsiruemaya genre biography, formed with certain contrasting characteristics. Religious art world biographies presented in the form of rigorous mental and ethical opposition: earthly - heavenly; true - false; everyday - sacral; the love of God - the fear of God, etc.. Such is the antinomy, на наш взгляд, a kind of frame, on which to build a meaningful plan works. We grasp the essence of the concept is not only a set of specific lexical units, but also through the obvious contrast between those signs, introduced into the product as the sanctity, obedience, childishness, spirituality on the one hand, and pride, sin, зависть, unenlightenment other.

The author not only introduces text data antinomy, He gives them specific features, which transmit the worldview of the indigenous population. After all, we know from the biography, that the basis of religious beliefs can be traced Altai pagan dualism, that is, the presence of two elements: light - and dark Ulgen - Erlik. Hence, before the missionary is not an easy task – open and convey to the people the concept of the omnipotence of God - Christ, that is, to awaken their soul is holy beginning, so that people can feel a sense of freedom and open your heart to the divine, righteous and eternal.

Antinomy in the text of the biography can be manifested indirectly, what we see in the following example: "And his calm and clear voice, just obuhom, I hit podletevshih riding foreigners " [Жизнеописание, 2009, 18]. In this proposal, if three parts, the reader who may allocate, terms their cognitive experience, obtained as a result of reading the text: 1) calm and clear voice Macarius Glukhareva; 2) cheeky and rude foreigners; 3) «Just obuhom» – keyword, на наш взгляд, combination of words to the understanding of the opposition. In our minds clearly built up a logical chain: человек, sainted, has a special grace of God, special qualities, which even the beginning of a dark human struggle not able to. These are two different poles, and any person takes the doctrine missionary, changes themselves, or remains unenlightened lifetime. То есть, through the perception of the concept of means of expression, formed not only the idea of ​​holiness, but one becomes aware of such important components, how krotostь, love, patience, credulity, unselfishness, учительство, humanity, etc..

The important point, на наш взгляд, is, antinomy that can be expressed in the text and in the form of a dialogue [Жизнеописание, 2009, 24]:

– Why go again? - Forgetting the duty of hospitality, he said (Boris) hatred. – I hate to look at you and your speech I post.

– And I love you, – said with meekness Father Makari, and villages, by custom, on the porch, with their krotkymy slovami of just Boge.

The whole point of, All the teachings of God made a speech writer in Makary. Through her, he seemed to transmit the basic commandment of Christ to love your enemy.

Таким образом, antinomii, expressing the concept of holiness, прежде всего, relations are represented through the elements of the conceptual sphere, which are linked not only by direct, but also indirectly in the text of the biography. They help to more accurately understand the meaning of such a phenomenon, as "holiness". Besides, the reader is sometimes easier to understand the essence of the concept is indirectly, shaped as a result of his perception.

An important feature of text biographies, distinguishes it from the lives, is, that the protagonist, along with a missionary becomes author, which used a direct participant in an event was not, and was just passed his life and people. The above dialogue is precisely described through the eyes of the author.

"Missionary life - a road, endless travel, sometimes in places unusually wild and impassable, in any weather, not in spite of everything ", – says the author [Жизнеописание, 2009, 28]. And this leads to the veracity of his words as evidence of archpriest o.Stefana Landysheva, the successor of St. Macarius of Mission. These certificates presented Macarius Glukhareva behavior in dealing with natural elements: "A lightning, all continue to shine dazzling snakes, covered river depths; on the faces of my companions it was also an expression of fear and indecision, and just this little strong-willed man pulled the reins of his horse trembling, and she obediently slid into the water from the shore… I remember this moment and now, clearly remember… he is weak and does not set an example to us young, young and strong; his face, lit by lightning, was gently and quietly " [Жизнеописание, 2009, 30]. This piece of text is a capacious antinomy, framing verbal framework formation in the reader's mind the concept of "holiness". Macarius Glukharev "weak and the young" with gentle and calm face, while his companions are young and strong, but with an expression of fear and indecision on his face.

Also, we are considering the concept finds expression in the monologues, submitted sermons of St., missionary in dialogues with himself. Even though the, that monologue - this one-sided phenomenon, author through the use of such forms Can graphically convey to the reader the main idea.

Таким образом, in the text of the biography of the concept of holiness is realized as a right, and indirectly. То есть, in the text there are words with a direct value, directly indicate the manifestation of holiness, как правило, understandable to the reader, even in isolation. The indirect perception requires more human attention and concentration, as the indirect expression of the concept of holiness can be understood only in the system, instead of individual words and phrases. On the indirect representation of the concept we mentioned earlier, but we should not lose sight of the specific and outdated language, environmental image of holiness and text biographies in general: cellar, ryası, ascetic, cell, prosphora, dissenter, Seminary, death and t.d. And does not matter, that it is about Latter-day Saints, you can not write in another language, He predestined history. While new elements are introduced, but in general the tendency to preserve the style and the canon is not destroyed.

The direct incarnation of holiness presented specific tokens through the physical description of the spiritual world and Macarius Glukhareva: "In the seminary with his inspector Glukharev selflessness, humanity, honesty stood out against the background of his colleagues. Mild in nature, he shunned any roughness and its relationship to pupils introduced the most tone friendly, most cordial, tender, encouraging» [Жизнеописание, 2009, 7]. Отметим, that the spiritual aspect of the holy text biographies expressed not only by lexical and syntactic means, and units of the morphological level, primarily due to a different part of speech words Accessories: "Such kindness and humility Archimandrite had a beneficent effect on people" [Жизнеописание, 2009, 28]; "He stood out and modesty and with the absence of any subservience and simplicity ..., and artless treatment during service, and especially the gentle and pleasant expression in facial features. His eyes shone with a sincere, reverence mood people » [Жизнеописание, 2009, 54].

That is the description of the internal state of the missionary observed accumulation of tokens, expressing the quality of its response. Generally, is the concentration in one simple sentence uniform definitions, consecutive successive. This indicates that, that the concept of holiness, being the dominant text, included in the product and gets its spread in a variety of lexical units. In the same places, where it is said, how much work and responsibility lies on the shoulders of a missionary, there is a concentration of nouns, performing the function of the verb: "Missionaries had to deal with all: faith and learning skills of agriculture, teaching literacy to children and adults, supply of agricultural implements, food and clothing, treatment and even childbirth " [Жизнеописание, 2009, 52]. Отметим, that the abundance of repeats Union "and" creates a special stylistic perception fragment. This enhances the perception of the words in the text, lends semantic expression and dynamism. As rightly observed VP. Zavalnykov, This kind of "enhancers", represents the value of the tireless work of the saint, not only on themselves, but also enhances the activity of missionary activity [Zavalnykov, 2004].

Finishing work, the compiler does not forget to pay tribute to the tradition. In conclusion spelled out the exact dates of death of the Monk, days of his memory followed akathist. This is due to the fact, что перед нами – church literature, which itself dictates the rules of its writing, because the texts of this kind are not the essence of the common man, namely St.. Hence, we see the relationship of lexical items, their connections and relations of the communicative intention of the author, and the overall target of the program text. With such a concept, as "holiness", It is reflected in the life of a conceptual picture of the world, which is the result of all spiritual activity of man.

Leksycheskyy, semantycheskyy, semantic level of the text is in a relationship of mutual submission: lexical structure of the text defines its semantic structure, and semantic - semantic structure of the text. The reader understands the meaning of the text and the image in the first place through a variety of communication lexical units, therefore, they are of paramount importance to the communicative side of the text, in particular the interpretation of plan. Lexical structure of the text - is the foundation for understanding the text, a form of semantic representation and semantic level biographies [Bolotnova, 2001]. All this complex system is harmonized in the morphological and syntactic levels of text.

Despite, Lives of the genre over time been altered, works, designed to express, carry only the Divine Truth, constitute a kind of unified semantic space. And this insight into the semantic content allows the reader to understand the motives, encourage authors to write well, and not otherwise, clear all, implying writer, the internal logic of his text message. This includes understanding and evaluation of the linguistic means of expression, used by the author, которые, в свою очередь, based not only on the plot, but grammatical context. This structure offers, and word order, and a preference for the use of a particular time, and the use of certain token or tokens in sequence, and distinctive epithets, - All, that VV. Vinogradov called "verbal rows" [Vinogradov, 1978, 186]. This style elements at all language levels, are related by the interaction and interdependence: syntactic, leksycheskom, grammatical, word-formative, audio, Rhythm.

Таким образом, the text of the biography is a system, consisting of selectively engaged members, which in different ways and at different levels of the text represent the concept of holiness, enter text into a relationship of interaction and allow the reader to focus on its main theme: Reverend holiness missionary.

References

1. Bolotnova, Н.С. The communicative style of a literary text: lexical structure and idiostyle. – Tomsk, 2001.
2. Vinogradov, VV. Избранные труды. The history of Russian literary language. – M., 1978.
3. Воркачев, S.G. Divergent and associative properties teleonomnyh lingvokontseptov: monograph. – Volgograd, 2005.
4. Grekova, IGOR. Genre Lives and zhizneopisaniya svyatogo: problem tozhdestva differences // Science and Education: Problems and Prospects: Materials 13th Regional scientific-practical conference of graduate students, students and pupils. In 2 parts. Часть 2. Biysk, 2011. – С. 16-19
5. Although Zhizneopisanie prepodobnogo (Глухарева) Chief Apostle Altai Akathist. – Biysk, 2009.
6. Zavalnykov, В.П. Linguistic image of the saint in ancient hagiography (problems of linguistic interdependence and extralinguistic content linguistic human image in a certain socio-cultural situation): Dees. for the degree kand.filol.nauk .- Omsk, 2003. 162 с.
7. Kazennova, М.Н. Some features of the existence of hagiography: question of the evolution of the genre // The Church and the problems of modern communications: collection of articles based on the International Scientific and Practical Conference. Nizhny Novgorod Theological Seminary, 5-7 февраля 2007. – Nizhniy Novgorod, 2007.
8. Karasik, VI. Anthology concepts. – M., 2007.
9. Kubryakova, Е.С. Concise Dictionary of cognitive terms.- M., 1996.
10. Burns, SI. Dictionary of Russian language: 80000 words and idiomatic expressions. – M., 1995.

 

References

1. Bolotnova, N.S. Kommunikativnaya stilistika khudozhestvennogo teksta: leksicheskaya struktura i idiostilj. – Tomsk, 2001.
2. Vinogradov, V.V. Izbrannihe effort. Istoriya russkogo literaturnogo yazihka. – M., 1978.
3. Vorkachev, S.G. Variativnihe it associativnihe svoyjstva teleonomnihkh lingvokonceptov: monografiya. – Volgograd, 2005.
4. Grekova, I.V. Zhanr zhitiya i zhizneopisaniya svyatogo: problema tozhdestva i razlichiya // Nauka i obrazovanie: problems and perspective: materialih 13-oyj Regionaljnoyj nauchno-prakticheskoyj konferencii aspirantov, studentov i uchathikhsya. V 2-kh chastyakh. Chastj 2. Biyjsk, 2011. – S. 16-19
5. Zhizneopisanie prepodobnogo Makariya (Glukhareva) pervoapostola Altaya s akafistom. – Biyjsk, 2009.
6. Zavaljnikov, V.P. Yazihkovoyj obraz svyatogo v drevnerusskoyj agiografii (problematika vzaimnoyj obuslovlennosti lingvisticheskogo i ehkstralingvisticheskogo soderzhaniya yazihkovogo obraza cheloveka v opredelennoyj sociokuljturnoyj situacii): Say. na soiskanie uchenoyj stepeni kand.filol.nauk .- Omsk, 2003. 162 s.
7. Kazennova, M.N. Nekotorihe osobennosti bihtovaniya zhitiyjnoyj literaturih: vopros ehvolyucii zhanra // Cerkovj and problems sovremennoyj kommunikacii: sbornik stateyj po materialam Mezhdunarodnoyj nauchno-prakticheskoyj konferencii. Nizhegorodskaya Dukhovnaya seminariya, 5-7 fevralya 2007. – Nizhniyj Novgorod, 2007.
8. Karasik, V.I. Antologiya concepts. – M., 2007.
9. Kubryakova, E.S. Kratkiyj dictionaries kognitivnihkh terms.- M., 1996.
10. Ozhegov, S.I. Tolkovihyj dictionaries russkogo yazihka: 80000 words and frazeologicheskikh vihrazheniyj. – M., 1995.

Received 28.05.12

 

 

UDC 261.8(477)

"Until then,, unless we ourselves

learn to love the people,

свое Отечество и его историю,

свои святыни – мы и других

не сможем научить нас уважать».

Митрополит Иоанн

Современные процессы развития общества, складывание новых экономических отношений, разворачивание глобального кризиса не только в экосистеме, но и в социосфере осознаются многими мыслителями как результат слома аксиологических структур общества, утраты вечных ценностных смыслов, во все времена и во всех культурах игравших роль Оси, на которой держалась Модель мира каждого народа.

В постсоветском пространстве с разрушением культурно-индифферентного концепта «советский народ» с особой остротой встали вопросы культурной самоидентификации как этносов и народов, населяющих Россию, так и самой национальной общности россиян. Не случайно зазвучали призывы о поиске или построении новой Национальной Идеи.

Общеизвестно, что любое общество для обеспечения собственного развития, социальной стабильности и самовоспроизводства формирует соответствующую систему образования. Сегодня на всех ступенях образования стоит проблема формирования новых подходов к обучению, когда школа, вуз должны стать не усовершенствованным “механизмом образования”, а полноценным “Institute of Culture ", able to prepare not only educated, but fully-cultural people. Rationalistic-scientistic nature of Soviet pedagogy developed preconceived, и до сих пор не изжитое представление о том, что главная задача школы – образование, а воспитание – его «производный продукт». Главной функцией образования предполагалось «превращение знаний в убеждения». Но абсурдность этой формулы заключалась в том, что «знание самодостаточно и ему не нужно “превращаться” в убеждение, а убеждение производно не от знания, а от его недостатка!» [2]

И сегодня в условиях динамичного, разнонаправленного развития общества меняется парадигма образования: от «Человека Разумного» к «Человеку Культурному». Behind this definition and are relevant tasks:

1. Parenting Homo habilis and mobile,
2. Parenting spiritual man.

В условиях разработки нового поколения образовательных стандартов (2010 of) в базисные учебные планы общеобразовательных учреждений введена новая образовательная область «Духовно-нравственная культура», реализующая как религиозные, так и светские модули содержания образования.

Учитывая социально-исторические процессы развития России как поликультурного и поликонфессионального пространства, данные мероприятия, implemented at the governmental level, seen as a solution to the pain points of modernity. They pose in front of the Russian education system three socially significant tasks:

• выстраивание устойчивой системы ценностей в сознании молодежи,
• повышение конкурентноспособности отечественного гуманитарного знания в преддверии объединения Европейского образовательного пространства,
• профилактика вовлечения молодежи в деструктивные и экстремистские религиозные группы.

По мнению разработчиков нового образовательного стандарта, одним из эффективных способов решения поставленных задач является преподавание знаний о религии как системе нравственных и культурных ценностей всем желающим россиянам, независимо от вероисповедания и этнической принадлежности.

Incentive to change the content of education in secondary school were the provisions of the "Strategy for modernizing the content of general education" [5] about, что:

– на первое место в современном обществе «должен быть поставлен человек, обладающий значительно большей, чем ранее мерой свободы and ответственности» (стр. 8);

– одним из главных результатов в Стратегии модернизации рассматривается «толерантность, терпимость к чужому мнению; умение вести диалог, искать и находить содержательные компромиссы» (стр. 9);

– в структуре ключевых компетентностей должна быть представлена «компетентность в сфере культурно-досуговой деятельности (включая выбор путей и способов использования свободного времени, культурно и духовно обогащающих личность)» (стр. 19);

– Базисный учебный план обновленной школы должен создать возможности для реализации тенденций «гуманизации и гуманитаризации образовательного процесса, отражения в содержании образования особенностей культуры различных народов России» (стр. 27) и т.п.

Based on the above principles, the first stage of development of the concept of educational area "Spiritual and Moral Culture 'most carefully considered the content of education on the subject" Fundamentals of Orthodox Culture ". What caused the rather ambiguous reaction in society.

I think, no need to convince any educated person in the, что: Orthodox culture, Being the historical core of traditional Russian culture, closely linked with the national cultures of many peoples of Russia in their historical development and current state; that without knowledge of the basics of Orthodox culture impossible adequate assimilation of the values ​​of the Russian classical culture, особенно в ее гуманитарном аспекте.

При этом сохраняется унаследованное от времен тоталитаризма и богоборчества поверхностное утверждение, что государственное образование несовместимо с религиозным в силу светского характера российского государства. При этом в качестве единственно возможного источника знаний о религии называют предмет религиоведение. Другими словами, secularism is understood as an impenetrable shield between society and traditional confessions, in particular in the field of intellectual. Но, if we recall the recent past, we will see, that religion had on the formation of the twentieth century, and, for obvious reasons, Soviet scientists were not able to contribute to this process. Только после упразднения кафедр научного атеизма в начале 1990-ых годов, освободившиеся преподаватели взялись за разработку новой дисциплины, но в прежней мировоззренческой парадигме. Таким образом, религиоведение и по сей день рекомендуют светской школе на основании не содержания, а мировоззрения. Знак равенства ставится между светскостью и атеизмом.

Сегодня и в высшей школе сложилась весьма двойственная ситуация: с одной стороны, уже существует государственный стандарт высшей школы по подготовке теологов в светских учебных заведениях, что является примером светского религиозного образования, а с другой – педалируется негласное «вето» на теологическое образование, являющееся существенной составляющей гуманитарного, kulturosoobraznogo education.

The media turned downright hysteria over the introduction of a new educational field in school curricula. Особо рьяные наседали на то, что предмет «Православная культура» нарушит права представителей других конфессий. До каких пор россияне будут расшаркиваться перед всеми, втаптывая в грязь собственную культуру, историю, достоинство, в конце концов? Во всем мире существует понятие «Титульная религия» – т.е. та, которая является основной, государственной. На территории государства могут проживать люди, принадлежащие к разным конфессиям, и исповедовать те религиозные постулаты, которые считают своими. Но при этом они обязаны знать основы титульной религии и уважать ее догматы.

Почему-то те, кто «вельми борзо» охаивал весьма деликатную попытку хоть чуть одухотворить современную систему образования, не удосужились заглянуть в пояснительную записку к «Примерному содержанию образования по учебному предмету «Православная культура», где подчеркивается, что одним из важнейших принципов, заложенных в основу программы курса, является принцип светского образования. И реализация этого принципа при изучении православной культуры в государственных и муниципальных учебных заведениях обеспечивается:

«1) культурологическим, неиндоктринальным (курсив мой – И.Ж.) содержанием предъявляемых знаний и соответствующей методикой изучения православной культуры;

2) the right of free choice of study courses Orthodox culture students or their parents (legal representatives), educational institutions (their self-government bodies), local and regional educational authorities in accordance with the specific parameters of the social order for Orthodox culturalogical (курсив мой – И.Ж.) образование;

3) организационно-правовой независимостью государственных и муниципальных образовательных учреждений от организаций религиозных конфессий;

4) методическим контролем служб учредителя государственных и муниципальных образовательных учреждений (органов государственной власти и местного самоуправления) за практикой организации и преподавания православной культуры» (стр. 6-7).

Более того, ставится акцент на то, that "the study of Orthodox culture in state and municipal educational institutions is not accompanied by the performance of religious rites, отправлением религиозного культа, не требует от учащихся или их родителей православной религиозной самоидентификации в любой форме и не препятствует их свободному мировоззренческому или конфессиональному самоопределению, не предусматривает обязательного участия обучаемых в религиозных службах, не преследует в качестве образовательной цели вовлечение учащихся или их родителей в религиозную организацию» (стр. 7).

И приходится раз за разом повторять, что православие является духовным стержнем общества, национальной и государственной традицией России, объединяющей всех россиян, независимо от их этнической, конфессиональной, социальной принадлежности.

При этом возникает вопрос к разработчикам концепции образовательной области «Духовно-нравственная культура»: почему на выбор представлены только три мировых религии, National - Judaism and secular ethics? If so much is said about Russia multifaith, why not take into account, that in Russia more than a hundred peoples, которые исповедуют национальные традиционные верования? И именно здесь возникает необходимость ведения корректного межконфессионального диалога, позволяющего учащимся осваивать традиционные ценности своего народа и титульной религии.

Проблема межконфессионального диалога на Алтае, как важная составляющая часть диалога культур, again, at the turn of the century, faced particularly acute. Дело в том, that traditional culture has always been closed on itself: self-sufficient in terms of socio-economic and spiritual sacramental. Как и большинство культур (за исключением античных Греции и Рима) в мировом историко-культурном процессе при взаимодействии с другими культурами занимали позицию настороженности, нередко доходящую до полного отторжения. Но ХХ век стал зоной усиленных культурных контактов, переходным периодом к новому постиндустриальному обществу, в котором повсеместно наблюдаются тенденции интеграции, маркирующие направленность развития человечества в сторону обретения целостности, утраченной в ходе развития цивилизации.

Formerly, чем начать разговор о межконфессиональной ситуации, сложившейся на Алтае в современности, вероятно, стоит рассмотреть проблему диалога как некий культурный концепт, имманентно присущий любой культуре, представляющей собой открытую, живую систему, развивающуюся во взаимодействии с окружающими ее иными системами.

В создавшихся условиях Новейшее время требует пересмотра многих привычных норм: информационные технологии и различные средства коммуникации стирают привычные национальные, социокультурные, экономические и другие границы. Традиционные культуры стремительно втягиваются в интеграционные процессы и оказываются на распутье: preservation of national and cultural identity (but it is fraught with isolationism and blackout as a material, and on the metaphysical levels) or social progress (но цена его – разрушение традиционного уклада жизни, и как следствие: утрата культурной идентичности). Поэтому, как никогда остро в Республике Алтай встал вопрос о духовной основе современного общества, об Идее, способной консолидировать народ. Во все времена религия (или идеология) была цементирующим раствором, на котором держалась государственная система. И чем более эта Идея была созвучна душевному складу народа, тем более прочным и устойчивым было государство.

Так какова же национальная идея Алтая?

Алтай – это не только перекресток путей народов, это не только место встречи древности и современности, это ещё и котел, в котором переплавлялись духовные накопления многих народов: как тех, что населяли его, так и тех, что проходили через него: кто торговыми тропами, а кто и тропою войны. Именно здесь, on the territory of the Altai Altai pagan beliefs clash between two world religions: Buddhism and Christianity.

Buddhism, come here in two ways (с алтайским ламой Боором и с ламами монгольских завоевателей), for 200 лет прижился на алтайской земле, вобрав в себя элементы «белого шаманизма», создал своеобразную форму алтайской духовной доктрины, получившей название «Ак jанг» или «бурханизм».

Христианство представлено здесь двумя ветвями: православием и старообрядчеством. Православие пришло на Алтай с открытием в середине XIX века Алтайской духовной миссии, заложившей основания для выращивания новой алтайской интеллигенции. Религиозно-подвижническая практика старообрядцев, пришедших на Алтай в поисках Беловодья, также сыграла большую роль в формировании духовной культуры края.

И сегодня в кругах общественности Алтая, инициированные алтайской интеллигенцией, идут жаркие дебаты по поводу определения Национальной Идеи. И благая, казалось бы, цель приводит к нешуточным столкновениям, often turning into opposition: representatives of traditional pagan beliefs reject not only Buddhism and Christianity as alien, and mean - chuzhdыe culture, no i «Ak Jang», как некий суррогат и новодел. Сами представители движения «Ак jанг» называют Белую веру исконной, имманентно принадлежащей алтайской культуре.

Буддисты и христиане видят в этих мировых монотеистических религиях, объединяющих многие миллионы жителей планеты, действенное средство, способное, наконец, объединить в своих рядах многострадальный алтайский народ, отчаянно пытающийся восстановить свою целостность и былую славу колыбели тюрков.

В чем же причина этой, казалось бы, неразрешимой ситуации? На наш взгляд – это отсутствие конструктивного диалога между представителями всех конфессий, бытующих на Алтае. И основная причина незатихающего спора – в глубинном страхе потерять свою самобытность. Но парадокс заключается в том, что для того, чтобы состоялся диалог – нет необходимости отказываться от своих убеждений и ценностей. Одним из обязательных условий диалогических отношений является разнообразие его участников. Согласно закону необходимого разнообразия, сформулированному У. Эшби в кибернетике, "Lack or inadequacy of diversity may indicate a violation of the integrity of subsystems, components of this system " [4]. Т.е. any living system (каковой является и сам алтайский народ, и его культура) только тогда устойчива для внутренних и внешних возмущений, когда обладает достаточной степенью разнообразия, adequate directed at her external influence.

Altay people has a rich history, filled with the tumultuous events, outstanding personalities and their deeds. И в процессе выстраивания сегодняшнего диалога не только нельзя об этом забывать, но напротив, необходимо разбираться в нюансах и подтекстах свершившихся деяний, осознавать их культурные и исторические смыслы. И вся эта история пронизана глубинными духовными переживаниями и сложными процессами кристаллизации духовной матрицы народа.

Во все времена человек, пытаясь постичь законы устройства мира, осознавал, что есть высшие силы, управляющие этими законами. Реальные наблюдения человека за окружающим миром, интуитивные ощущения и эмоциональные переживания от общения с силами природы – все это постепенно складывалось в определенную систему знаний, которую можно определить как МИФ. Будучи сплавом сокровенных знаний о мире, космосе, о самом человеке, представленными в образной, метафорической форме, где перемежаются вымысел и реальность, художественность и история, Myths still retained their relevance. They are presented in an indissoluble unity of poetry and philosophy, religion and ethics of the people.

Mythology indigenous Altai has well-structured, is a holistic, consistent system of beliefs. Already in the early runic inscriptions, оставленных древними тюрками на реке Орхон в Монголии упоминаются такие божества, как Тенгри (небо), Йер-Су (духи земли и воды), Умай (покровительница домашнего очага и плодородия).

Ученые считают, что вера в Синее Небо Тенгри возникла задолго до того, как развилась первая евразийская кочевая империя Тюркский каганат. Тенгри – это Высшая Космическая Сила, несотворимая и неуничтожимая. Разные народы в своих мифах говорят об этой силе: древние египтяне ее называли Атум, древние индийцы – Брахман, древние иудеи – Элохим, древние славяне – Род, древние китайцы – Тянь. Все эти народы ВЕДАЮТ, т.е. обладают Высшим Знанием о том, что Тенгри, Атум, Тянь… – это имена Единой Высшей Космической Силы, которая сотворила весь мир и является его основой. А все остальные боги и духи природных стихий – многочисленные грани, отражающие величие и мудрость Высшей Силы.

Тенгри – это Закон мироустройства. Он распоря­жается судьбами космоса, государства, на­рода и отдельного человека. Тенгри-хан мыслился огромных раз­меров, что отражало его космические масштабы небесного бога, тождест­венного самому небу, а титул «хан» указывал на главенствующее положе­ние — во Вселенной или в пантеоне богов.

Пратюркские племена почитали его как «Вечное Синее Небо» – Кёк-Тенгри. In almost unchanged this cult figures and medieval Mongols (Monhe-Tengri). Later, a single image of a benevolent, omniscient, rightly divine Heaven (Tengri) в наибольшей мере сохранился у хакасов и у монголов. Но постепенно глубокое ведическое знание о Тенгри начинает распадаться на отдельные религиозные культы. Сначала имя «Тенгри» стало прилагаться верхов­ному божеству, живущему на небе. То есть Небо уже не осмысливается как сам Космос и Закон мироустройства, а лишь как место жительства небесного бога. А потом слово «тенгри» стало обозначать бога вообще (например, в буд­дийских, манихейских, мусульман­ских текстах).

Так произошел распад первичного монотеизма на политеистические религиозные системы, термин «тенгри» закрепил­ся за классом небесных богов. Место же верховного бога в шаманской мифологии у тюрок и, особенно, у монголов, заняли другие персонажи: Ульгень, Хормуста.

Shamanizm, который пронизывает все стороны жизни алтайцев, некоторые исследователи, and the people themselves are treated as ancient Altai, hence, – primitive form of religion. This opinion, по меньшей мере, incorrect. Shamanism is natural system of human interaction with the environment. It is in the fullest sense - a system of spiritual practices, которая не нуждается в теоретических обоснованиях и регламентирующих правилах или догматах. Особенностью традиционной культуры Алтая является глубинное понимание способов взаимодействия человека с Природой, во всех ее проявлениях: from a single source or ancestral mountains to the cosmic scale (Tengri). Altaian commits itself a religious rite, без каких-либо «посредников». Сам выбирает место закладки тагыла-алтаря, and according to their "light spectrum". Perceiving the energy flow of the selected area, corresponding own energy flows, человек многократно усиливает свою мыслеформу и создает своеобразный «канал» общения. Каждый человек ищет только ему соответствующее место. И поэтому, ни шаманы, ни ярлыкчи никогда не были руководителями в религиозной деятельности алтайца. Он совершает свой обряд в одиночку так, как ОН ощущает энергетику этого места. Более того, с точки зрения алтайской философии, perform a ritual not to solve their problems, and to bless the Altai, give a surplus of positive, гармонизирующих энергий. При этом понятно, that if a person does not have these energies in excess, he can not do anything to give. It is a law of nature. Therefore Altai culture unacceptable mass prayers. И шаманистам нет необходимости прописывать законы взаимодействия человека с естественными силами Природы. Т.к. в природе все подвижно и изменчиво, то и общаться с ней необходимо, адекватно реагируя на изменяющиеся состояния.

Все религиозные системы апеллируют к трёхчастной структуре Вселенной: миру богов, миру людей, миру демонов. А шаманские камлания – это практический способ взаимодействия с этими мирами. Шаманизм по определению не имеет записанных священных книг (таких как «Библия» у иудеев, «Ригведа» у индийцев, тибетская «Книга мертвых» и т.п.), но знания шаманов о мироустройстве соответствуют и не противоречат этим священным текстам.

Специфика современной ситуации в области межконфессионального диалога должна быть рассмотрена в «перекрестье» диахронического и синхронического аспектов. Прослеживая процесс последовательных смен религиозных доктрин на Алтае, необходимо учитывать синхронные им процессы. Во все периоды истории Алтая, какая бы духовная доктрина ни господствовала, древние исконные основы, сформированные в эпоху тенгрианства, продолжали существовать и незримо присутствовать в повседневном быту, в почитании священных мест, в табу и шаманских ритуалах.

В результате гибели Тюркского каганата и последующих волн монгольской интервенции происходило разрушение стройной духовной концепции древних жителей Алтая. Религиозные верования распадались на свои составные части, превращаясь во множество мелких религиозных культов. Но воспоминание о былом духовном единстве жило в подсознании народа, выливаясь в заимствование монотеистических культов и выстраивание на их основе собственной концепции. Так произошло с буддизмом и бурханизмом, а также с православием.

Взаимодействие с Джунгарией и проникновение ойратов в Горный Алтай оказывало сильное влияние ламаизма (монголо-тибетской разновидности буддизма). Еще в первой половине XVII в. осуществлялись попытки джунгарских правителей насильственно ввести «желтую веру» (Lamaism) в «Кан-каракольской землице», расположенной на территории современных Онгудайского и Усть-Канского районов Республики Алтай. Эта земля, в частности западноалтайские горные степи (Канская, Теньгинская) a long time was a part of Dzungaria, Lamaism which was adopted in the 1616 of, penetrate and there he became a much earlier. In the future, Kang Karakolskaya bit of land will be the core of a new nation Altai-Kizhi.

Известную роль в закреплении ламаизма здесь сыграло бегство джунгар после разгрома ханства и оседание их на территории своих бывших данников и союзников кан-каракольцев. Попавший в XVII-XVIII вв. на местную религиозную почву ламаизм не был воспринят целиком, но постепенно, в процессе культурного взаимодействия кан-каракольцев и джунгар, ламаизм перестал восприниматься как нечто инородное, адаптировался к местной религиозной среде. Будучи поначалу «чужим» и навязываемым пришельцами джунгарами, через 150 лет после падения Джунгарского ханства, ламаизм ойратского происхождения стал восприниматься уже как часть собственной, алтайской культуры и постепенно создал почву для возникновения новой веры, получившей название «бурханизм» или «Ак Jанг».

Кан-каракольская землица стала колыбелью «новой веры» не на пустом месте. Она подвергалась ламаистскому воздействию, по крайней мере, три столетия. Это легко проследить по следующим признакам:

– Имя Бурхан, как имя, обозначающее бога, известно алтайцам издревле и является универсальным центральноазиатским понятием. In Lamaism same as the Buddha called Burhan, and its image.

– Title Burkhanist prayers - "Murgulia" (root word zapadnomongolskogo) - Known and Lamaist world.

– Наименование культовых сооружений бурханистов «курее», «суме» (прямоугольные жертвенники и алтари из дикого камня) – не что иное, как использование названий ламаистских монастырей (хурээ, суме).

– Алтайцы помнят древние сказания о том, как ламаисты, борясь с религией местного населения, сжигали камов.

– Наиболее ярко ламаистское влияние проявляется в резком изменении отношения бурханистов к воде. Если шаманисты старались избегать соприкосновений с нею, that representatives of the "white faith" is widely used in the ritual of water (ohms, bathing in the springs-Arzhanov, accompanied by praise "healing", "Purifying" the power of water).

Per se, Burkhanism helpful reformed under the influence of Lamaism, shamanism. Discarding the bloody sacrifices, Worship erlika, god of the underworld, he renewed reverence Uch-Kurbustana (revered since the time of the Turkic Khanate), as the supreme deity, and retained the worship of fire. Altai new faith called "white" or "breast", as opposed to shamanism, which is considered "black" faith and widely practiced in the Altai.

If in the early stages Burkhanists not accept Shamanism (until beating kams, уничтожения их бубнов и других атрибутов), что вполне закономерно на ранних этапах становления новой веры, для того, чтобы отмежеваться от той системы, которая его, по сути дела, породила; то позже начинается процесс возвращения в «белую веру» собственно шаманистских представлений, разрастается его пантеон, единобожие фактически заменяется политеизмом. В бурханистских молениях поминаются Тенгри, Jьер-Суу, Умай-Эне как божества верхнего мира – о них не забыли, хотя боролись с шаманизмом. Также почитают «ээзи» – духов-хозяев конкретной местности, слившихся в образ «Алтайдынг-ээзи» – Хозяина Алтая. Вновь применяется обязательное привязывание лент к деревьям на перевалах, у источников, как выражение благодарности их «хозяевам». А почитание «От-эне» – Матери-Огня, в бурханизме даже возрастает; делается более строгой система запретов, связанных с культом огня, поскольку в бурханизме велика роль идеи «ритуальной чистоты».

Но есть еще одна особенность бурханизма. Ряд исследователей усматривают в нем наличие христианских мотивов. Это также имеет свои причины: бурханизм способствовал выстраиванию системы религиозно-мифологических верований алтайцев, по сути, осуществив возврат к монотеизму, утраченному с распадом культа Тенгри.

– Исследователи [Н.О. Тадышева, 125-127] находят прямые параллели с христианскими обрядами:

«1. Православная церковь во время обряда крещения давала имя новокрещеному. Новые «байлу», имена, давали своим последователям и бурханисты.

2. Во время служб священники и их паства стояли. Служители бурханистского культа также читали молитву стоя.

3. Миссионеры вели проповедническую деятельность. Бурханистские агитаторы тоже объезжали юрты алтайцев, разъясняя суть новой религии, обучая хозяев совершению обрядов, пению, т.е. работали с шаманистами, чтобы те перешли в бурханизм.

4. Алтайская духовная миссия запрещала жениться на не христианке и выходить замуж за не христианина. Бурханисты также запрещали не только жениться на христианках и шаманистках, но и требовали даже отказа от общения с ними.

5. Миссионеры во время служб, работы постоянно использовали святую воду. У бурханистов вода с можжевельником также имела функцию очищения»

Эти совпадения не случайны, т.к. православное христианство также давало пример духовного единства, и этим было привлекательно.

Православие пришло на Алтай значительно позже ламаизма – с началом деятельности Алтайской православной миссии, основанной в 1830 году преподобным Макарием Глухаревым, ученым архимандритом, одним из самых выдающихся миссионеров Русской Православной Церкви за всю ее многовековую историю.

Преподобный Макарий (Глухарев) и святитель Макарий (Невский), ставший в будущем митрополитом Московским, за свои миссионерские труды прославлены Русской Православной Церковью и причислены к лику святых.

Алтайская Духовная миссия не была первой по времени учреждения Миссией Русской Православной Церкви в Сибири, не была она и самой большой по многочисленности паствы или по протяженности территории, на которой действовала. Но на Иркутском миссионерском съезде 1910 года она была названа «образцом и руководителем» для других Миссий, как наиболее приблизившаяся к идеалу православного миссионерства. Столь высокое признание Алтайская Духовная миссия получила потому, что воспитала целую плеяду миссионеров-подвижников для Алтайской и других Духовных Миссий Русской Православной Церкви, as well as, потому что православное просвещение народов Алтая совершалось алтайскими миссионерами в духе евангельской кротости и было подлинно апостольским служением. Некоторых алтайских миссионеров современники еще при жизни именовали равноапостольными или даже апостолами Алтая.

Все первое поколение алтайской интеллигенции — учителя, врачи, писатели, художники были исключительно воспитанниками миссионерских школ, или детьми алтайцев-миссионеров, или бывшими сотрудниками Алтайской Духовной Миссии. (Миссия издавала книги на алтайском языке, имела врачебную службу в лице фельдшеров и оспопрививателей-миссионеров.) Перед революцией 1917 года Миссия имела 30 миссионерских станов, more 40 церквей, десятки часовен, 84 школы, при каждой из которых была устроена библиотека.

Важно помнить, что деятельность Алтайской Духовной миссии была нацелена не на внедрение русской культуры, а на донесение до жителей Алтая идеи Единого Бога, проявляющего свою благодать через любовь к людям. Именно эту Любовь и демонстрировали первые алтайские миссионеры через свое служение, чем и привлекли в лоно православной церкви тысячи новокрещенных алтайцев.

Но справедливости ради стоит сказать, что образ национального героя-спасителя Ойрот-хана жителям Алтая был ближе и понятнее, чем образ Христа. И забыв о страданиях и притеснениях, чинимых коренному населению Алтая джунгарами (в Джунгарское ханство входили племена ойротов), алтайцы наделяют Ойрот-хана чертами доблестного воина, богатыря, как бы перенося «великое», «идеальное» прошлое на образ будущего, когда наступит всеобщее благоденствие.

Совершив этот краткий экскурс в историю духовных перипетий алтайского народа, убеждаемся в многочисленных примерах межкультурных и межконфессиональных контактов, нередко становившихся подлинным диалогом.

Ключевым качеством диалога является двунаправленность процесса взаимодействия, когда «обратное движение, основанное на архетипе «мены», наделяет любую зеркальность и диалог способностью смыслопорождения, что в свою очередь, повышает устойчивость системы» [1, с. 8].

На обыденном уровне диалог нередко воспринимается как обмен двумя логиками. Но если эти логики не прирастают новыми смыслами, а остаются «каждый при своем мнении», то, по сути, это два монолога, каждый из которых считает своим долгом высказать свое мнение, но «не опускается» до того, чтобы услышать доводы оппонента. Сегодняшняя межконфессиональная ситуация на Алтае, properly, так и выглядит.

М.С. Каган в своих трудах по культурологии, обосновывая метод системных исследований как основу становления современных гуманитарных наук, разводит понятия «диалог» и «коммуникация». According to him, сущностным качеством диалога является его субъект-субъектная природа, симметричность, двунаправленность его процесса, нацеленность на обретение общности. В то время как коммуникация имеет однонаправленное действие от субъекта к объекту, где последний занимает пассивную, воспринимающую, позицию. Когда какая-либо из конфессий начинает укреплять свои позиции посредством навязывания своих, как она считает, единственно верных постулатов, – такая коммуникация приводит сначала к подавлению оппонентов, а затем и к неминуемому бунту.

Таким образом, диалог может состояться только между участниками, у которых уже сформировались качества субъектности. Целостное понимание своей и чужой культуры возможно только тогда, когда заявленные логики способны к смыслопорождению – пониманию и принятию иной логики. Примером диалогического смыслопорождения может служить образ Ойрот-хана. Его мессианский облик – не только наследие пришлых религий: ламаизма или христианства. Алтайский Ойрот-хан – это не Майтрейя буддистов и не христианский Иисус. Это свой, древний, национальный герой, обладающий множеством характерных, специфически алтайских черт. Hence, и бурханизм – это не просто «новая фаза» развития шаманизма или деградация какой-либо мировой религии. Это весьма своеобразная религиозная система, в основе которой заложена идея становления собственной национальности, своей истории.

Природа диалога имеет триадную основу. Он оказывается состоявшимся лишь тогда, когда в ходе диалога, презентирующего две логики «теза – антитеза», порождается третья, качественно новая – синтеза.

Триада содержит в себе архетип устойчивости, целостности: три точки опоры необходимы и достаточны для достижения устойчивости; трансцендентное единство – Бог имеет троичную природу.

Л. Баткин, М. Бахтин, SE. Лотман, разрабатывая теорию диалога, говорят о позиции «третьего» в диалоге. Но третьего не в арифметическом, буквальном, смысле, а, скорее, в метафизическом. Этот третий – «мнимый», but, тем не менее, совершенно реальный участник диалога.

Общеизвестно, что дуалистическая парадигма классической науки, примененная к гуманитарным наукам, в конце концов, завела их в тупик. Дело в том, что семантическая основа четных чисел олицетворяет пассивное (иньское) начало, ассоциируется с разделением, разобщением, конфликтом. В то время, как триада содержит в себе концепт целостности. И применяемый повсеместно принцип государственного управления «разделяй и властвуй» сегодня на руку политикам и чиновникам-временщикам, успевающим, пока они у распределителя, прибрать к своим рукам все, что плохо лежит. И немалым подспорьем им в этом процессе является спор монологов разных конфессий, представленных на Алтае. Каждая из них зазывает в свои ряды прихожан, нахваливая себя и пороча остальных.

Сегодня появилась еще одна уловка в мировой практике, которая, якобы, примиряет между собой все религии – это создание новой, синтезийной религии, such, как бахаизм в Индии. И это не новая идея.

Параллельно с развитием в культурологии проблемы диалога и диалогических отношений происходило становление теории синтеза. Она возникла как естественная реакция на процесс дробления, декомпозиции, специализации и конкретизации всех областей культуры, приведший к началу ХХ века к предельной фрагментарности картины мира в сознании человека, and, как следствие, к мозаичности мировосприятия. Синтетическая парадигма была призвана восстановить утраченную целостность, что проявилось в бурном процессе ремифологизации – возрождении древних мифологий и становлении новых мифов. Собственно, по этому пути и пошли бурханисты на Алтае. Однако, решив некоторые частные проблемы в развитии искусства и некоторых явлений культуры, синтезийная парадигма не принесла ожидаемых результатов на уровне всей системы. Синтетическая целостность системы оказалась достижимой, но дорогой ценой: утратой индивидуальности составляющих ее подсистем – разрушением их субъектности. Поэтому и начинал свою историю бурханизм с репрессий над камами, чего ему до сих пор не простили шаманисты.

* * *

Единственным средством преодоления духовного кризиса на рубеже тысячелетий может стать подлинный межконфессиональный диалог как эффективное средство обретения утраченной целостности. И если подлинной изначальной духовной целостностью на Алтае обладала доктрина Тенгрианства, может быть, она и смогла бы стать основой современного межконфессиональьного диалога, который бы строился на поиске общности, изначально и имманентно присущей всем ведическим доктринам? Высшая Божественная реальность едина, несотворима и неуничтожима. Она была, есть и пребудет вечно, независимо от того: как ее будет называть человек, и вообще – будет ли существовать само человечество. Но пока человек существует, его главная цель: хранить этот мир и во имя этого – учиться постигать Божественный замысел.

Антиэнтропийная направленность диалога способна выводить систему из состояния кризиса. И наивысшей формой проявления диалога является эвристический диалог – продуктивный, порождающий качественно новую, отсутствовавшую прежде данность. Этой данностью может стать порождение современных смыслов изначальной целостности Тенгрианства.

Непростые процессы, протекающие сегодня на Алтае, to some extent,, имеют своей причиной утрату преемственности, происходившую не только в период богоборчества ХХ века, но и в тяжелые годы раскола государственности и иностранной экспансии предыдущих эпох. Однако введение в школьное образование основ традиционной духовной культуры сможет заполнить, хотя бы частично, создавшийся вакуум.

Как говорилось выше, true inter-religious and intercultural dialogue is only possible between the self-sufficient entities: русской православной культурой и традиционной духовной культурой Алтая. Осталось дело «за малым»: разработать содержание образования по традиционной духовной культуре и придать этому курсу по выбору такой же статус в учебном плане, как и четырем означенным. На Алтае для этого есть и научный потенциал, способный выполнить эту работу, и те вершины Духа, которые веками выкристаллизовывали характер и ценности алтайского народа.

References

1. Балакина, E.I. Проблема диалогических контактов в истории художественной культуры // Avtoref. дисс. На соискание ученой степени кандидата культурологических наук,
2. Zhernosenko, IA. Сакральные центры Алтая как историко-культурный и геофизический ресурс формирования ноосферного типа сознания // Природные условия, история и культура западной Монголии и сопредельных регионов: материалы VIII международной конференции (Горно-Алтайск, 19-23 сентября 2007 of) – Т.1. – Горно-Алтайск: РИО ГАГУ, 2007.
3. Kagan, М. С. Воспроизводство российской интеллигенции как педагогическая проблема // Формирование российского интеллигента в университете. СПб., 2000.
4. Kagan, М.С. Системный подход и гуманитарное знание. - L., 1991.
5. Система. Симметрия. Гармония / под ред. В.С. Тюхтина, YA. Урманцева. - M., 1988.
6. modernization of general education strategy. - M., 2001
7. Тадышева, Н.О. Проблемы христианизации алтайского народа (по материалам из фондов национального музея республики Алтай им. А.В. Анохина). // Алтай – Россия: через века в будущее. Материалы Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 250-летию вхождения алтайского народа в состав Российского государства. 16 – 19 May 2006 g. – Т.I. – Горно-Алтайск, 2006.

References

1. Balakina, E.I. Problema dialogicheskikh kontaktov v istorii khudozhestvennoyj kuljturih // Avtoref. diss. Soiskanie uchenoyj candidate stepeni kuljturologicheskikh Nauka,
2. Zhernosenko, I.A. Sakraljnihe Centrix Altaja kak HISTORICAL kuljturnihyj geofizicheskiyj resource formirovaniya noosfernogo plug soznaniya // Prirodnihe Terms, History kuljtura zapadnoyj Mongolian regions sopredeljnihkh: Materials VIII mezhdunarodnoyj conferences (Gorno-Altayjsk, 19-23 sentyabrya 2007 g.) – T.1. – Gorno-Altayjsk: Gagu RIO, 2007.
3. Kagan, M. S. Vosproizvodstvo rossiyjskoyj intelligencii kak pedagogicheskaya Problem // Formirovanie rossiyjskogo Intelligent University. SPb., 2000.
4. Kagan, M.S. Sistemnihyj podkhod gumanitarnoe znanie. - L., 1991.
5. System. Symmetry. Harmony / pod red. V.S. Tyukhtina, Yu.A. Urmanceva. – M., 1988.
6. Strategiya modernizacii soderzhaniya obthego obrazovaniya. – M., 2001
7. Tadihsheva, N.O. Problems khristianizacii altayjskogo nation (material trace of the Fund nacionaljnogo museum Altayj important. A.V. The nokhina). // Altayj - Russia: cherez lid in buduthee. Materials Vserossiyjskoyj NAUCHNO-prakticheskoyj conferences, posvyathennoyj 250-th anniversary of vkhozhdeniya altayjskogo Naro Roster Rossiyjskogo gosudarstva. 16 – 19 maya 2006 g. – T.I. – Gorno-Altayjsk, 2006.

Received 12.05.12

UDC 261.8(477)

IA. Zhernosenko,

Altai State Technical University. I.I. Polzunova, g. Barnaul, Head. kafedroy KiKT, Candidate. Cultural, docent, iaj2002@mail.ru

---

Keywords: interfaith dialogue, orthodoxy, tengrianstvo, Buddhism, Lamaism, shamanizm, national idea

---

"Until then,, unless we ourselves

learn to love the people,

свое Отечество и его историю,

свои святыни – мы и других

не сможем научить нас уважать».

Митрополит Иоанн

Современные процессы развития общества, складывание новых экономических отношений, разворачивание глобального кризиса не только в экосистеме, но и в социосфере осознаются многими мыслителями как результат слома аксиологических структур общества, утраты вечных ценностных смыслов, во все времена и во всех культурах игравших роль Оси, на которой держалась Модель мира каждого народа.

В постсоветском пространстве с разрушением культурно-индифферентного концепта «советский народ» с особой остротой встали вопросы культурной самоидентификации как этносов и народов, населяющих Россию, так и самой национальной общности россиян. Не случайно зазвучали призывы о поиске или построении новой Национальной Идеи.

Общеизвестно, что любое общество для обеспечения собственного развития, социальной стабильности и самовоспроизводства формирует соответствующую систему образования. Сегодня на всех ступенях образования стоит проблема формирования новых подходов к обучению, когда школа, вуз должны стать не усовершенствованным “механизмом образования”, а полноценным “Institute of Culture ", able to prepare not only educated, but fully-cultural people. Rationalistic-scientistic nature of Soviet pedagogy developed preconceived, и до сих пор не изжитое представление о том, что главная задача школы – образование, а воспитание – его «производный продукт». Главной функцией образования предполагалось «превращение знаний в убеждения». Но абсурдность этой формулы заключалась в том, что «знание самодостаточно и ему не нужно “превращаться” в убеждение, а убеждение производно не от знания, а от его недостатка!» [2]

И сегодня в условиях динамичного, разнонаправленного развития общества меняется парадигма образования: от «Человека Разумного» к «Человеку Культурному». Behind this definition and are relevant tasks:

1. Parenting Homo habilis and mobile,
2. Parenting spiritual man.

В условиях разработки нового поколения образовательных стандартов (2010 of) в базисные учебные планы общеобразовательных учреждений введена новая образовательная область «Духовно-нравственная культура», реализующая как религиозные, так и светские модули содержания образования.

Учитывая социально-исторические процессы развития России как поликультурного и поликонфессионального пространства, данные мероприятия, implemented at the governmental level, seen as a solution to the pain points of modernity. They pose in front of the Russian education system three socially significant tasks:

• выстраивание устойчивой системы ценностей в сознании молодежи,
• повышение конкурентноспособности отечественного гуманитарного знания в преддверии объединения Европейского образовательного пространства,
• профилактика вовлечения молодежи в деструктивные и экстремистские религиозные группы.

По мнению разработчиков нового образовательного стандарта, одним из эффективных способов решения поставленных задач является преподавание знаний о религии как системе нравственных и культурных ценностей всем желающим россиянам, независимо от вероисповедания и этнической принадлежности.

Incentive to change the content of education in secondary school were the provisions of the "Strategy for modernizing the content of general education" [5] about, что:

– на первое место в современном обществе «должен быть поставлен человек, обладающий значительно большей, чем ранее мерой свободы and ответственности» (стр. 8);

– одним из главных результатов в Стратегии модернизации рассматривается «толерантность, терпимость к чужому мнению; умение вести диалог, искать и находить содержательные компромиссы» (стр. 9);

– в структуре ключевых компетентностей должна быть представлена «компетентность в сфере культурно-досуговой деятельности (включая выбор путей и способов использования свободного времени, культурно и духовно обогащающих личность)» (стр. 19);

– Базисный учебный план обновленной школы должен создать возможности для реализации тенденций «гуманизации и гуманитаризации образовательного процесса, отражения в содержании образования особенностей культуры различных народов России» (стр. 27) и т.п.

Based on the above principles, the first stage of development of the concept of educational area "Spiritual and Moral Culture 'most carefully considered the content of education on the subject" Fundamentals of Orthodox Culture ". What caused the rather ambiguous reaction in society.

I think, no need to convince any educated person in the, что: Orthodox culture, Being the historical core of traditional Russian culture, closely linked with the national cultures of many peoples of Russia in their historical development and current state; that without knowledge of the basics of Orthodox culture impossible adequate assimilation of the values ​​of the Russian classical culture, особенно в ее гуманитарном аспекте.

При этом сохраняется унаследованное от времен тоталитаризма и богоборчества поверхностное утверждение, что государственное образование несовместимо с религиозным в силу светского характера российского государства. При этом в качестве единственно возможного источника знаний о религии называют предмет религиоведение. Другими словами, secularism is understood as an impenetrable shield between society and traditional confessions, in particular in the field of intellectual. Но, if we recall the recent past, we will see, that religion had on the formation of the twentieth century, and, for obvious reasons, Soviet scientists were not able to contribute to this process. Только после упразднения кафедр научного атеизма в начале 1990-ых годов, освободившиеся преподаватели взялись за разработку новой дисциплины, но в прежней мировоззренческой парадигме. Таким образом, религиоведение и по сей день рекомендуют светской школе на основании не содержания, а мировоззрения. Знак равенства ставится между светскостью и атеизмом.

Сегодня и в высшей школе сложилась весьма двойственная ситуация: с одной стороны, уже существует государственный стандарт высшей школы по подготовке теологов в светских учебных заведениях, что является примером светского религиозного образования, а с другой – педалируется негласное «вето» на теологическое образование, являющееся существенной составляющей гуманитарного, kulturosoobraznogo education.

The media turned downright hysteria over the introduction of a new educational field in school curricula. Особо рьяные наседали на то, что предмет «Православная культура» нарушит права представителей других конфессий. До каких пор россияне будут расшаркиваться перед всеми, втаптывая в грязь собственную культуру, историю, достоинство, в конце концов? Во всем мире существует понятие «Титульная религия» – т.е. та, которая является основной, государственной. На территории государства могут проживать люди, принадлежащие к разным конфессиям, и исповедовать те религиозные постулаты, которые считают своими. Но при этом они обязаны знать основы титульной религии и уважать ее догматы.

Почему-то те, кто «вельми борзо» охаивал весьма деликатную попытку хоть чуть одухотворить современную систему образования, не удосужились заглянуть в пояснительную записку к «Примерному содержанию образования по учебному предмету «Православная культура», где подчеркивается, что одним из важнейших принципов, заложенных в основу программы курса, является принцип светского образования. И реализация этого принципа при изучении православной культуры в государственных и муниципальных учебных заведениях обеспечивается:

«1) культурологическим, неиндоктринальным (курсив мой – И.Ж.) содержанием предъявляемых знаний и соответствующей методикой изучения православной культуры;

2) the right of free choice of study courses Orthodox culture students or their parents (legal representatives), educational institutions (their self-government bodies), local and regional educational authorities in accordance with the specific parameters of the social order for Orthodox culturalogical (курсив мой – И.Ж.) образование;

3) организационно-правовой независимостью государственных и муниципальных образовательных учреждений от организаций религиозных конфессий;

4) методическим контролем служб учредителя государственных и муниципальных образовательных учреждений (органов государственной власти и местного самоуправления) за практикой организации и преподавания православной культуры» (стр. 6-7).

Более того, ставится акцент на то, that "the study of Orthodox culture in state and municipal educational institutions is not accompanied by the performance of religious rites, отправлением религиозного культа, не требует от учащихся или их родителей православной религиозной самоидентификации в любой форме и не препятствует их свободному мировоззренческому или конфессиональному самоопределению, не предусматривает обязательного участия обучаемых в религиозных службах, не преследует в качестве образовательной цели вовлечение учащихся или их родителей в религиозную организацию» (стр. 7).

И приходится раз за разом повторять, что православие является духовным стержнем общества, национальной и государственной традицией России, объединяющей всех россиян, независимо от их этнической, конфессиональной, социальной принадлежности.

При этом возникает вопрос к разработчикам концепции образовательной области «Духовно-нравственная культура»: почему на выбор представлены только три мировых религии, National - Judaism and secular ethics? If so much is said about Russia multifaith, why not take into account, that in Russia more than a hundred peoples, которые исповедуют национальные традиционные верования? И именно здесь возникает необходимость ведения корректного межконфессионального диалога, позволяющего учащимся осваивать традиционные ценности своего народа и титульной религии.

Проблема межконфессионального диалога на Алтае, как важная составляющая часть диалога культур, again, at the turn of the century, faced particularly acute. Дело в том, that traditional culture has always been closed on itself: self-sufficient in terms of socio-economic and spiritual sacramental. Как и большинство культур (за исключением античных Греции и Рима) в мировом историко-культурном процессе при взаимодействии с другими культурами занимали позицию настороженности, нередко доходящую до полного отторжения. Но ХХ век стал зоной усиленных культурных контактов, переходным периодом к новому постиндустриальному обществу, в котором повсеместно наблюдаются тенденции интеграции, маркирующие направленность развития человечества в сторону обретения целостности, утраченной в ходе развития цивилизации.

Formerly, чем начать разговор о межконфессиональной ситуации, сложившейся на Алтае в современности, вероятно, стоит рассмотреть проблему диалога как некий культурный концепт, имманентно присущий любой культуре, представляющей собой открытую, живую систему, развивающуюся во взаимодействии с окружающими ее иными системами.

В создавшихся условиях Новейшее время требует пересмотра многих привычных норм: информационные технологии и различные средства коммуникации стирают привычные национальные, социокультурные, экономические и другие границы. Традиционные культуры стремительно втягиваются в интеграционные процессы и оказываются на распутье: preservation of national and cultural identity (but it is fraught with isolationism and blackout as a material, and on the metaphysical levels) or social progress (но цена его – разрушение традиционного уклада жизни, и как следствие: утрата культурной идентичности). Поэтому, как никогда остро в Республике Алтай встал вопрос о духовной основе современного общества, об Идее, способной консолидировать народ. Во все времена религия (или идеология) была цементирующим раствором, на котором держалась государственная система. И чем более эта Идея была созвучна душевному складу народа, тем более прочным и устойчивым было государство.

Так какова же национальная идея Алтая?

Алтай – это не только перекресток путей народов, это не только место встречи древности и современности, это ещё и котел, в котором переплавлялись духовные накопления многих народов: как тех, что населяли его, так и тех, что проходили через него: кто торговыми тропами, а кто и тропою войны. Именно здесь, on the territory of the Altai Altai pagan beliefs clash between two world religions: Buddhism and Christianity.

Buddhism, come here in two ways (с алтайским ламой Боором и с ламами монгольских завоевателей), for 200 лет прижился на алтайской земле, вобрав в себя элементы «белого шаманизма», создал своеобразную форму алтайской духовной доктрины, получившей название «Ак jанг» или «бурханизм».

Христианство представлено здесь двумя ветвями: православием и старообрядчеством. Православие пришло на Алтай с открытием в середине XIX века Алтайской духовной миссии, заложившей основания для выращивания новой алтайской интеллигенции. Религиозно-подвижническая практика старообрядцев, пришедших на Алтай в поисках Беловодья, также сыграла большую роль в формировании духовной культуры края.

И сегодня в кругах общественности Алтая, инициированные алтайской интеллигенцией, идут жаркие дебаты по поводу определения Национальной Идеи. И благая, казалось бы, цель приводит к нешуточным столкновениям, often turning into opposition: representatives of traditional pagan beliefs reject not only Buddhism and Christianity as alien, and mean - chuzhdыe culture, no i «Ak Jang», как некий суррогат и новодел. Сами представители движения «Ак jанг» называют Белую веру исконной, имманентно принадлежащей алтайской культуре.

Буддисты и христиане видят в этих мировых монотеистических религиях, объединяющих многие миллионы жителей планеты, действенное средство, способное, наконец, объединить в своих рядах многострадальный алтайский народ, отчаянно пытающийся восстановить свою целостность и былую славу колыбели тюрков.

В чем же причина этой, казалось бы, неразрешимой ситуации? На наш взгляд – это отсутствие конструктивного диалога между представителями всех конфессий, бытующих на Алтае. И основная причина незатихающего спора – в глубинном страхе потерять свою самобытность. Но парадокс заключается в том, что для того, чтобы состоялся диалог – нет необходимости отказываться от своих убеждений и ценностей. Одним из обязательных условий диалогических отношений является разнообразие его участников. Согласно закону необходимого разнообразия, сформулированному У. Эшби в кибернетике, "Lack or inadequacy of diversity may indicate a violation of the integrity of subsystems, components of this system " [4]. Т.е. any living system (каковой является и сам алтайский народ, и его культура) только тогда устойчива для внутренних и внешних возмущений, когда обладает достаточной степенью разнообразия, adequate directed at her external influence.

Altay people has a rich history, filled with the tumultuous events, outstanding personalities and their deeds. И в процессе выстраивания сегодняшнего диалога не только нельзя об этом забывать, но напротив, необходимо разбираться в нюансах и подтекстах свершившихся деяний, осознавать их культурные и исторические смыслы. И вся эта история пронизана глубинными духовными переживаниями и сложными процессами кристаллизации духовной матрицы народа.

Во все времена человек, пытаясь постичь законы устройства мира, осознавал, что есть высшие силы, управляющие этими законами. Реальные наблюдения человека за окружающим миром, интуитивные ощущения и эмоциональные переживания от общения с силами природы – все это постепенно складывалось в определенную систему знаний, которую можно определить как МИФ. Будучи сплавом сокровенных знаний о мире, космосе, о самом человеке, представленными в образной, метафорической форме, где перемежаются вымысел и реальность, художественность и история, Myths still retained their relevance. They are presented in an indissoluble unity of poetry and philosophy, religion and ethics of the people.

Mythology indigenous Altai has well-structured, is a holistic, consistent system of beliefs. Already in the early runic inscriptions, оставленных древними тюрками на реке Орхон в Монголии упоминаются такие божества, как Тенгри (небо), Йер-Су (духи земли и воды), Умай (покровительница домашнего очага и плодородия).

Ученые считают, что вера в Синее Небо Тенгри возникла задолго до того, как развилась первая евразийская кочевая империя Тюркский каганат. Тенгри – это Высшая Космическая Сила, несотворимая и неуничтожимая. Разные народы в своих мифах говорят об этой силе: древние египтяне ее называли Атум, древние индийцы – Брахман, древние иудеи – Элохим, древние славяне – Род, древние китайцы – Тянь. Все эти народы ВЕДАЮТ, т.е. обладают Высшим Знанием о том, что Тенгри, Атум, Тянь… – это имена Единой Высшей Космической Силы, которая сотворила весь мир и является его основой. А все остальные боги и духи природных стихий – многочисленные грани, отражающие величие и мудрость Высшей Силы.

Тенгри – это Закон мироустройства. Он распоря­жается судьбами космоса, государства, на­рода и отдельного человека. Тенгри-хан мыслился огромных раз­меров, что отражало его космические масштабы небесного бога, тождест­венного самому небу, а титул «хан» указывал на главенствующее положе­ние — во Вселенной или в пантеоне богов.

Пратюркские племена почитали его как «Вечное Синее Небо» – Кёк-Тенгри. In almost unchanged this cult figures and medieval Mongols (Monhe-Tengri). Later, a single image of a benevolent, omniscient, rightly divine Heaven (Tengri) в наибольшей мере сохранился у хакасов и у монголов. Но постепенно глубокое ведическое знание о Тенгри начинает распадаться на отдельные религиозные культы. Сначала имя «Тенгри» стало прилагаться верхов­ному божеству, живущему на небе. То есть Небо уже не осмысливается как сам Космос и Закон мироустройства, а лишь как место жительства небесного бога. А потом слово «тенгри» стало обозначать бога вообще (например, в буд­дийских, манихейских, мусульман­ских текстах).

Так произошел распад первичного монотеизма на политеистические религиозные системы, термин «тенгри» закрепил­ся за классом небесных богов. Место же верховного бога в шаманской мифологии у тюрок и, особенно, у монголов, заняли другие персонажи: Ульгень, Хормуста.

Shamanizm, который пронизывает все стороны жизни алтайцев, некоторые исследователи, and the people themselves are treated as ancient Altai, hence, – primitive form of religion. This opinion, по меньшей мере, incorrect. Shamanism is natural system of human interaction with the environment. It is in the fullest sense - a system of spiritual practices, которая не нуждается в теоретических обоснованиях и регламентирующих правилах или догматах. Особенностью традиционной культуры Алтая является глубинное понимание способов взаимодействия человека с Природой, во всех ее проявлениях: from a single source or ancestral mountains to the cosmic scale (Tengri). Altaian commits itself a religious rite, без каких-либо «посредников». Сам выбирает место закладки тагыла-алтаря, and according to their "light spectrum". Perceiving the energy flow of the selected area, corresponding own energy flows, человек многократно усиливает свою мыслеформу и создает своеобразный «канал» общения. Каждый человек ищет только ему соответствующее место. И поэтому, ни шаманы, ни ярлыкчи никогда не были руководителями в религиозной деятельности алтайца. Он совершает свой обряд в одиночку так, как ОН ощущает энергетику этого места. Более того, с точки зрения алтайской философии, perform a ritual not to solve their problems, and to bless the Altai, give a surplus of positive, гармонизирующих энергий. При этом понятно, that if a person does not have these energies in excess, he can not do anything to give. It is a law of nature. Therefore Altai culture unacceptable mass prayers. И шаманистам нет необходимости прописывать законы взаимодействия человека с естественными силами Природы. Т.к. в природе все подвижно и изменчиво, то и общаться с ней необходимо, адекватно реагируя на изменяющиеся состояния.

Все религиозные системы апеллируют к трёхчастной структуре Вселенной: миру богов, миру людей, миру демонов. А шаманские камлания – это практический способ взаимодействия с этими мирами. Шаманизм по определению не имеет записанных священных книг (таких как «Библия» у иудеев, «Ригведа» у индийцев, тибетская «Книга мертвых» и т.п.), но знания шаманов о мироустройстве соответствуют и не противоречат этим священным текстам.

Специфика современной ситуации в области межконфессионального диалога должна быть рассмотрена в «перекрестье» диахронического и синхронического аспектов. Прослеживая процесс последовательных смен религиозных доктрин на Алтае, необходимо учитывать синхронные им процессы. Во все периоды истории Алтая, какая бы духовная доктрина ни господствовала, древние исконные основы, сформированные в эпоху тенгрианства, продолжали существовать и незримо присутствовать в повседневном быту, в почитании священных мест, в табу и шаманских ритуалах.

В результате гибели Тюркского каганата и последующих волн монгольской интервенции происходило разрушение стройной духовной концепции древних жителей Алтая. Религиозные верования распадались на свои составные части, превращаясь во множество мелких религиозных культов. Но воспоминание о былом духовном единстве жило в подсознании народа, выливаясь в заимствование монотеистических культов и выстраивание на их основе собственной концепции. Так произошло с буддизмом и бурханизмом, а также с православием.

Взаимодействие с Джунгарией и проникновение ойратов в Горный Алтай оказывало сильное влияние ламаизма (монголо-тибетской разновидности буддизма). Еще в первой половине XVII в. осуществлялись попытки джунгарских правителей насильственно ввести «желтую веру» (Lamaism) в «Кан-каракольской землице», расположенной на территории современных Онгудайского и Усть-Канского районов Республики Алтай. Эта земля, в частности западноалтайские горные степи (Канская, Теньгинская) a long time was a part of Dzungaria, Lamaism which was adopted in the 1616 of, penetrate and there he became a much earlier. In the future, Kang Karakolskaya bit of land will be the core of a new nation Altai-Kizhi.

Известную роль в закреплении ламаизма здесь сыграло бегство джунгар после разгрома ханства и оседание их на территории своих бывших данников и союзников кан-каракольцев. Попавший в XVII-XVIII вв. на местную религиозную почву ламаизм не был воспринят целиком, но постепенно, в процессе культурного взаимодействия кан-каракольцев и джунгар, ламаизм перестал восприниматься как нечто инородное, адаптировался к местной религиозной среде. Будучи поначалу «чужим» и навязываемым пришельцами джунгарами, через 150 лет после падения Джунгарского ханства, ламаизм ойратского происхождения стал восприниматься уже как часть собственной, алтайской культуры и постепенно создал почву для возникновения новой веры, получившей название «бурханизм» или «Ак Jанг».

Кан-каракольская землица стала колыбелью «новой веры» не на пустом месте. Она подвергалась ламаистскому воздействию, по крайней мере, три столетия. Это легко проследить по следующим признакам:

– Имя Бурхан, как имя, обозначающее бога, известно алтайцам издревле и является универсальным центральноазиатским понятием. In Lamaism same as the Buddha called Burhan, and its image.

– Title Burkhanist prayers - "Murgulia" (root word zapadnomongolskogo) - Known and Lamaist world.

– Наименование культовых сооружений бурханистов «курее», «суме» (прямоугольные жертвенники и алтари из дикого камня) – не что иное, как использование названий ламаистских монастырей (хурээ, суме).

– Алтайцы помнят древние сказания о том, как ламаисты, борясь с религией местного населения, сжигали камов.

– Наиболее ярко ламаистское влияние проявляется в резком изменении отношения бурханистов к воде. Если шаманисты старались избегать соприкосновений с нею, that representatives of the "white faith" is widely used in the ritual of water (ohms, bathing in the springs-Arzhanov, accompanied by praise "healing", "Purifying" the power of water).

Per se, Burkhanism helpful reformed under the influence of Lamaism, shamanism. Discarding the bloody sacrifices, Worship erlika, god of the underworld, he renewed reverence Uch-Kurbustana (revered since the time of the Turkic Khanate), as the supreme deity, and retained the worship of fire. Altai new faith called "white" or "breast", as opposed to shamanism, which is considered "black" faith and widely practiced in the Altai.

If in the early stages Burkhanists not accept Shamanism (until beating kams, уничтожения их бубнов и других атрибутов), что вполне закономерно на ранних этапах становления новой веры, для того, чтобы отмежеваться от той системы, которая его, по сути дела, породила; то позже начинается процесс возвращения в «белую веру» собственно шаманистских представлений, разрастается его пантеон, единобожие фактически заменяется политеизмом. В бурханистских молениях поминаются Тенгри, Jьер-Суу, Умай-Эне как божества верхнего мира – о них не забыли, хотя боролись с шаманизмом. Также почитают «ээзи» – духов-хозяев конкретной местности, слившихся в образ «Алтайдынг-ээзи» – Хозяина Алтая. Вновь применяется обязательное привязывание лент к деревьям на перевалах, у источников, как выражение благодарности их «хозяевам». А почитание «От-эне» – Матери-Огня, в бурханизме даже возрастает; делается более строгой система запретов, связанных с культом огня, поскольку в бурханизме велика роль идеи «ритуальной чистоты».

Но есть еще одна особенность бурханизма. Ряд исследователей усматривают в нем наличие христианских мотивов. Это также имеет свои причины: бурханизм способствовал выстраиванию системы религиозно-мифологических верований алтайцев, по сути, осуществив возврат к монотеизму, утраченному с распадом культа Тенгри.

– Исследователи [Н.О. Тадышева, 125-127] находят прямые параллели с христианскими обрядами:

«1. Православная церковь во время обряда крещения давала имя новокрещеному. Новые «байлу», имена, давали своим последователям и бурханисты.

2. Во время служб священники и их паства стояли. Служители бурханистского культа также читали молитву стоя.

3. Миссионеры вели проповедническую деятельность. Бурханистские агитаторы тоже объезжали юрты алтайцев, разъясняя суть новой религии, обучая хозяев совершению обрядов, пению, т.е. работали с шаманистами, чтобы те перешли в бурханизм.

4. Алтайская духовная миссия запрещала жениться на не христианке и выходить замуж за не христианина. Бурханисты также запрещали не только жениться на христианках и шаманистках, но и требовали даже отказа от общения с ними.

5. Миссионеры во время служб, работы постоянно использовали святую воду. У бурханистов вода с можжевельником также имела функцию очищения»

Эти совпадения не случайны, т.к. православное христианство также давало пример духовного единства, и этим было привлекательно.

Православие пришло на Алтай значительно позже ламаизма – с началом деятельности Алтайской православной миссии, основанной в 1830 году преподобным Макарием Глухаревым, ученым архимандритом, одним из самых выдающихся миссионеров Русской Православной Церкви за всю ее многовековую историю.

Преподобный Макарий (Глухарев) и святитель Макарий (Невский), ставший в будущем митрополитом Московским, за свои миссионерские труды прославлены Русской Православной Церковью и причислены к лику святых.

Алтайская Духовная миссия не была первой по времени учреждения Миссией Русской Православной Церкви в Сибири, не была она и самой большой по многочисленности паствы или по протяженности территории, на которой действовала. Но на Иркутском миссионерском съезде 1910 года она была названа «образцом и руководителем» для других Миссий, как наиболее приблизившаяся к идеалу православного миссионерства. Столь высокое признание Алтайская Духовная миссия получила потому, что воспитала целую плеяду миссионеров-подвижников для Алтайской и других Духовных Миссий Русской Православной Церкви, as well as, потому что православное просвещение народов Алтая совершалось алтайскими миссионерами в духе евангельской кротости и было подлинно апостольским служением. Некоторых алтайских миссионеров современники еще при жизни именовали равноапостольными или даже апостолами Алтая.

Все первое поколение алтайской интеллигенции — учителя, врачи, писатели, художники были исключительно воспитанниками миссионерских школ, или детьми алтайцев-миссионеров, или бывшими сотрудниками Алтайской Духовной Миссии. (Миссия издавала книги на алтайском языке, имела врачебную службу в лице фельдшеров и оспопрививателей-миссионеров.) Перед революцией 1917 года Миссия имела 30 миссионерских станов, more 40 церквей, десятки часовен, 84 школы, при каждой из которых была устроена библиотека.

Важно помнить, что деятельность Алтайской Духовной миссии была нацелена не на внедрение русской культуры, а на донесение до жителей Алтая идеи Единого Бога, проявляющего свою благодать через любовь к людям. Именно эту Любовь и демонстрировали первые алтайские миссионеры через свое служение, чем и привлекли в лоно православной церкви тысячи новокрещенных алтайцев.

Но справедливости ради стоит сказать, что образ национального героя-спасителя Ойрот-хана жителям Алтая был ближе и понятнее, чем образ Христа. И забыв о страданиях и притеснениях, чинимых коренному населению Алтая джунгарами (в Джунгарское ханство входили племена ойротов), алтайцы наделяют Ойрот-хана чертами доблестного воина, богатыря, как бы перенося «великое», «идеальное» прошлое на образ будущего, когда наступит всеобщее благоденствие.

Совершив этот краткий экскурс в историю духовных перипетий алтайского народа, убеждаемся в многочисленных примерах межкультурных и межконфессиональных контактов, нередко становившихся подлинным диалогом.

Ключевым качеством диалога является двунаправленность процесса взаимодействия, когда «обратное движение, основанное на архетипе «мены», наделяет любую зеркальность и диалог способностью смыслопорождения, что в свою очередь, повышает устойчивость системы» [1, с. 8].

На обыденном уровне диалог нередко воспринимается как обмен двумя логиками. Но если эти логики не прирастают новыми смыслами, а остаются «каждый при своем мнении», то, по сути, это два монолога, каждый из которых считает своим долгом высказать свое мнение, но «не опускается» до того, чтобы услышать доводы оппонента. Сегодняшняя межконфессиональная ситуация на Алтае, properly, так и выглядит.

М.С. Каган в своих трудах по культурологии, обосновывая метод системных исследований как основу становления современных гуманитарных наук, разводит понятия «диалог» и «коммуникация». According to him, сущностным качеством диалога является его субъект-субъектная природа, симметричность, двунаправленность его процесса, нацеленность на обретение общности. В то время как коммуникация имеет однонаправленное действие от субъекта к объекту, где последний занимает пассивную, воспринимающую, позицию. Когда какая-либо из конфессий начинает укреплять свои позиции посредством навязывания своих, как она считает, единственно верных постулатов, – такая коммуникация приводит сначала к подавлению оппонентов, а затем и к неминуемому бунту.

Таким образом, диалог может состояться только между участниками, у которых уже сформировались качества субъектности. Целостное понимание своей и чужой культуры возможно только тогда, когда заявленные логики способны к смыслопорождению – пониманию и принятию иной логики. Примером диалогического смыслопорождения может служить образ Ойрот-хана. Его мессианский облик – не только наследие пришлых религий: ламаизма или христианства. Алтайский Ойрот-хан – это не Майтрейя буддистов и не христианский Иисус. Это свой, древний, национальный герой, обладающий множеством характерных, специфически алтайских черт. Hence, и бурханизм – это не просто «новая фаза» развития шаманизма или деградация какой-либо мировой религии. Это весьма своеобразная религиозная система, в основе которой заложена идея становления собственной национальности, своей истории.

Природа диалога имеет триадную основу. Он оказывается состоявшимся лишь тогда, когда в ходе диалога, презентирующего две логики «теза – антитеза», порождается третья, качественно новая – синтеза.

Триада содержит в себе архетип устойчивости, целостности: три точки опоры необходимы и достаточны для достижения устойчивости; трансцендентное единство – Бог имеет троичную природу.

Л. Баткин, М. Бахтин, SE. Лотман, разрабатывая теорию диалога, говорят о позиции «третьего» в диалоге. Но третьего не в арифметическом, буквальном, смысле, а, скорее, в метафизическом. Этот третий – «мнимый», but, тем не менее, совершенно реальный участник диалога.

Общеизвестно, что дуалистическая парадигма классической науки, примененная к гуманитарным наукам, в конце концов, завела их в тупик. Дело в том, что семантическая основа четных чисел олицетворяет пассивное (иньское) начало, ассоциируется с разделением, разобщением, конфликтом. В то время, как триада содержит в себе концепт целостности. И применяемый повсеместно принцип государственного управления «разделяй и властвуй» сегодня на руку политикам и чиновникам-временщикам, успевающим, пока они у распределителя, прибрать к своим рукам все, что плохо лежит. И немалым подспорьем им в этом процессе является спор монологов разных конфессий, представленных на Алтае. Каждая из них зазывает в свои ряды прихожан, нахваливая себя и пороча остальных.

Сегодня появилась еще одна уловка в мировой практике, которая, якобы, примиряет между собой все религии – это создание новой, синтезийной религии, such, как бахаизм в Индии. И это не новая идея.

Параллельно с развитием в культурологии проблемы диалога и диалогических отношений происходило становление теории синтеза. Она возникла как естественная реакция на процесс дробления, декомпозиции, специализации и конкретизации всех областей культуры, приведший к началу ХХ века к предельной фрагментарности картины мира в сознании человека, and, как следствие, к мозаичности мировосприятия. Синтетическая парадигма была призвана восстановить утраченную целостность, что проявилось в бурном процессе ремифологизации – возрождении древних мифологий и становлении новых мифов. Собственно, по этому пути и пошли бурханисты на Алтае. Однако, решив некоторые частные проблемы в развитии искусства и некоторых явлений культуры, синтезийная парадигма не принесла ожидаемых результатов на уровне всей системы. Синтетическая целостность системы оказалась достижимой, но дорогой ценой: утратой индивидуальности составляющих ее подсистем – разрушением их субъектности. Поэтому и начинал свою историю бурханизм с репрессий над камами, чего ему до сих пор не простили шаманисты.

* * *

Единственным средством преодоления духовного кризиса на рубеже тысячелетий может стать подлинный межконфессиональный диалог как эффективное средство обретения утраченной целостности. И если подлинной изначальной духовной целостностью на Алтае обладала доктрина Тенгрианства, может быть, она и смогла бы стать основой современного межконфессиональьного диалога, который бы строился на поиске общности, изначально и имманентно присущей всем ведическим доктринам? Высшая Божественная реальность едина, несотворима и неуничтожима. Она была, есть и пребудет вечно, независимо от того: как ее будет называть человек, и вообще – будет ли существовать само человечество. Но пока человек существует, его главная цель: хранить этот мир и во имя этого – учиться постигать Божественный замысел.

Антиэнтропийная направленность диалога способна выводить систему из состояния кризиса. И наивысшей формой проявления диалога является эвристический диалог – продуктивный, порождающий качественно новую, отсутствовавшую прежде данность. Этой данностью может стать порождение современных смыслов изначальной целостности Тенгрианства.

Непростые процессы, протекающие сегодня на Алтае, to some extent,, имеют своей причиной утрату преемственности, происходившую не только в период богоборчества ХХ века, но и в тяжелые годы раскола государственности и иностранной экспансии предыдущих эпох. Однако введение в школьное образование основ традиционной духовной культуры сможет заполнить, хотя бы частично, создавшийся вакуум.

Как говорилось выше, true inter-religious and intercultural dialogue is only possible between the self-sufficient entities: русской православной культурой и традиционной духовной культурой Алтая. Осталось дело «за малым»: разработать содержание образования по традиционной духовной культуре и придать этому курсу по выбору такой же статус в учебном плане, как и четырем означенным. На Алтае для этого есть и научный потенциал, способный выполнить эту работу, и те вершины Духа, которые веками выкристаллизовывали характер и ценности алтайского народа.

References

1. Балакина, E.I. Проблема диалогических контактов в истории художественной культуры // Avtoref. дисс. На соискание ученой степени кандидата культурологических наук,
2. Zhernosenko, IA. Сакральные центры Алтая как историко-культурный и геофизический ресурс формирования ноосферного типа сознания // Природные условия, история и культура западной Монголии и сопредельных регионов: материалы VIII международной конференции (Горно-Алтайск, 19-23 сентября 2007 of) – Т.1. – Горно-Алтайск: РИО ГАГУ, 2007.
3. Kagan, М. С. Воспроизводство российской интеллигенции как педагогическая проблема // Формирование российского интеллигента в университете. СПб., 2000.
4. Kagan, М.С. Системный подход и гуманитарное знание. - L., 1991.
5. Система. Симметрия. Гармония / под ред. В.С. Тюхтина, YA. Урманцева. - M., 1988.
6. modernization of general education strategy. - M., 2001
7. Тадышева, Н.О. Проблемы христианизации алтайского народа (по материалам из фондов национального музея республики Алтай им. А.В. Анохина). // Алтай – Россия: через века в будущее. Материалы Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 250-летию вхождения алтайского народа в состав Российского государства. 16 – 19 May 2006 g. – Т.I. – Горно-Алтайск, 2006.

References

1. Balakina, E.I. Problema dialogicheskikh kontaktov v istorii khudozhestvennoyj kuljturih // Avtoref. diss. Soiskanie uchenoyj candidate stepeni kuljturologicheskikh Nauka,
2. Zhernosenko, I.A. Sakraljnihe Centrix Altaja kak HISTORICAL kuljturnihyj geofizicheskiyj resource formirovaniya noosfernogo plug soznaniya // Prirodnihe Terms, History kuljtura zapadnoyj Mongolian regions sopredeljnihkh: Materials VIII mezhdunarodnoyj conferences (Gorno-Altayjsk, 19-23 sentyabrya 2007 g.) – T.1. – Gorno-Altayjsk: Gagu RIO, 2007.
3. Kagan, M. S. Vosproizvodstvo rossiyjskoyj intelligencii kak pedagogicheskaya Problem // Formirovanie rossiyjskogo Intelligent University. SPb., 2000.
4. Kagan, M.S. Sistemnihyj podkhod gumanitarnoe znanie. - L., 1991.
5. System. Symmetry. Harmony / pod red. V.S. Tyukhtina, Yu.A. Urmanceva. – M., 1988.
6. Strategiya modernizacii soderzhaniya obthego obrazovaniya. – M., 2001
7. Tadihsheva, N.O. Problems khristianizacii altayjskogo nation (material trace of the Fund nacionaljnogo museum Altayj important. A.V. The nokhina). // Altayj - Russia: cherez lid in buduthee. Materials Vserossiyjskoyj NAUCHNO-prakticheskoyj conferences, posvyathennoyj 250-th anniversary of vkhozhdeniya altayjskogo Naro Roster Rossiyjskogo gosudarstva. 16 – 19 maya 2006 g. – T.I. – Gorno-Altayjsk, 2006.

Received 12.05.12

UDC 261.8(477)

IA. Zhernosenko,

Altai State Technical University. I.I. Polzunova, g. Barnaul, Head. kafedroy KiKT, Candidate. Cultural, docent, iaj2002@mail.ru

---

Keywords: interfaith dialogue, orthodoxy, tengrianstvo, Buddhism, Lamaism, shamanizm, national idea

---

"Until then,, unless we ourselves

learn to love the people,

свое Отечество и его историю,

свои святыни – мы и других

не сможем научить нас уважать».

Митрополит Иоанн

Современные процессы развития общества, складывание новых экономических отношений, разворачивание глобального кризиса не только в экосистеме, но и в социосфере осознаются многими мыслителями как результат слома аксиологических структур общества, утраты вечных ценностных смыслов, во все времена и во всех культурах игравших роль Оси, на которой держалась Модель мира каждого народа.

В постсоветском пространстве с разрушением культурно-индифферентного концепта «советский народ» с особой остротой встали вопросы культурной самоидентификации как этносов и народов, населяющих Россию, так и самой национальной общности россиян. Не случайно зазвучали призывы о поиске или построении новой Национальной Идеи.

Общеизвестно, что любое общество для обеспечения собственного развития, социальной стабильности и самовоспроизводства формирует соответствующую систему образования. Сегодня на всех ступенях образования стоит проблема формирования новых подходов к обучению, когда школа, вуз должны стать не усовершенствованным “механизмом образования”, а полноценным “Institute of Culture ", able to prepare not only educated, but fully-cultural people. Rationalistic-scientistic nature of Soviet pedagogy developed preconceived, и до сих пор не изжитое представление о том, что главная задача школы – образование, а воспитание – его «производный продукт». Главной функцией образования предполагалось «превращение знаний в убеждения». Но абсурдность этой формулы заключалась в том, что «знание самодостаточно и ему не нужно “превращаться” в убеждение, а убеждение производно не от знания, а от его недостатка!» [2]

И сегодня в условиях динамичного, разнонаправленного развития общества меняется парадигма образования: от «Человека Разумного» к «Человеку Культурному». Behind this definition and are relevant tasks:

1. Parenting Homo habilis and mobile,
2. Parenting spiritual man.

В условиях разработки нового поколения образовательных стандартов (2010 of) в базисные учебные планы общеобразовательных учреждений введена новая образовательная область «Духовно-нравственная культура», реализующая как религиозные, так и светские модули содержания образования.

Учитывая социально-исторические процессы развития России как поликультурного и поликонфессионального пространства, данные мероприятия, implemented at the governmental level, seen as a solution to the pain points of modernity. They pose in front of the Russian education system three socially significant tasks:

• выстраивание устойчивой системы ценностей в сознании молодежи,
• повышение конкурентноспособности отечественного гуманитарного знания в преддверии объединения Европейского образовательного пространства,
• профилактика вовлечения молодежи в деструктивные и экстремистские религиозные группы.

По мнению разработчиков нового образовательного стандарта, одним из эффективных способов решения поставленных задач является преподавание знаний о религии как системе нравственных и культурных ценностей всем желающим россиянам, независимо от вероисповедания и этнической принадлежности.

Incentive to change the content of education in secondary school were the provisions of the "Strategy for modernizing the content of general education" [5] about, что:

– на первое место в современном обществе «должен быть поставлен человек, обладающий значительно большей, чем ранее мерой свободы and ответственности» (стр. 8);

– одним из главных результатов в Стратегии модернизации рассматривается «толерантность, терпимость к чужому мнению; умение вести диалог, искать и находить содержательные компромиссы» (стр. 9);

– в структуре ключевых компетентностей должна быть представлена «компетентность в сфере культурно-досуговой деятельности (включая выбор путей и способов использования свободного времени, культурно и духовно обогащающих личность)» (стр. 19);

– Базисный учебный план обновленной школы должен создать возможности для реализации тенденций «гуманизации и гуманитаризации образовательного процесса, отражения в содержании образования особенностей культуры различных народов России» (стр. 27) и т.п.

Based on the above principles, the first stage of development of the concept of educational area "Spiritual and Moral Culture 'most carefully considered the content of education on the subject" Fundamentals of Orthodox Culture ". What caused the rather ambiguous reaction in society.

I think, no need to convince any educated person in the, что: Orthodox culture, Being the historical core of traditional Russian culture, closely linked with the national cultures of many peoples of Russia in their historical development and current state; that without knowledge of the basics of Orthodox culture impossible adequate assimilation of the values ​​of the Russian classical culture, особенно в ее гуманитарном аспекте.

При этом сохраняется унаследованное от времен тоталитаризма и богоборчества поверхностное утверждение, что государственное образование несовместимо с религиозным в силу светского характера российского государства. При этом в качестве единственно возможного источника знаний о религии называют предмет религиоведение. Другими словами, secularism is understood as an impenetrable shield between society and traditional confessions, in particular in the field of intellectual. Но, if we recall the recent past, we will see, that religion had on the formation of the twentieth century, and, for obvious reasons, Soviet scientists were not able to contribute to this process. Только после упразднения кафедр научного атеизма в начале 1990-ых годов, освободившиеся преподаватели взялись за разработку новой дисциплины, но в прежней мировоззренческой парадигме. Таким образом, религиоведение и по сей день рекомендуют светской школе на основании не содержания, а мировоззрения. Знак равенства ставится между светскостью и атеизмом.

Сегодня и в высшей школе сложилась весьма двойственная ситуация: с одной стороны, уже существует государственный стандарт высшей школы по подготовке теологов в светских учебных заведениях, что является примером светского религиозного образования, а с другой – педалируется негласное «вето» на теологическое образование, являющееся существенной составляющей гуманитарного, kulturosoobraznogo education.

The media turned downright hysteria over the introduction of a new educational field in school curricula. Особо рьяные наседали на то, что предмет «Православная культура» нарушит права представителей других конфессий. До каких пор россияне будут расшаркиваться перед всеми, втаптывая в грязь собственную культуру, историю, достоинство, в конце концов? Во всем мире существует понятие «Титульная религия» – т.е. та, которая является основной, государственной. На территории государства могут проживать люди, принадлежащие к разным конфессиям, и исповедовать те религиозные постулаты, которые считают своими. Но при этом они обязаны знать основы титульной религии и уважать ее догматы.

Почему-то те, кто «вельми борзо» охаивал весьма деликатную попытку хоть чуть одухотворить современную систему образования, не удосужились заглянуть в пояснительную записку к «Примерному содержанию образования по учебному предмету «Православная культура», где подчеркивается, что одним из важнейших принципов, заложенных в основу программы курса, является принцип светского образования. И реализация этого принципа при изучении православной культуры в государственных и муниципальных учебных заведениях обеспечивается:

«1) культурологическим, неиндоктринальным (курсив мой – И.Ж.) содержанием предъявляемых знаний и соответствующей методикой изучения православной культуры;

2) the right of free choice of study courses Orthodox culture students or their parents (legal representatives), educational institutions (their self-government bodies), local and regional educational authorities in accordance with the specific parameters of the social order for Orthodox culturalogical (курсив мой – И.Ж.) образование;

3) организационно-правовой независимостью государственных и муниципальных образовательных учреждений от организаций религиозных конфессий;

4) методическим контролем служб учредителя государственных и муниципальных образовательных учреждений (органов государственной власти и местного самоуправления) за практикой организации и преподавания православной культуры» (стр. 6-7).

Более того, ставится акцент на то, that "the study of Orthodox culture in state and municipal educational institutions is not accompanied by the performance of religious rites, отправлением религиозного культа, не требует от учащихся или их родителей православной религиозной самоидентификации в любой форме и не препятствует их свободному мировоззренческому или конфессиональному самоопределению, не предусматривает обязательного участия обучаемых в религиозных службах, не преследует в качестве образовательной цели вовлечение учащихся или их родителей в религиозную организацию» (стр. 7).

И приходится раз за разом повторять, что православие является духовным стержнем общества, национальной и государственной традицией России, объединяющей всех россиян, независимо от их этнической, конфессиональной, социальной принадлежности.

При этом возникает вопрос к разработчикам концепции образовательной области «Духовно-нравственная культура»: почему на выбор представлены только три мировых религии, National - Judaism and secular ethics? If so much is said about Russia multifaith, why not take into account, that in Russia more than a hundred peoples, которые исповедуют национальные традиционные верования? И именно здесь возникает необходимость ведения корректного межконфессионального диалога, позволяющего учащимся осваивать традиционные ценности своего народа и титульной религии.

Проблема межконфессионального диалога на Алтае, как важная составляющая часть диалога культур, again, at the turn of the century, faced particularly acute. Дело в том, that traditional culture has always been closed on itself: self-sufficient in terms of socio-economic and spiritual sacramental. Как и большинство культур (за исключением античных Греции и Рима) в мировом историко-культурном процессе при взаимодействии с другими культурами занимали позицию настороженности, нередко доходящую до полного отторжения. Но ХХ век стал зоной усиленных культурных контактов, переходным периодом к новому постиндустриальному обществу, в котором повсеместно наблюдаются тенденции интеграции, маркирующие направленность развития человечества в сторону обретения целостности, утраченной в ходе развития цивилизации.

Formerly, чем начать разговор о межконфессиональной ситуации, сложившейся на Алтае в современности, вероятно, стоит рассмотреть проблему диалога как некий культурный концепт, имманентно присущий любой культуре, представляющей собой открытую, живую систему, развивающуюся во взаимодействии с окружающими ее иными системами.

В создавшихся условиях Новейшее время требует пересмотра многих привычных норм: информационные технологии и различные средства коммуникации стирают привычные национальные, социокультурные, экономические и другие границы. Традиционные культуры стремительно втягиваются в интеграционные процессы и оказываются на распутье: preservation of national and cultural identity (but it is fraught with isolationism and blackout as a material, and on the metaphysical levels) or social progress (но цена его – разрушение традиционного уклада жизни, и как следствие: утрата культурной идентичности). Поэтому, как никогда остро в Республике Алтай встал вопрос о духовной основе современного общества, об Идее, способной консолидировать народ. Во все времена религия (или идеология) была цементирующим раствором, на котором держалась государственная система. И чем более эта Идея была созвучна душевному складу народа, тем более прочным и устойчивым было государство.

Так какова же национальная идея Алтая?

Алтай – это не только перекресток путей народов, это не только место встречи древности и современности, это ещё и котел, в котором переплавлялись духовные накопления многих народов: как тех, что населяли его, так и тех, что проходили через него: кто торговыми тропами, а кто и тропою войны. Именно здесь, on the territory of the Altai Altai pagan beliefs clash between two world religions: Buddhism and Christianity.

Buddhism, come here in two ways (с алтайским ламой Боором и с ламами монгольских завоевателей), for 200 лет прижился на алтайской земле, вобрав в себя элементы «белого шаманизма», создал своеобразную форму алтайской духовной доктрины, получившей название «Ак jанг» или «бурханизм».

Христианство представлено здесь двумя ветвями: православием и старообрядчеством. Православие пришло на Алтай с открытием в середине XIX века Алтайской духовной миссии, заложившей основания для выращивания новой алтайской интеллигенции. Религиозно-подвижническая практика старообрядцев, пришедших на Алтай в поисках Беловодья, также сыграла большую роль в формировании духовной культуры края.

И сегодня в кругах общественности Алтая, инициированные алтайской интеллигенцией, идут жаркие дебаты по поводу определения Национальной Идеи. И благая, казалось бы, цель приводит к нешуточным столкновениям, often turning into opposition: representatives of traditional pagan beliefs reject not only Buddhism and Christianity as alien, and mean - chuzhdыe culture, no i «Ak Jang», как некий суррогат и новодел. Сами представители движения «Ак jанг» называют Белую веру исконной, имманентно принадлежащей алтайской культуре.

Буддисты и христиане видят в этих мировых монотеистических религиях, объединяющих многие миллионы жителей планеты, действенное средство, способное, наконец, объединить в своих рядах многострадальный алтайский народ, отчаянно пытающийся восстановить свою целостность и былую славу колыбели тюрков.

В чем же причина этой, казалось бы, неразрешимой ситуации? На наш взгляд – это отсутствие конструктивного диалога между представителями всех конфессий, бытующих на Алтае. И основная причина незатихающего спора – в глубинном страхе потерять свою самобытность. Но парадокс заключается в том, что для того, чтобы состоялся диалог – нет необходимости отказываться от своих убеждений и ценностей. Одним из обязательных условий диалогических отношений является разнообразие его участников. Согласно закону необходимого разнообразия, сформулированному У. Эшби в кибернетике, "Lack or inadequacy of diversity may indicate a violation of the integrity of subsystems, components of this system " [4]. Т.е. any living system (каковой является и сам алтайский народ, и его культура) только тогда устойчива для внутренних и внешних возмущений, когда обладает достаточной степенью разнообразия, adequate directed at her external influence.

Altay people has a rich history, filled with the tumultuous events, outstanding personalities and their deeds. И в процессе выстраивания сегодняшнего диалога не только нельзя об этом забывать, но напротив, необходимо разбираться в нюансах и подтекстах свершившихся деяний, осознавать их культурные и исторические смыслы. И вся эта история пронизана глубинными духовными переживаниями и сложными процессами кристаллизации духовной матрицы народа.

Во все времена человек, пытаясь постичь законы устройства мира, осознавал, что есть высшие силы, управляющие этими законами. Реальные наблюдения человека за окружающим миром, интуитивные ощущения и эмоциональные переживания от общения с силами природы – все это постепенно складывалось в определенную систему знаний, которую можно определить как МИФ. Будучи сплавом сокровенных знаний о мире, космосе, о самом человеке, представленными в образной, метафорической форме, где перемежаются вымысел и реальность, художественность и история, Myths still retained their relevance. They are presented in an indissoluble unity of poetry and philosophy, religion and ethics of the people.

Mythology indigenous Altai has well-structured, is a holistic, consistent system of beliefs. Already in the early runic inscriptions, оставленных древними тюрками на реке Орхон в Монголии упоминаются такие божества, как Тенгри (небо), Йер-Су (духи земли и воды), Умай (покровительница домашнего очага и плодородия).

Ученые считают, что вера в Синее Небо Тенгри возникла задолго до того, как развилась первая евразийская кочевая империя Тюркский каганат. Тенгри – это Высшая Космическая Сила, несотворимая и неуничтожимая. Разные народы в своих мифах говорят об этой силе: древние египтяне ее называли Атум, древние индийцы – Брахман, древние иудеи – Элохим, древние славяне – Род, древние китайцы – Тянь. Все эти народы ВЕДАЮТ, т.е. обладают Высшим Знанием о том, что Тенгри, Атум, Тянь… – это имена Единой Высшей Космической Силы, которая сотворила весь мир и является его основой. А все остальные боги и духи природных стихий – многочисленные грани, отражающие величие и мудрость Высшей Силы.

Тенгри – это Закон мироустройства. Он распоря­жается судьбами космоса, государства, на­рода и отдельного человека. Тенгри-хан мыслился огромных раз­меров, что отражало его космические масштабы небесного бога, тождест­венного самому небу, а титул «хан» указывал на главенствующее положе­ние — во Вселенной или в пантеоне богов.

Пратюркские племена почитали его как «Вечное Синее Небо» – Кёк-Тенгри. In almost unchanged this cult figures and medieval Mongols (Monhe-Tengri). Later, a single image of a benevolent, omniscient, rightly divine Heaven (Tengri) в наибольшей мере сохранился у хакасов и у монголов. Но постепенно глубокое ведическое знание о Тенгри начинает распадаться на отдельные религиозные культы. Сначала имя «Тенгри» стало прилагаться верхов­ному божеству, живущему на небе. То есть Небо уже не осмысливается как сам Космос и Закон мироустройства, а лишь как место жительства небесного бога. А потом слово «тенгри» стало обозначать бога вообще (например, в буд­дийских, манихейских, мусульман­ских текстах).

Так произошел распад первичного монотеизма на политеистические религиозные системы, термин «тенгри» закрепил­ся за классом небесных богов. Место же верховного бога в шаманской мифологии у тюрок и, особенно, у монголов, заняли другие персонажи: Ульгень, Хормуста.

Shamanizm, который пронизывает все стороны жизни алтайцев, некоторые исследователи, and the people themselves are treated as ancient Altai, hence, – primitive form of religion. This opinion, по меньшей мере, incorrect. Shamanism is natural system of human interaction with the environment. It is in the fullest sense - a system of spiritual practices, которая не нуждается в теоретических обоснованиях и регламентирующих правилах или догматах. Особенностью традиционной культуры Алтая является глубинное понимание способов взаимодействия человека с Природой, во всех ее проявлениях: from a single source or ancestral mountains to the cosmic scale (Tengri). Altaian commits itself a religious rite, без каких-либо «посредников». Сам выбирает место закладки тагыла-алтаря, and according to their "light spectrum". Perceiving the energy flow of the selected area, corresponding own energy flows, человек многократно усиливает свою мыслеформу и создает своеобразный «канал» общения. Каждый человек ищет только ему соответствующее место. И поэтому, ни шаманы, ни ярлыкчи никогда не были руководителями в религиозной деятельности алтайца. Он совершает свой обряд в одиночку так, как ОН ощущает энергетику этого места. Более того, с точки зрения алтайской философии, perform a ritual not to solve their problems, and to bless the Altai, give a surplus of positive, гармонизирующих энергий. При этом понятно, that if a person does not have these energies in excess, he can not do anything to give. It is a law of nature. Therefore Altai culture unacceptable mass prayers. И шаманистам нет необходимости прописывать законы взаимодействия человека с естественными силами Природы. Т.к. в природе все подвижно и изменчиво, то и общаться с ней необходимо, адекватно реагируя на изменяющиеся состояния.

Все религиозные системы апеллируют к трёхчастной структуре Вселенной: миру богов, миру людей, миру демонов. А шаманские камлания – это практический способ взаимодействия с этими мирами. Шаманизм по определению не имеет записанных священных книг (таких как «Библия» у иудеев, «Ригведа» у индийцев, тибетская «Книга мертвых» и т.п.), но знания шаманов о мироустройстве соответствуют и не противоречат этим священным текстам.

Специфика современной ситуации в области межконфессионального диалога должна быть рассмотрена в «перекрестье» диахронического и синхронического аспектов. Прослеживая процесс последовательных смен религиозных доктрин на Алтае, необходимо учитывать синхронные им процессы. Во все периоды истории Алтая, какая бы духовная доктрина ни господствовала, древние исконные основы, сформированные в эпоху тенгрианства, продолжали существовать и незримо присутствовать в повседневном быту, в почитании священных мест, в табу и шаманских ритуалах.

В результате гибели Тюркского каганата и последующих волн монгольской интервенции происходило разрушение стройной духовной концепции древних жителей Алтая. Религиозные верования распадались на свои составные части, превращаясь во множество мелких религиозных культов. Но воспоминание о былом духовном единстве жило в подсознании народа, выливаясь в заимствование монотеистических культов и выстраивание на их основе собственной концепции. Так произошло с буддизмом и бурханизмом, а также с православием.

Взаимодействие с Джунгарией и проникновение ойратов в Горный Алтай оказывало сильное влияние ламаизма (монголо-тибетской разновидности буддизма). Еще в первой половине XVII в. осуществлялись попытки джунгарских правителей насильственно ввести «желтую веру» (Lamaism) в «Кан-каракольской землице», расположенной на территории современных Онгудайского и Усть-Канского районов Республики Алтай. Эта земля, в частности западноалтайские горные степи (Канская, Теньгинская) a long time was a part of Dzungaria, Lamaism which was adopted in the 1616 of, penetrate and there he became a much earlier. In the future, Kang Karakolskaya bit of land will be the core of a new nation Altai-Kizhi.

Известную роль в закреплении ламаизма здесь сыграло бегство джунгар после разгрома ханства и оседание их на территории своих бывших данников и союзников кан-каракольцев. Попавший в XVII-XVIII вв. на местную религиозную почву ламаизм не был воспринят целиком, но постепенно, в процессе культурного взаимодействия кан-каракольцев и джунгар, ламаизм перестал восприниматься как нечто инородное, адаптировался к местной религиозной среде. Будучи поначалу «чужим» и навязываемым пришельцами джунгарами, через 150 лет после падения Джунгарского ханства, ламаизм ойратского происхождения стал восприниматься уже как часть собственной, алтайской культуры и постепенно создал почву для возникновения новой веры, получившей название «бурханизм» или «Ак Jанг».

Кан-каракольская землица стала колыбелью «новой веры» не на пустом месте. Она подвергалась ламаистскому воздействию, по крайней мере, три столетия. Это легко проследить по следующим признакам:

– Имя Бурхан, как имя, обозначающее бога, известно алтайцам издревле и является универсальным центральноазиатским понятием. In Lamaism same as the Buddha called Burhan, and its image.

– Title Burkhanist prayers - "Murgulia" (root word zapadnomongolskogo) - Known and Lamaist world.

– Наименование культовых сооружений бурханистов «курее», «суме» (прямоугольные жертвенники и алтари из дикого камня) – не что иное, как использование названий ламаистских монастырей (хурээ, суме).

– Алтайцы помнят древние сказания о том, как ламаисты, борясь с религией местного населения, сжигали камов.

– Наиболее ярко ламаистское влияние проявляется в резком изменении отношения бурханистов к воде. Если шаманисты старались избегать соприкосновений с нею, that representatives of the "white faith" is widely used in the ritual of water (ohms, bathing in the springs-Arzhanov, accompanied by praise "healing", "Purifying" the power of water).

Per se, Burkhanism helpful reformed under the influence of Lamaism, shamanism. Discarding the bloody sacrifices, Worship erlika, god of the underworld, he renewed reverence Uch-Kurbustana (revered since the time of the Turkic Khanate), as the supreme deity, and retained the worship of fire. Altai new faith called "white" or "breast", as opposed to shamanism, which is considered "black" faith and widely practiced in the Altai.

If in the early stages Burkhanists not accept Shamanism (until beating kams, уничтожения их бубнов и других атрибутов), что вполне закономерно на ранних этапах становления новой веры, для того, чтобы отмежеваться от той системы, которая его, по сути дела, породила; то позже начинается процесс возвращения в «белую веру» собственно шаманистских представлений, разрастается его пантеон, единобожие фактически заменяется политеизмом. В бурханистских молениях поминаются Тенгри, Jьер-Суу, Умай-Эне как божества верхнего мира – о них не забыли, хотя боролись с шаманизмом. Также почитают «ээзи» – духов-хозяев конкретной местности, слившихся в образ «Алтайдынг-ээзи» – Хозяина Алтая. Вновь применяется обязательное привязывание лент к деревьям на перевалах, у источников, как выражение благодарности их «хозяевам». А почитание «От-эне» – Матери-Огня, в бурханизме даже возрастает; делается более строгой система запретов, связанных с культом огня, поскольку в бурханизме велика роль идеи «ритуальной чистоты».

Но есть еще одна особенность бурханизма. Ряд исследователей усматривают в нем наличие христианских мотивов. Это также имеет свои причины: бурханизм способствовал выстраиванию системы религиозно-мифологических верований алтайцев, по сути, осуществив возврат к монотеизму, утраченному с распадом культа Тенгри.

– Исследователи [Н.О. Тадышева, 125-127] находят прямые параллели с христианскими обрядами:

«1. Православная церковь во время обряда крещения давала имя новокрещеному. Новые «байлу», имена, давали своим последователям и бурханисты.

2. Во время служб священники и их паства стояли. Служители бурханистского культа также читали молитву стоя.

3. Миссионеры вели проповедническую деятельность. Бурханистские агитаторы тоже объезжали юрты алтайцев, разъясняя суть новой религии, обучая хозяев совершению обрядов, пению, т.е. работали с шаманистами, чтобы те перешли в бурханизм.

4. Алтайская духовная миссия запрещала жениться на не христианке и выходить замуж за не христианина. Бурханисты также запрещали не только жениться на христианках и шаманистках, но и требовали даже отказа от общения с ними.

5. Миссионеры во время служб, работы постоянно использовали святую воду. У бурханистов вода с можжевельником также имела функцию очищения»

Эти совпадения не случайны, т.к. православное христианство также давало пример духовного единства, и этим было привлекательно.

Православие пришло на Алтай значительно позже ламаизма – с началом деятельности Алтайской православной миссии, основанной в 1830 году преподобным Макарием Глухаревым, ученым архимандритом, одним из самых выдающихся миссионеров Русской Православной Церкви за всю ее многовековую историю.

Преподобный Макарий (Глухарев) и святитель Макарий (Невский), ставший в будущем митрополитом Московским, за свои миссионерские труды прославлены Русской Православной Церковью и причислены к лику святых.

Алтайская Духовная миссия не была первой по времени учреждения Миссией Русской Православной Церкви в Сибири, не была она и самой большой по многочисленности паствы или по протяженности территории, на которой действовала. Но на Иркутском миссионерском съезде 1910 года она была названа «образцом и руководителем» для других Миссий, как наиболее приблизившаяся к идеалу православного миссионерства. Столь высокое признание Алтайская Духовная миссия получила потому, что воспитала целую плеяду миссионеров-подвижников для Алтайской и других Духовных Миссий Русской Православной Церкви, as well as, потому что православное просвещение народов Алтая совершалось алтайскими миссионерами в духе евангельской кротости и было подлинно апостольским служением. Некоторых алтайских миссионеров современники еще при жизни именовали равноапостольными или даже апостолами Алтая.

Все первое поколение алтайской интеллигенции — учителя, врачи, писатели, художники были исключительно воспитанниками миссионерских школ, или детьми алтайцев-миссионеров, или бывшими сотрудниками Алтайской Духовной Миссии. (Миссия издавала книги на алтайском языке, имела врачебную службу в лице фельдшеров и оспопрививателей-миссионеров.) Перед революцией 1917 года Миссия имела 30 миссионерских станов, more 40 церквей, десятки часовен, 84 школы, при каждой из которых была устроена библиотека.

Важно помнить, что деятельность Алтайской Духовной миссии была нацелена не на внедрение русской культуры, а на донесение до жителей Алтая идеи Единого Бога, проявляющего свою благодать через любовь к людям. Именно эту Любовь и демонстрировали первые алтайские миссионеры через свое служение, чем и привлекли в лоно православной церкви тысячи новокрещенных алтайцев.

Но справедливости ради стоит сказать, что образ национального героя-спасителя Ойрот-хана жителям Алтая был ближе и понятнее, чем образ Христа. И забыв о страданиях и притеснениях, чинимых коренному населению Алтая джунгарами (в Джунгарское ханство входили племена ойротов), алтайцы наделяют Ойрот-хана чертами доблестного воина, богатыря, как бы перенося «великое», «идеальное» прошлое на образ будущего, когда наступит всеобщее благоденствие.

Совершив этот краткий экскурс в историю духовных перипетий алтайского народа, убеждаемся в многочисленных примерах межкультурных и межконфессиональных контактов, нередко становившихся подлинным диалогом.

Ключевым качеством диалога является двунаправленность процесса взаимодействия, когда «обратное движение, основанное на архетипе «мены», наделяет любую зеркальность и диалог способностью смыслопорождения, что в свою очередь, повышает устойчивость системы» [1, с. 8].

На обыденном уровне диалог нередко воспринимается как обмен двумя логиками. Но если эти логики не прирастают новыми смыслами, а остаются «каждый при своем мнении», то, по сути, это два монолога, каждый из которых считает своим долгом высказать свое мнение, но «не опускается» до того, чтобы услышать доводы оппонента. Сегодняшняя межконфессиональная ситуация на Алтае, properly, так и выглядит.

М.С. Каган в своих трудах по культурологии, обосновывая метод системных исследований как основу становления современных гуманитарных наук, разводит понятия «диалог» и «коммуникация». According to him, сущностным качеством диалога является его субъект-субъектная природа, симметричность, двунаправленность его процесса, нацеленность на обретение общности. В то время как коммуникация имеет однонаправленное действие от субъекта к объекту, где последний занимает пассивную, воспринимающую, позицию. Когда какая-либо из конфессий начинает укреплять свои позиции посредством навязывания своих, как она считает, единственно верных постулатов, – такая коммуникация приводит сначала к подавлению оппонентов, а затем и к неминуемому бунту.

Таким образом, диалог может состояться только между участниками, у которых уже сформировались качества субъектности. Целостное понимание своей и чужой культуры возможно только тогда, когда заявленные логики способны к смыслопорождению – пониманию и принятию иной логики. Примером диалогического смыслопорождения может служить образ Ойрот-хана. Его мессианский облик – не только наследие пришлых религий: ламаизма или христианства. Алтайский Ойрот-хан – это не Майтрейя буддистов и не христианский Иисус. Это свой, древний, национальный герой, обладающий множеством характерных, специфически алтайских черт. Hence, и бурханизм – это не просто «новая фаза» развития шаманизма или деградация какой-либо мировой религии. Это весьма своеобразная религиозная система, в основе которой заложена идея становления собственной национальности, своей истории.

Природа диалога имеет триадную основу. Он оказывается состоявшимся лишь тогда, когда в ходе диалога, презентирующего две логики «теза – антитеза», порождается третья, качественно новая – синтеза.

Триада содержит в себе архетип устойчивости, целостности: три точки опоры необходимы и достаточны для достижения устойчивости; трансцендентное единство – Бог имеет троичную природу.

Л. Баткин, М. Бахтин, SE. Лотман, разрабатывая теорию диалога, говорят о позиции «третьего» в диалоге. Но третьего не в арифметическом, буквальном, смысле, а, скорее, в метафизическом. Этот третий – «мнимый», but, тем не менее, совершенно реальный участник диалога.

Общеизвестно, что дуалистическая парадигма классической науки, примененная к гуманитарным наукам, в конце концов, завела их в тупик. Дело в том, что семантическая основа четных чисел олицетворяет пассивное (иньское) начало, ассоциируется с разделением, разобщением, конфликтом. В то время, как триада содержит в себе концепт целостности. И применяемый повсеместно принцип государственного управления «разделяй и властвуй» сегодня на руку политикам и чиновникам-временщикам, успевающим, пока они у распределителя, прибрать к своим рукам все, что плохо лежит. И немалым подспорьем им в этом процессе является спор монологов разных конфессий, представленных на Алтае. Каждая из них зазывает в свои ряды прихожан, нахваливая себя и пороча остальных.

Сегодня появилась еще одна уловка в мировой практике, которая, якобы, примиряет между собой все религии – это создание новой, синтезийной религии, such, как бахаизм в Индии. И это не новая идея.

Параллельно с развитием в культурологии проблемы диалога и диалогических отношений происходило становление теории синтеза. Она возникла как естественная реакция на процесс дробления, декомпозиции, специализации и конкретизации всех областей культуры, приведший к началу ХХ века к предельной фрагментарности картины мира в сознании человека, and, как следствие, к мозаичности мировосприятия. Синтетическая парадигма была призвана восстановить утраченную целостность, что проявилось в бурном процессе ремифологизации – возрождении древних мифологий и становлении новых мифов. Собственно, по этому пути и пошли бурханисты на Алтае. Однако, решив некоторые частные проблемы в развитии искусства и некоторых явлений культуры, синтезийная парадигма не принесла ожидаемых результатов на уровне всей системы. Синтетическая целостность системы оказалась достижимой, но дорогой ценой: утратой индивидуальности составляющих ее подсистем – разрушением их субъектности. Поэтому и начинал свою историю бурханизм с репрессий над камами, чего ему до сих пор не простили шаманисты.

* * *

Единственным средством преодоления духовного кризиса на рубеже тысячелетий может стать подлинный межконфессиональный диалог как эффективное средство обретения утраченной целостности. И если подлинной изначальной духовной целостностью на Алтае обладала доктрина Тенгрианства, может быть, она и смогла бы стать основой современного межконфессиональьного диалога, который бы строился на поиске общности, изначально и имманентно присущей всем ведическим доктринам? Высшая Божественная реальность едина, несотворима и неуничтожима. Она была, есть и пребудет вечно, независимо от того: как ее будет называть человек, и вообще – будет ли существовать само человечество. Но пока человек существует, его главная цель: хранить этот мир и во имя этого – учиться постигать Божественный замысел.

Антиэнтропийная направленность диалога способна выводить систему из состояния кризиса. И наивысшей формой проявления диалога является эвристический диалог – продуктивный, порождающий качественно новую, отсутствовавшую прежде данность. Этой данностью может стать порождение современных смыслов изначальной целостности Тенгрианства.

Непростые процессы, протекающие сегодня на Алтае, to some extent,, имеют своей причиной утрату преемственности, происходившую не только в период богоборчества ХХ века, но и в тяжелые годы раскола государственности и иностранной экспансии предыдущих эпох. Однако введение в школьное образование основ традиционной духовной культуры сможет заполнить, хотя бы частично, создавшийся вакуум.

Как говорилось выше, true inter-religious and intercultural dialogue is only possible between the self-sufficient entities: русской православной культурой и традиционной духовной культурой Алтая. Осталось дело «за малым»: разработать содержание образования по традиционной духовной культуре и придать этому курсу по выбору такой же статус в учебном плане, как и четырем означенным. На Алтае для этого есть и научный потенциал, способный выполнить эту работу, и те вершины Духа, которые веками выкристаллизовывали характер и ценности алтайского народа.

References

1. Балакина, E.I. Проблема диалогических контактов в истории художественной культуры // Avtoref. дисс. На соискание ученой степени кандидата культурологических наук,
2. Zhernosenko, IA. Сакральные центры Алтая как историко-культурный и геофизический ресурс формирования ноосферного типа сознания // Природные условия, история и культура западной Монголии и сопредельных регионов: материалы VIII международной конференции (Горно-Алтайск, 19-23 сентября 2007 of) – Т.1. – Горно-Алтайск: РИО ГАГУ, 2007.
3. Kagan, М. С. Воспроизводство российской интеллигенции как педагогическая проблема // Формирование российского интеллигента в университете. СПб., 2000.
4. Kagan, М.С. Системный подход и гуманитарное знание. - L., 1991.
5. Система. Симметрия. Гармония / под ред. В.С. Тюхтина, YA. Урманцева. - M., 1988.
6. modernization of general education strategy. - M., 2001
7. Тадышева, Н.О. Проблемы христианизации алтайского народа (по материалам из фондов национального музея республики Алтай им. А.В. Анохина). // Алтай – Россия: через века в будущее. Материалы Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 250-летию вхождения алтайского народа в состав Российского государства. 16 – 19 May 2006 g. – Т.I. – Горно-Алтайск, 2006.

References

1. Balakina, E.I. Problema dialogicheskikh kontaktov v istorii khudozhestvennoyj kuljturih // Avtoref. diss. Soiskanie uchenoyj candidate stepeni kuljturologicheskikh Nauka,
2. Zhernosenko, I.A. Sakraljnihe Centrix Altaja kak HISTORICAL kuljturnihyj geofizicheskiyj resource formirovaniya noosfernogo plug soznaniya // Prirodnihe Terms, History kuljtura zapadnoyj Mongolian regions sopredeljnihkh: Materials VIII mezhdunarodnoyj conferences (Gorno-Altayjsk, 19-23 sentyabrya 2007 g.) – T.1. – Gorno-Altayjsk: Gagu RIO, 2007.
3. Kagan, M. S. Vosproizvodstvo rossiyjskoyj intelligencii kak pedagogicheskaya Problem // Formirovanie rossiyjskogo Intelligent University. SPb., 2000.
4. Kagan, M.S. Sistemnihyj podkhod gumanitarnoe znanie. - L., 1991.
5. System. Symmetry. Harmony / pod red. V.S. Tyukhtina, Yu.A. Urmanceva. – M., 1988.
6. Strategiya modernizacii soderzhaniya obthego obrazovaniya. – M., 2001
7. Tadihsheva, N.O. Problems khristianizacii altayjskogo nation (material trace of the Fund nacionaljnogo museum Altayj important. A.V. The nokhina). // Altayj - Russia: cherez lid in buduthee. Materials Vserossiyjskoyj NAUCHNO-prakticheskoyj conferences, posvyathennoyj 250-th anniversary of vkhozhdeniya altayjskogo Naro Roster Rossiyjskogo gosudarstva. 16 – 19 maya 2006 g. – T.I. – Gorno-Altayjsk, 2006.

Received 12.05.12

 

 

UDC 373.167.1:21

An educational institution, planning their work, as one of the main components includes a section “Spiritual and moral education”, that defined the modern Russian legislation as one of the main objectives of educational content. In terms of spiritual and moral education, each school has its own flavor: in one direction this sport, another – Research, but the single, defining the problem – formation of conscious moral philosophy graduates. For, to this problem was solved more effectively in the learning process DU introduced a course “Basics of religious cultures and secular ethics” On behalf of President and Prime Minister of the Order. For most teachers Altai Krai this course - a new and yet incomprehensible thing. But some DD, including school № 9 g.Novoaltayska familiar with this issue firsthand. We have one of the modules ORKSE (а именно, "Fundamentals of Orthodox Culture") enlarged (compared with ORKSE) variant being ten years. Our experience allows us to answer some important questions, which appeared in the parents and colleagues, who will teach the subject with 01.09.2012g.

These questions were asked and the author years 10 back.

FIRST QUESTION,

Is it too early? This material should be given in high, possible in high school.

No sooner – this is exactly. Здесь, at the time, Ask a Question: "Is not it too late to?"In a sense, the fourth graders will have to retrain, т.к. many moral concepts have been formed, and often, already appeared persistent unhealthy culture phenomena of youth subcultures. Not only fourth graders – many first graders have an idea about the world, leaving only pity them. Allow myself to illustrate this example. Everyone knows the meaning of the word "friends" in the dictionaries will read: "Make friends – feel affection for each other, trust, rely on one another ". Между тем, Teens seven or fourteen offended, If this word is called the relationship between the children of the same sex. They put him in a different meaning: "Make friends - it, is, "Experiencing same-sex love". The concept of "friendship" was changed to "communicate". The concept of "love" now equals the concept of "sex". Just something a few words, but as they clearly indicate the ideological disease of modern youth. Orthodox culture - the best cure for these diseases.

SECOND QUESTION.

Whether it is necessary to introduce a new course, тем более, religious, although culturological, basis?

Many educators argue that view so, that developed many secular programs, including copyrights, on moral and ethical education, which have long been tested, time tested, whether even "reinvent the wheel"? It can respond so: these programs really tested time and proven to be ineffective. Order of the Government of ORKSE appeared why. Besides, некоторые воспитательные инновации последних лет не просто несостоятельны – вредны! Например, выдержки из подобной программы: «Тематический кл.час в 11 классе. ТЕМА: «Институт брака. Пробный, гражданский, official marriage. OBJECTIVE: Students explain the main differences between civil, official and trial marriages. "Comments, как говорится, unnecessary. Educator, part of the program, not even aware, that civil marriage - this is the official; what is a "trial" – mystery and author

Another program another teacher and another OS. "Hour of free communication – 6 class. ТЕМА: "Traditional (!!!) holiday "Day of St.. Valentine, Valentine's Day. (Well as, разумеется , Valentine's Day – it's a good old Russian tradition, – comment author.) OBJECTIVE: To form the pupils of the ability to properly and cultural congratulate those, who to feel affection " (than no bridge to the new meaning of the word "friends"? – comment author.)

Consequences of such programs and will need to fix the new rate. Thanks to him, the students need to learn, that no division on marriage and civil trial does not exist. As, properly, and there is a holiday called "Valentine's Day". As for the religious component of the course, so it is impossible to forget, что, во-первых, Russia's traditional religions deservedly included in basic national values. А, во-вторых, ORKSE must solve several problems, the most difficult of which is the development of ideas of the younger teenager about the importance of standards and values ​​for a decent life personality, family, общества. In other words - not just form the younger teenager moral norms, but, point, convince him, that compliance with these standards is vital to himself, that this should be the meaning of life. In this case, only religious culture can clearly explain to the person, why it is beneficial to treat your neighbor as yourself.

Yes, and the content itself is the moral norm of religious culture becomes amorphous and confusing. What is in the principle of "moral norm"? This is actually the criterion for distinguishing between good and evil. But good and evil are understood differently by different people and different periods. Where can I get a universal and unconditional moral and immoral definition? What is regarded as a necessary starting point in educating? Only in cultural tradition, formed religion. Only by relying on the commandments - laws, believes that a person sent by God, and therefore indisputable - Meryl measure, Criteria Criteria. Supporters irreligious "secular ethics" object: нельзя, мол, refer to the installation of the Holy Scriptures. Это H is t o l a r a n t n o! Однако, anyway, but irreligious secular ethics emerged from experienced and reinterpreted religious(!!!) Truths, and morality in principle also has roots in Scripture.

THIRD QUESTION.

What a strange course? Only in the fourth grade. Not whether it will be a waste of time. He has no prospects.

At the junction of the two stages of learning – junior and middle managers (and this is the fourth class ) student only receives a boost to meditation, learning a new subject, and the cause of his parents and teachers continue to lead in the way teen, which will outline ORKSE. Современная школа имеет для этого множество способов: факультативные и элективные курсы, кружковая работа, интегрированные занятия, new and very interesting initiative - "School of responsible parenthood", activities of the class teacher.

DU, безусловно, able to provide their own perspectives COURSE. Moreover, school itself may be futile, if the rate ORSKE not go beyond the fourth year and can not find reflection in the whole system of educational work of the school, which should be changed in accordance with the direction, which defines a new training course. In the light of religious values ​​Russians should build programs headteachers, a series of entertaining and creative activities, research cycles. Parenting becomes only effective and successful, when the cornerstone deliver spiritual traditions , promoted ORKSE. This will be the prospect of a new course.

FOURTH QUESTION.

And what module should be selected?

Summing up after a decade of harrowing experiences of teaching the basics of Orthodox culture, I want to say – experience of school № 9 g. Novoaltaysk (as the experience of many other countries Shelter) доказал безусловную эффективность изучения предметов цикла “ДУХОВНО-НРАВСТВЕННАЯ культура” или, как принято нынче называть, ORKSE. But here in the evaluation of modules I can not be absolutely impartial and yet venture to say, Altai that really can only be effective module "Fundamentals of Orthodox Culture". Not least because, that before educators defined task: foster citizen, who identify themselves as Russians (!!!). And how do you, dear teachers, going to do it without studying the Orthodox Culture, which rose and all that, what we call Russia? This fourth question and parents, and teachers should only give the correct answer, otherwise it may disappear very powerful concept of "Russian".

Received redaktsiyu15.06.12

 

 

UDC 230.1+621.039.009

FOREWORD

Нельзя сказать, that the humanities, philosophy, theology, Literature and Art XX-XXI centuries left ambivalent phenomenon of nuclear energy (basic concepts – http://narfu.ru/aan/archive/AaN_2012_5.pdf), as an important part of being, unattended (см., например, three of my articles at http://e-conf.nkras.ru/konferencii/econf/filos.html), тем более, in the context of globalization and informatization. But this is clearly not enough attention. И, perhaps, lack of examples, individual and collective, "Highest order" a talent "artists". No decent methodological framework and completeness watching.

This database can be configured through the basic analogues, to be selected. Promises to be useful soosmyslenie sociocultural phenomena of nuclear energy and religion. Прежде всего – approach through postulates and theological achievement of Christianity and Orthodoxy. We denote the background and only the contours of such an approach. We will not address issues of faith in God. Similarly, to some extent,, Training course "Fundamentals of Orthodox Culture". This is a private matter. We will not be submitted exclusively supporters ritual and consumer, dogmatically, sanctimonious, Rants and demonstration, superficial religiosity, as a sign of degradation swept Russia. Rightly said (Onions., 18, 8): “But the Son of Man, coming, find faith on the earth?”. Will still napravlyaemy this analogue, but only the depth and specificity of the methodology of Orthodoxy, in the context of interface phenomena, basic question: "Why?”, "Why?"And" how?”

Of particular importance is the proposed approach for Siberia. The whole world knows, that it is in Russian Siberia are unique (and the world's largest) nuclear military-industrial complex: Siberian Chemical Plant (near Tomsk) Krasnoyarsk Mining and Chemical Combine. That's what the world owes to those mills, that there was a third world war - nuclear. These factories material provided nuclear deterrence (a set of international norms and rules of real life difficult), in whose favor the specific historical conditions now challenged only politicking talkers, но не серьезные историки. В одном из первых документов, подписанных И. Stalin within the Soviet atomic project deployment, namely in Tomsk, at the Tomsk Polytechnic Institute, was ordered to train personnel for the nuclear industry throughout the country. Is Krasnokamensk, which is explicitly stated in Article, it is out of Siberia? Tobol, Irtysh, Ob, Yenisei - all these rivers have received the imprint of the nuclear industry. Not to explore whether these effects and created a structural unit of the RAS in Tobolsk? Norilsk and neftegaz Kara Sea shelf (and east) can not work without nuclear icebreakers. Underground nuclear explosions produced in some Siberian regions. There are many more such facts. It's all history. А как дальше быть с наличием и дальнейшим развитием ядерной индустрии Сибири? Раньше никто никого об этом не спрашивал. Строили – и все. Так надо было. Теперь, under the new conditions and taking into account the lived, possible and necessary to make decisions (and if necessary, arrange them legally) otherwise. И еще: fate a long time ago "showed" Siberia F. Dostoevsky, without reference to which it is impossible to comprehend antroposotsialnuyu nuclear subjects. And this article is.

Ecumenical and CIVILIZATIONAL RELATIONSHIP

In nuclear and religious phenomena have much in common in the basis and border topics. Nuclear Energy (as well as cosmological and geological processes) inherent elements of eternity compared to the life of humanity, as well as direct “contribution” in the reality of his existence. That in the sphere of social phenomena is somehow similar time parameters and significance for understanding the genesis and manifestations of human civilization as people? Course, прежде всего, religion, а также ее мировоззренческая составляющая. Христианство и Православие ориентируют человека на вечность, рассматривают ключевые, земные, проблемы в таком ракурсе. Они дают нормы, sometimes paradoxical, earthly (external and internal) people's lives - good and evil, to have a decent prospect of future.

Man belongs to two worlds – material and spiritual. С одной стороны, we – Children of energy and matter stars. We are composed of molecules, atoms and atomic nuclei, that is, nuclear power is not only, but also within us. In the literal and figurative senses. On the other, – “God – The lord's prayer”. Already begun the material world and the biological life, known, treat these two concepts. Recently found (the greatest scientific discovery of the last fifty years) boson Higgsa samimi fizikami spoken of as "chastitsey God". They are the same and "Trinity" - the name of the world's first test of nuclear weapons technology.

Страны христианской культуры первыми освоили ядерную энергию. Western Christian philosophers and theologians in the first nuclear world marked a new level of problems concerning the nature and future, as Christianity, and humanity (including legal - K. Jaspers) generally [1,2].

WHY?

According to Christianity and Orthodoxy, world is arranged so, that there is a heaven and hell. Humanity must choose between them. With full awareness of and, and other. Nuclear energy acts of people in the world can provide either one, or other. Knowledge of nuclear energy (antroposotsialnom in context) and encouraging its use have meaning only in unity with a deep understanding (as the basis for action in the nuclear field and their legal regulation) essence of man and society.

Orthodoxy leads to the idea, that our current, so-called "normal", abnormally deep substantially. Human potential is great, but you can not, man to "crude" manifested itself in full force. Godlike nature of man with huge potential deeply damaged. As a result, political, scientific and technical development of mankind in spite of initial good intentions led to the possibility of the collapse of Earth's civilization. В глобальном плане необходимо очеловечить человечество, победить внутреннее зло в человеке, чтобы не случались все новые и “совершенные” “Содомы” и “Гоморры”. And apologists of Orthodoxy (например, A professor and theologian. Osipov) prove it quite secular, scientifically, logical, the historical, on facts [3]. Add, that not all was well with the purity of the soul and Russian professionals and managers of nuclear matter. And also point to the considerable amount of direct and serious violations of ethical norms and national legislation (см., например, discussion on the agency website PRoAtom). And this – !?!?

Although Orthodoxy is no unambiguous, for all occasions “Nuclear” philosophical life “prescription”, it has a universal experience, which was formed thousands of years. This experience and the truth of Revelation (if any, to take in the fact) allow to draw a lot of them again and again. And this is a good basis in the coming soosmyslenii, together atheists and believers, nuclear phenomenon and mankind. Unproductive persist and block progress, focusing exclusively on the analysis of the truth or validity of religion. Целесообразно методологически учиться у мировоззрения, которое “во веки веков”. Поэтому в предстоящем соработничестве предпочтительны каноны и апологеты религии. Although no attention should not be abandoned, and the arguments of critics of religion, especially when they are motivated by a comprehensive discussion of the methodology.

We do not encourage or criticize religion primitive adapt to its canons. We are looking for spiritual and humanitarian reflection nuclear phenomenon worthy of intellectual perspectives and resources, base, position, concept, Principles, Approaches, norms. And then the rich experience of religion as a special kind of outlook and sustainable social phenomena can not be not to use. With thoroughness and accuracy, appeal to this phenomenon may, without prejudice to religious canons and without criticism from secular philosophers, humanities in general by occupation and humanists in spirit. Because Christianity, in the original sense, except for his revelation, - Then it is still a certain someone's brilliant "idea", Example path, which can provide positive change perishing world through human change.

Богословам в духовно-гуманитарном осмыслении феномена ядерной энергии и формировании приемлемого социоядерного будущего, думается, должна быть отведена важная роль. Especially Orthodox. Base - the rest, against the background of radical changes (distortions original essence) other branches of Christianity, orientation of Orthodoxy on the inner world of man, his spiritual self. Only Christianity still has a chance not only to get carried away and socialization omirscheniem, не отойти от первоначальной и главной задачи христианства – видеть глубинный корень всех бед и радостей, потерь и благ, земного и вечного, индивидуального и общечеловеческого бытия. The result - the desire to preserve the completeness of purification of the soul, man's inner world, create the basis for standards of earthly existence.

WHY IS POSSIBLE?

Apologists of Orthodoxy "go to the people" in science and technology. Now the Russian Orthodox Church is active not only in the traditional print and electronic media channels, но и в Интернет.

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II писал: “Без упования на Господа… невозможен подлинный успех в области ядерной энергии” [4]. Science and religion are methodologically largely are not absolute antagonists. In the global problem of the possibility of knowledge of the universe (in the study of the microworld and the mega especially.) their views converge - can not adequately know. Science and religion are not only antagonistic, but also moral begin to converge.

Rev. D. Kir'yanov notes: “С момента возникновения во второй половине XX века междисциплинарной области исследований «наука и религия» сформировалось множество концептуальных подходов… соотнесения науки и религии”. Рассматривалась даже “программа «критического реализма» как моста между наукой и религией”, as well as – методологические параллели [5]. Достаточно известно к тому же, на большем уровне обобщения, Christianity, например, methodologically interacted and interacts with various non-Christian cultures.

Different religions have already spoken about nuclear weapons [6]. Adequate assessment of the religious "peaceful atom", видимо, ahead. Appeal to the achievements of thinkers religious philosophy, practical experience of the churches and religious media can give much. Russian Orthodox Church, например, considers, что “introduction” незыблемых духовных ценностей в научно-техническое творчество далеко выходит за национально-государственные рамки, directly about finding grounds for the construction of human civilization in the new millennium [7].

World Russian People's Council (VRNS) Hearings held in Sarov "Nuclear weapons and Russia's national security" and "Problems of interaction Russian Orthodox Church and the leading scientific centers of Russia". Metropolitan (then) Kirill said hearings “Nuclear weapons and ...” warning quoted the Bible: “Because, when they say,: "Peace and security", then sudden destruction cometh upon them” (1Fez, 5, 3). This idea is given in the original context of the theme of the Messiah, man's salvation, Studies Bojiyego, eschatological notions, permanent moral and spiritual wakefulness and work for people. Milestone in the process of convergence of approaches science and religion to know the world was the assignment in 2010 Patriarch Kirill honorary doctorate MEPhI, and in 2012. – MGU. During operation XVI ARNS (2012of) again repeatedly recalled the idea: "Orthodoxy has something to say to the world". In 2012. MEPHI (as in the Ural Mining University) theology department was opened. Its head was the head of the Department for External Church Relations of the Moscow Patriarchate, Metropolitan Hilarion (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid = 4066).

For example Sarova, its multi-faceted service to the Fatherland, reveals the essence of many organic convergence of the Russian Orthodox Church and the Ministry of Atomic Energy, predetermined unique value of the Church and the nuclear field in the context of protection, спасения России – в прошлом, настоящем и будущем. “Физики без священников – современные папуасы”, – так видит ситуацию относительно ядерного центра в Сарове православный журнал “Фома” [8].

A professor and theologian. Osipov in 1991-99 years, was co-chair of the annual International Conference of the resonant "Science. Philosophy. Religion "at the Joint Institute for Nuclear Research. He successfully for over twenty years has lectured and debated in class nuclear physicists, Recalling the responsibility of scientists, in 2011. received an honorary award JINR Dubna for outstanding achievements in theology and long-term cooperation with this institution. He is the interpretation of the dogma of the Holy Trinity as a successful analogy repeatedly uses the concepts of "man" and "atom" [3].

POTENTIAL INTERFACE METHODOLOGY

To name just a few possible angles:

Space Art / Universe;

Trinity;

union with man;

universal humanity ("Jew and, Hellene and ... ");

save humanity from humanity;

"Spirit creates itself a form of";

"For our thoughts and ...";

belief in their cause, ideological firmness, patristic tradition.

MODERN FEATURES: Pragmatists "Points of Growth"

In Russia there are two nuclear-religious center – Sarov and Sergiev Posad. Suggested a third [9]. A fourth (S.-Petersburg) as such, it would be better not to visit. Considering in connection with nuclear energy various social institutions, abroad offered to ensure proper public attention to long (millions of years) the fate of radioactive waste to create a "nuclear College pastorate" [10]. It seems, что в российском варианте в рамках многогранной концепции SAMPO нечто подобное могло бы быть связано, прежде всего, с системой приграничных сочетаний, с не исключительно общественной, but the linking of state-religious territory lying between them, and finally - the whole country:

1)international nuclear underground storage within the geological structure of the Pechenga Pechenga plus Trifonov Monastery Murmansk and Monchegorsk diocese;

2)similar facility in Krasnokamensk plus young Krasnokamenskoye deanery and Chita Krasnokamensk diocese.

And much respect to this option will depend on the professionalism and moral qualities of Russian geologists, miners and nuclear, the success of the secular legal support and spiritual nourishment project by the Russian Orthodox Church, in partnership with other religious institutions.

The main question today is not nuclear energy technology, and psychological, said, summarizing held at the St. Petersburg Economic Forum - 2012 "Roundtable" "Nuclear Power: Year after Fukusimы ", With Rosatom CEO. Kirienko (http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid = 3854). Nuclear Energy in Russia die without public support, заявил журналистам первый заместитель гендиректора Росатома А. Локшин в кулуарах седьмого международного общественного форума-диалога “Атомная энергия, общество, безопасность – 2012” (http://www.ria.ru/atomtec_news/20120905/743554229.html). Говоря, скорее всего, о сиюминутных частностях, чиновники, не ведая того, что называется, “попали в яблочко”.

Осмысление ядерного феномена и укоренение в социуме ядерного техно в значимых для цивилизации, легитимных и безопасных масштабах, как и религии (по крайней мере – христианства), globally should not have a goal to destroy human, and save it. Nuclear example, examiner in the coordinates of the canons of Orthodoxy and in the context of the anthropic principle and sotsioyadernogo sociocultural paradigm (http://narfu.ru/aan/archive/AaN_2012_5.pdf; http://www.dialog21.ru/biblio/komleva.htm), would help establish a common mentality sotsioyadernoy, individual and State. Creation of civilized philosophical and socio-humanitarian grounds, legal norms wise development of other ambivalent about the whole humanity of Science and Technology, the number of which will only continue to multiply. Together, this may contribute to the consolidation of mankind in the face of global challenges, of threats to the destruction. Develop awareness of the general mechanism of ownership and responsibility for their own destiny of mankind. Also – evolution, involution and not spiritual and cultural nature of legal systems [11].

An earlier attempt to pose topics designated in my previous publications (http://noc.chgaki.ru /?page=conf; http://www.proatom.ru/modules.php?name=News&file=print&sid = 118; Religion and the phenomenon of nuclear energy: sociocultural interface circuits. Special award for an article on competition of scientific works "Responsibility of religion and science in the modern world", November 2005 of, Biblical Theological Institute of St. Andrew, Москва; http://helion-ltd.ru/komleva-sp-11-2008 /; http://helion-ltd.ru/philosophical-base/, http://www.voskres.ru/economics/komleva.htm; http://e-conf.nkras.ru/konferencii/econf/filos.html; http://www.lawinrussia.ru/node/164207; http://www.sciteclibrary.ru/rus/catalog/pages/10627.html и др.). It corresponds to the trends in the overall strengthening of the humanization and humanization of science and technology fields.

Thank you for supporting research and valuable comments of Professor BrigitteFalkenburg.

References

1. Jaspers, K. The atomic bomb and the Human Future: political awareness in our time. Munchen, 1958, 506 s.

2. Garrison, J. The Darkness of God: Theology after Hiroshima. London: SCM Press, 1982, 238 p.

3. Osipov, AI. Audio lectures

(http://www.aosipov.ru/audio/audio_obshchii_spisok_lektsij.html).

4. Hello, Patriarch of Moscow and All Russia Alexy II participants hearings "Nuclear weapons and national security of Russia" (http://pravsarov.nne.ru/content/publication/461/552/486/518.html).

5. Kir'yanov, DV. Science and religion: variety of methodological approaches // Proceedings of Tobolsk Theological Seminary, issue 2. - Tobolsk: Tobolsk Theological Seminary, 2011. – С. 117-134.

6. Ethics and weapons of mass destruction: religious and secular perspectives / edited by S.H. Hashmi and S.P. Lee. – Cambridge, 2004. – 533 p.

7. Report of Patriarch Alexy II at the Jubilee Bishops' Council of the Russian Orthodox Church, 2000g.

8. Physics without priests - modern Papuans. Talk to the Russian Federal Nuclear Center, g. Sarov // Thomas. Orthodox Journal for the doubters. Approved by the Publications Board of the Moscow Patriarchate. – 2003, №2(16) and New World. – 2004, №2.

9. Komlev, E.V. Antroposotsioyaderny phenomenon // The age of globalization. – 2011, №2. – С. 140-149.

10. Weinberg A. Social Institutions and Nuclear Energy. In: Science 177 (1972), S. 27-34.

11. Pugina, О.А. Material and spiritual nature of legal systems // Jurisprudence. – 2012, №1. – С. 18-23.

 

References

1. Jaspers, K. The atomic bomb and the Human Future: political awareness in our time. Munchen, 1958, 506 s.

2. Garrison, J. The Darkness of God: Theology after Hiroshima. London: SCM Press, 1982, 238 p.

3. Osipov, A.I. Audio-lekcii

(http://www.aosipov.ru / audio / audio_obshchii_spisok_lektsij.html).

4. Privetstvie Patriarkh Moskovskogo and vseya Russians Aleksiya II uchastnikam slushaniyj "Yadernihe vooruzheniya and nacionaljnaya bezopasnostj Rossii" (http://pravsarov.nne.ru/content/publication/461/552/486/518.html).

5. Kirjyanov, D.V. Nauka i religiya: manifold metodologicheskikh podkhodov // We try Toboljskoyj Dukhovnoyj seminarii, vihpusk 2. - Toboljsk: Toboljskaya Dukhovnaya seminariya, 2011. – S. 117-134.

6. Ethics and weapons of mass destruction: religious and secular perspectives / edited by S.H. Hashmi and S.P. Lee. – Cambridge, 2004. – 533 p.

7. Evidence Patriarkh Aleksiya II Yubileyjnom Arkhiereyjskom Sobor RPC, 2000g.

8. Physicists bez svyathennikov - sovremennihe papuasih. Word of the Assistant Rossiyjskogo federaljnogo yadernogo center, g. Sarov // Format. Pravoslavnihyj Zhurnal dlya somnevayuthikhsya. Approved Izdateljskim Sovetom MOSKOVSKOGO Patriarkhata. – 2003, №2(16) and Novihyj Peace. – 2004, №2.

9. Komleva, E.V. Antroposocioyadernihyj fenomen // Century globalizacii. – 2011, №2. – S. 140-149.

10. Weinberg A. Social Institutions and Nuclear Energy. In: Science 177 (1972), S. 27-34.

11. Pugina, O.A. Materialjnaya i dukhovnaya Nature pravovihkh system // Yuridicheskaya withered. – 2012, №1. – S. 18-23.

Received redaktsiyu24.10.12

 

 

UDC 271.2 + 008

Отношение православия к культуре выглядит (особенно со стороны) как, по меньшей мере, непоследовательное, страдающее внутренними противоречиями. Православие ведёт к культуре и уводит от неё; принимает её и не принимает; притягивает её к себе и отторгает. It, выражаясь библейским языком, “собирает камни и раскидывает их”.

Не принимает ли христианство “чужое” Священное писание, не превращает ли его в часть своего, в “Ветхий завет”, переформатируя основу до основания? Не питает ли христианство мировую культуру, насыщая её евангельским содержанием, библейскими сюжетами и персонажами? Не вдохновляют ли библейские тексты поэтов, живописцев, зодчих до высот пророческого служения культуре?

Для многих народов, в том числе – русского, Библия неразрывно связана с языком культуры, с письменностью. Первыми печатными книгами во всем мире (в в том числе в нашей стране) были книги религиозные, книги христианские.

С другой стороны, не выступало ли христианство против идолов, не признавая, по сути дела, скульптуру как вид искусства? Это отношение к скульптуре было сломлено в нашей стране только в XVIII веке, хотя до сих пор православные люди смотрят с некоторой оторопью на золоченые “идолы” православных святых (prep. Серафима Саровского и др.).

Разве не выступает православие против своеволия живописцев-иконописцев, дерзающих изображать новозаветную Троицу? Разве в XIX веке оно не ополчалось против театра как “школы безнравственности”? Разве не выступает оно против увлечения сериалами и современными зрелищами? Разве не выступает против современной гуманистической культуры вседозволенности, культурного плюрализма с присущей ему толерантностью? Разве не выражает отрицательного отношения к натурализму и абстракционизму? Разве не объявляет “идолопоклонством” различные формы неоязычества и чисто светские сциентизм и технократизм? Другими словами, orthodoxy, принимая что-то в культуре, другое отвергает. Более того, it, даже принимая, отвергает…

Православие в мире окружают две культуры: одна – мировая, меняющаяся от эпохи к эпохе и от континента к континенту. Другая – тихая, молчаливая, сопровождающая православие – культура молитв, культура богослужений, культура религиозного искусства. Иногда она выплескивается в красочном великолепии богослужений, в величественности и возвышенности храмов, в красноречии церковных “златоустов”. Эта культура не является по отношению к православию чем-то чужеродным, но и она поставлена им в определенные рамки. Православие не превращается в набор культурных традиций, передающихся от поколению к поколению. Православие воюет с “обрядоверием”, с любой абсолютизацией культурных традиций. Культура никогда не становится для православия “высшей ценностью”.

Христианство появилось два тысячелетия назад. Оно пришло в мир, населенный народами, стоящими на различных ступенях развития – от дикости и варварства до цивилизации. Возникновение христианства среди древних цивилизаций можно сравнить с приходом “богоизбранного” народа в “землю обетованную”. Евреи пришли не в край дикой природы, а в край, освоенный другими народами, “окультуренный”. Но эта земля была заповедана евреям Богом. Так и мир, в котором появляется христианство, чуждый христианству, заповедан ему Богом. Как евреи чуть ли не полторы тысячи лет до явления Иисуса Христа ждали мессию, так и этот чуждый христианству мир “жаждал” христианства.

Христиане приходят в этот мир от Бога. То, что их объединяет, – это не культура, которая, чаще всего, у них различна, зависит от времени, места, социальной среды, откуда они “изошли”. Их объединяет “водительство” Святого Духа, единомыслие, единодушие, возвышающее над пестротой и “местечковостью” мировой культуры, их воспитавшей.

Православие (как восточное христианство), католицизм (как западное христианство) возникают тысячу лет назад. Православие утвердило незыблемость своих духовных основ, выработанных семи Вселенскими соборами. Католицизм продолжал далее разрабатывать основы, дополняя и уточняя свой Символ веры. Протестантизм, оформившийся в XVI столетии, провел и повел ревизию этих основ с позиций гуманистического культа человеческого разума, пытаясь “осовременить” себя, привести в соответствие с реалиями своего времени.

It would seem, православие в своем догматизме оторвалось от мировой культуры, перешло к автономному существованию, превратилось в константу, неизменно пребывающую в этом меняющемся мире. Но это не так. Связь с мировой культурой в православии осуществляется. Православие связано с “текущей” culture, в частности, через своих святых, через новых святых, через новомученников, живущих в этом обновляющемся мире и несущих вместе с христианской верой мировую культуру. Христианство продолжает “прорастать” через мировую культуру. Мировая культура горизонтальна, Christianity – вертикально. Culture extends to the earth, Christianity – the heavenly.

Christianity emerges as a counterculture. Confession of creationism, it sanctifies the existing world, his eschatology – denies the existing culture, existing world. Christians – Wanderers, Wandering through this land to “Promised Land”, to Eternity. Christianity was alien to antiquity. This it “nadmirnogo” сохраняется и в последующем. Христианство пронизывает разные цивилизации и культуры, соприкасаясь, но не смешиваясь с ними. Далеко не случайно, что историческое время человечества измеряется в “системе координат” христианства. Христианство – это ось, на которую нанизывается вся история человечества от древности до современности с различными его эпохами, цивилизационным ростом, взлетами и падениями культуры.

Статья поступила в редакцию18.05.12