УДК 140.8

В естественнонаучном образовании гуманитариев существует необходимость преодоления разобщенности между гуманитарными и естественнонаучными системами знаний, что непосредственно сказывается на качестве образования. Это положение определяет в качестве актуальных задач теории и практики образования разработку стратегий обучения, отвечающих новому этапу развития общества, адекватных современному типу культуры, создающих условия для развития личности обучающихся и позволяющих обеспечить качество образования.

В центре внимания нашего исследования находится процесс обучения естествознанию студентов гуманитарных факультетов высшей профессиональной школы. Оптимизация процесса обучения естествознанию студентов гуманитарных факультетов вуза должна основываться на современных достижениях науки для того, чтобы подготовить будущего специалиста к профессиональной деятельности и жизнедеятельности вообще, и сформировать мировидение на основе единой научной картины мира. Совершенствование естественнонаучного образования гуманитариев зависит от того, насколько успешно соединены фундаментальные знания и гуманитарная подготовка в его профессиональном образовании, что обуславливает разработку форм, методов и средств обучения, обеспечивающих качество образования. Мы солидарны с мнениями О.Н. Голубевой и А.Д. Суханова, что на современном этапе развития естественнонаучного образования основной «становится не столько задача приобретения новых знаний, сколько задача формирования естественнонаучного рационального мышления и представлений об окружающем мире в целом, воплощенных в современной естественнонаучной картине мира» [1].

Научная картина мира является составной частью мировоззрения и определяет содержание внутреннего мира человека. Решение задачи формирования научного мировоззрения обуславливает формирование современной научной картины мира. Будучи целостной системой представлений об общих свойствах и закономерностях объективного мира, научная картина существует как сложная структура, включающая в себя в качестве составных частей общенаучную картину мира и картины мира отдельных наук. В онтологии научная картина мира, как отмечается в работах В.Н. Михайловского и Г.Н. Хон [2], отражает мир в целом и его отдельные сферы, в гносеологии – представляет систему научного познания, в методологии – систему мышления, способы научного творчества, выступая элементом продуктивного мышления.

Естественные науки в наибольшей степени участвуют в разработке научной картины мира, определяющей содержание миропонимания в структуре мировоззрения. Эта картина представляет собой совокупность важнейших достижений науки, принципов, законов и объяснений, дающее целостное понимание мира как движущейся материи, его развития, происхождения жизни и человека. Она включает в себя наиболее фундаментальные истинные знания о мире, проверенные и подтвержденные практикой и наблюдениями. Являясь высшим уровнем обобщения и систематизации всей совокупности естественнонаучных знаний, естественнонаучная картина мира, как система общих представлений о природе, включает в себя теоретические понятия, принципы и гипотезы различных областей естествознания.

Интеграция является основным принципом формирования естественнонаучного миропонимания, обоснования, уплотнения знаний о природе на основе ее фундаментальных закономерностей. В процессе интеграции формируется понятие «миропонимание». Понимание мира достигается благодаря открытию единых, устойчивых структур, лежащих в основе многообразия изменяющихся явлений – фундаментальных закономерностей, свойственных миру. Естественнонаучное миропонимание студента мы определяем как мыслительную деятельность, в процессе которой он при помощи фундаментальных закономерностей организует в единую систему знания, получаемые при изучении естественнонаучных предметов. Как пишет Г.И. Рузавин [3], процесс понимания является системным по своему характеру, он происходит в результате «воздействия частей и целого». Комплексные межпредметные связи способствуют интенсификации учебного процесса, более емкому восприятию разнородной информации, объединенной общей идеей и концентрированной во времени. Концентрация межпредметных связей вокруг комплексных учебных проблем повышает их роль в достижении воспитывающего эффекта обучения, формирования мировоззрения.

При определении методов и приемов обучения, используемых в процессе естественнонаучного образования студентов гуманитарных факультетов вуза необходимо учитывать преобладающие у обучающихся способы восприятия информации. Вместе с тем, необходимость единой научной картины мира, целостного мышления обуславливает применение холистического подхода на основе органического синтеза логического и ассоциативно-образного мышления. Педагогическая практика свидетельствует о том, что необходима интеграция методов обучения, направленных на развитие и сочетание как образного, так и логического мышления, способствующих целостному мировосприятию. Этим требованиям отвечает использование холистического подхода. Важнейшим элементом обучения естествознанию студентов-гуманитариев является постановка и рассмотрение проблем как естественнонаучного так и гуманитарного познания. Двуединый подход к формулировке проблем изучаемого материала является начальным, азбучным шагом реализации идей междисциплинарного синтеза естественнонаучного и гуманитарного знания.

Отличительной чертой содержания современного естественнонаучного образования является выделение в качестве базового ядра естественнонаучных картин мира, рассмотрение которых осуществляется на основе исторического подхода. Основополагающими принципами построения современной научной картины мира являются принципы историзма, системности, самоорганизации и глобального эволюционизма. Практическая реализация принципа историзма в процессе обучения осуществляется на основе введения исторического контекста при изучении возникновении и смены естественнонаучных картин мира. Дальнейшая его реализация осуществляется при рассмотрении социальной значимости научных революций в развитии общества, результатов и последствий использования открытий в производственно-практической деятельности, преемственности знаний, становления и развития этических норм проведения научных исследований, причин возникновения экологических проблем, путей и способов их решения. Конвергенция естественнонаучного и гуманитарного знания, как средство формирования целостной системы знаний обучающихся, предполагает многоаспектность в рассмотрении явлений и процессов окружающего мира с различных точек зрения, что является основой формирования единой научной картины мира, как всего комплекса представлений человека об окружающей действительности.

Оптимизация обучения естествознанию обеспечивается включением значимых для обучающихся знаний, формированием опыта деятельности в стандартных условиях и нестандартных условиях, усилением эмоционально-чувственного компонента содержания образования. Обеспечение условий конвергенции в гуманитарно-ориентированной образовательной среде предполагает актуализацию факторов предметно-информационного и личностно-психологического характера. Реализация конвергентного подхода основана на ценностно-смысловом наполнении содержания обучения, осуществляемом на основе рассмотрения общих проблем естественнонаучного и гуманитарного знания представленных в социальной экологии, биоэтике, этологии. Содержание обучения и способы его усвоения строятся на основе осмысления предшествующего опыта обучающихся, удовлетворения жизненно-значимых для них образовательных потребностей и создания условий для построения индивидуального образовательного процесса как процесса присвоения и созидания субъективно нового знания, а также способов его получения.

Педагогическая практика свидетельствует о том, что необходима интеграция методов обучения, направленных на развитие и сочетание как образного, так и логического мышления, способствующих целостному мировосприятию, этим требованиям отвечает использование холистического подхода. В связи с этим технологическими основами оптимизации учебной познавательной деятельности гуманитариев при обучении естествознанию являются личностно-ориентированный подход, проблемно-деятельностный характер обучения, оптимальное использование информационных технологий, активизация учебной творческой деятельности.

 

Список литературы

1. Голубева, О.Н. Проблема целостности в современном образовании [Текст] /О.Н. Голубева, А.Д. Суханов // Философия образования. – М.: Фонд «Новое тысячелетие», 1996. – С. 29-35.

2. Михайловский, В.Н. Диалектика формирования современной научной картины мира [Текст] /В.Н. Михайловский, Г.Н. Хон. – Л.: ЛГУ, 1989. – 128 с.

3. Рузавин, Г.И. Системный подход и единство научного знания [Текст] /Г.И. Рузавин. – М.: Наука, 1988. – 252 с.

 

 

УДК 377.6

Проблема повышения эффективности профессиональной подготовки обучающихся в современных социокультурных условиях является одной из наиболее актуальных, поскольку она тесно связана с потребностью формирования многогранной личности, адаптированной к современной сложной и очень динамичной социальной среде.

Рассмотрение системы среднего и высшего уровней профессиональной подготовки студентов в аспекте организационно-педагогических и социально-культурных условий повышения её эффективности, развития мотивационной сферы личности, её психологической устойчивости, компетентной готовности к профессиональной деятельности является актуальной современной проблемой [4; 6; 7].

С конца ХХ века практически во всем развитом мире сформировались уровни и ступени педагогической системы социума: дошкольное, школьное начальное и среднее образование, среднее и высшее профессиональное образование, а также подготовка научных кадров, переподготовка кадров специалистов. При этом в наших СМИ усиленно обосновывается, что весь мир сегодня вырабатывает модели глобального образования под лозунгом «Образование через всю жизнь». Согласно этим моделям, российская система образования также должна модернизироваться в этом направлении. В частности, необходимо жестко внедрять двухуровневое высшее образование «бакалавр – магистр», которое является составной частью такой модели.

В российской педагогической традиции проблема многоуровневого образования «через всю жизнь» была поставлена и разрешена уже несколько десятилетий назад. Она была успешно и эффективно разрешена применительно к собственным социально-культурным условиям. В нашей традиции такая образовательная стратегия получила название непрерывного образования. Непрерывное образование включало в себя несколько взаимосвязанных уровней, где каждый предыдущий уровень являлся основой для следующих. Это всем известные уровни, эффективно работающие и в современных условиях:

– семейное воспитание–образование;

– дошкольное воспитание–образование (ясли, детские сады),

– школьное (начальное и среднее) образование–воспитание;

– начальное профессиональное образование – НПО (производственно-технические училища, наставничество на производстве, профориентация в средней школе);

– среднее профессиональное образование – СПО (техникумы, колледжи);

– высшее профессиональное образование – ВПО (вузы отраслевые, университеты);

– подготовка научных кадров, две ступени – аспирантура и докторантура (второй уровень еще не имеет аналогов в мире);

– второе высшее образование – переориентация специалиста;

– институты повышения квалификации и переподготовки кадров – ИППК, стажировки и т.п.;

– университеты для взрослых [1; 6].

Западные модели, во многом представляющие собой плохие копии обозначенной выше российской системы непрерывного многоуровневого образования «через всю жизнь», являются менее структурированными и, кроме того, слабо адаптированными к нашим российским условиям. Поэтому реальная проблема для российского образования, без угрозы для собственной национальной безопасности, может стоять иначе. Это проблема выработки параметров конвертирования реально «работающих» уровней российского образования и уровней образования других стран (например, западных), но ни в коем случае не следует уничтожать своих (лучших в мире!) достижений. А мы почему-то идем совершенно иным путем – по варианту неоптимальных экстремальных заимствований инокультурных новаций, уничтожающих собственную, значительно лучшую традицию. Так есть ли смысл менять: лучшее – на худшее; «свое» – на недоброкачественное «чужое»; оптимальную перспективу развития – на ее отсутствие и тупиковое состояние? [8]

Например, выпускник СПО (техникума) мог квалифицированно работать в разных сферах народного хозяйства на уровне мастера. Определенному уровню профессионального образования соответствовала «ниша» трудоустройства человека в соответствующем социально-профессиональном слое общества. В подавляющем большинстве выпускник соответствующей ступени подготовки профессионала имел работу (по направлению) в том или ином социально-профессиональном слое страны. В отличие от этого, бакалавр не имеет достаточной практической квалификации работы на производстве, которой обладал мастер, выпускник-бакалавр оказывается недоучкой-практиком. С другой стороны, бакалавр не имеет теоретических знаний, которые получает специалист ВПО, соответственно, бакалавр оказывается недоучкой в фундаментально-теоретической подготовке. А сокращение гуманитарного цикла дисциплин в бакалавриате приводит к тому, что бакалавр оказывается и мировоззренческим недоучкой. Налицо дезадаптация личности на уровне, якобы, среднего профессионального образования в «инновационной» двухуровневой болонской системе подготовки кадров. Идет декультурация личности, невостребованной обществом, психике человека наносится непоправимый ущерб.

Поэтому мы уверены, что уровень подготовки студентов в российских колледжах (которые часто создавались путем реорганизации техникумов, с «искажениями» в сторону излишней теоретизации и уменьшения практических навыков), все же, в наибольшей мере адаптирован к российским уровням социальной профессиональной системы, нежели западная модель бакалавриата [5; 6; 8].

Высокое качество образования на всех его организационных уровнях – это залог оптимального социально-экономического и культурного развития государства, интеллектуального и духовно-нравственного совершенствования человека. Одной из главных функций образования является социализация молодых поколений и консолидация общества вокруг сохранения культурных ценностей. Однако в современных условиях отечественное образование все больше приобретает отрицательные черты. Они связаны со следующими факторами.

Во-первых, идет широкое, недостаточно апробированное, внедрение ряда таких инноваций, которые не адекватны российской общественной жизни, отрывают современное образование от лучших традиций русской педагогики, от богатейшего культурного наследия по формированию цельного человека, ведут к обеднению духовного потенциала страны. В частности, сюда можно отнести и те инновации, которые внедряются в угоду западным интересам и служат увеличению интеллектуального потенциала западных стран за счет создания постоянных потоков «утечки мозгов» – миграции талантливой российской молодежи за рубеж.

Во-вторых, катастрофически быстро российское образование теряет одно из главных своих преимуществ по сравнению с образовательными системами других стран – фундаментальность и универсализм транслируемых знаний. Это в корне изменяет качество образования, которое приобретает утилитарный, узко специализированный, рецептурный, а часто – беспомощный характер. В образовании исчезают возможности формирования качеств таких специалистов, которые способны решать широкие, комплексные и перспективные проблемы хозяйственной и духовно-культурной жизни страны, мировой социальной системы, безопасности антропосоциальной и природной жизни.

В-третьих, весьма активно и насильственно инициируется процесс превращения образования в сферу услуг – в рамках капиталистических рыночных отношений купли-продажи, алчной прибыли с характером первичного накопления капитала любыми средствами. Это пагубно сказывается на общем духовно-культурном развитии обучающегося человека и на его будущей судьбе. При этом нивелируется личность, которая способна не только четко понимать личный интерес в деятельности, но в то же время служить обществу, общему благу, созидать новую гармоничную социоприродную жизнь.

Указанные разрывы с лучшими образцами российской традиционной педагогической культуры [1; 4] и с новыми отечественными достижениями в сфере образования и формирования человека [5; 6], в XXI веке ведут к нарастающей дегуманизации процессов обучения и воспитания. Это прямо противоречит современной модели личностно-ориентированного обучения в образовании [2; 3] и в недалеком будущем может обернуться социогуманитарной катастрофой в России.

Наиболее оптимальным вариантом возрождения педагогической культуры России для подготовки кадров среднего профессионального звена является реадаптация российско-советской модели подготовки кадров в системе среднего профессионального образования, но с учетом новых социально-культурных условий жизни страны в третьем тысячелетии.

 

Список литературы

1. Аврус, А.И. История российских университетов / А.И. Аврус. – М., 2001.

2. Алексеев, Н.А. Личностно-ориентированное обучение: вопросы теории и практики / Н.А. Алексеев. – Тюмень, 1997.

3. Артемов, С.Д. Социальные проблемы адаптации рабочего на предприятии /С.Д. Артемов. – М., 1990.

4. Голобородько, С.А. Профессиональная адаптация в социальной психологии / С.А. Голобородько. – М., 1991.

5. Кирьянова Е.Н. Психология формирования личности профессионала /Е.Н. Кирьянова //Психологический журнал. – 1995. – № 4. – С. 147-148.

6. Очерки истории профессионально-технического образования в СССР /Отв. ред. И.В. Николаев. – М., 1981.

7. Паршиков, В.И. Философские основания современного образования /В.И. Паршиков. – Новосибирск, 2001.

8. Пищулин, В.Г. Модель выпускника университета /В.Г. Пищулин //Педагогика. – 2002. – №9. – С.22-27.

 

 

УДК 37.0642

Да, спасать надо не Россию, а то,
что в миллион миллионов раз дороже
воображаемого существа России, – свою душу.
Лев Толстой (из дневников)

Всё чаще и чаще в средствах массовой информации обсуждается проблема кризиса традиционной человеческой духовности. Речь идёт о том, что в настоящее время нет ни одной идеологии, которая могла бы дать обстоятельную, удовлетворяющую народы или хотя бы правящие элиты разных стран оценку прошлого, объяснение настоящего и прогноз будущего. Нет и ни одной системы ценности, которая могла бы вокруг себя консолидировать человечество перед угрозами наших дней.

Динамика глобальных исторических сдвигов дезориентирует народы, интеллектуальные и политические элиты, ведёт к краху святынь, к духовному опустошению. Страх, тревога, беспокойство пронизывают все пласты человеческого существования, подчиняя себе даже философов, людей, по своему статусу обязанных быть мудрыми, разумными и оптимистичными. О кризисе человеческой духовности говорят и пишут в настоящее время почти все, кто задумывается о будущем человеческого рода. Но важно попытаться понять и то, как и почему этот кризис духовности возник. Обратимся, прежде всего, к определению понятия духовность.

Духовность – свойство души, состоящее в преобладании духовных, нравственных и интеллектуальных интересов над материальными. Одной из причин кризиса духовности в современном обществе является потеря духовных ценностей, а Ценности – это тот стержень, который образует «лицо нации». Это компас, который предопределяет историческую судьбу нации. На ценностях вырастает и национальная культура.

Ценности не даются человеку от рождения. Они – плод серьёзных усилий человека по самосозиданию и самосовершенствованию. А потому это необходимо пробудить и развить в себе. Лишь на базе морального совершенствования личности может утвердиться её социальная зрелость, способность нравственно созидать собственную жизнь. В ценностной системе представление о полноценной, разносторонне развитой личности связано с её способностью к самостоятельному выбору и ответственности за свои действия. Содержание выбора показывает уровень нравственного развития человека. Для этого нужно создать условия для духовного совершенствования личности. «В своём духовном мире ребёнок может взрослеть и совершенствоваться непрерывно, до бесконечности. Он должен стать настоящим Человеком, проявить себя таким в обществе», – писал Ш.А. Амонашвили. Духовный мир ребёнка не может пустовать, пустого духовного мира не существует. Он обязательно заполнится, в него обязательно вселятся образы, впечатления, возникнут переживания, мысли, идеи, идеалы, убеждения.

«Духовный мир ребёнка подобен храму, забрасывать который равносильно педагогическому преступлению», – именно это особо выделяет в своей педагогической деятельности Ш.А. Амонашвили. Каждый учитель должен помочь детям заселить своё уникальное духовное царство великолепными образами человеческого творения, посеять там зёрна возвышенных идей, из которых вырастут потом убеждения, мировоззрения, моральные устои.

У народа может быть только одна миссия – как можно плодотворнее усвоить, а затем стараться преумножить национальные культурные ценности. Духовность является одним из факторов, определяющих жизнь человека. Сколько бы ни проходило лет, и не только лет, а столетий, удивительные слова пушкинского стихотворения «Пророк» остаются как бы эпиграфом к судьбе человека на земле: «Духовной жаждою томим…». Сменяют одна другую цивилизации, изменяются формы жизни, меняется лицо земли, но неистребимой, неутолимой остаётся духовная жажда: драгоценный, а вместе с тем и мучительный дар, данный на земле только человеку как признак и как сущность самой его человечности. Драгоценный – потому, что влечёт человека всегда ввысь, не даёт ему успокоиться в одном животном счастье, приобщает его к высшим, ни с чем несравнимым радостям. Мучительный – потому, что так часто противоречит его земным инстинктам, делает всю его жизнь борьбой, исканием, тревогой.

Почти всё в мире как бы говорит человеку: откажись от духовной жажды, отрекись от неё – и будешь сытым, здоровым и счастливым. Как сказал на заре этого века А. Блок: « Будьте же довольны жизнью своей, тише воды, ниже травы…» И вот возникают целые идеологии, построенные на отказе и отречении от духовной жажды, на ненависти к ней. Идеологии, всеми силами стремящиеся к тому, чтобы человек заглушил в себе источник этой жажды, чтобы признал её иллюзией и самообманом, включился в строительство жизни, начисто лишённой какого бы то ни было искания.

Если чем-то и отличен наш ХХ век от предшествующих, то, прежде всего, предельным обострением двух противоположных, противостоящих друг другу восприятий человеческой жизни и самого человека. Согласно одному из них человек потому и человек, что есть в нём духовная жажда, искания, высшая тревога. Согласно другому, только заглушив её, начинает человек свою человеческую судьбу. Всё остальное – второстепенно. Ибо только из этого глубинного, первичного вопроса вытекает всё остальное – политика, экономика, культура, всё то, о чём так страстно спорят и во имя чего борются друг с другом люди.

Современное общество остро нуждается в понимании того факта, что сам по себе материальный прогресс, взятый в отрыве от духовного развития личности, состояться не может, поскольку без освоения национально-культурного богатства, без свободного развития личности и общества Россия долго ещё будет «пребывать во мгле».

Как не вспомнить слова русского классика Л.Н. Толстого: «Нам кажется, что самая главная на свете работа – это работа над чем-нибудь: строить дом, пахать поле, кормить скот, собирать плоды, а работа над своей душой, над чем-то невидимым – это дело неважное, такое, какое можно делать, а можно и не делать. Между тем только одно это дело, работа над душой, над тем, чтобы делаться с каждым днем все лучше и добрее, только эта работа настоящая, а все остальные работы, видимые, полезны только тогда, когда делается эта главная работа над душой».

Это важно в любой профессии, а в учительской – важнее важного. Учитель – это человек, который не может быть никем другим, только учителем. Не называться, не изображать из себя, а быть! Быть ответственным не за ученика, не за учебный предмет, а за себя, за свою собственную жизнь, за свое нравственное состояние.

 

 

УДК 133.2

Если взглянуть на современную цивилизацию с позиций культурологии, то можно обнаружить бросающийся в глаза парадокс. Он заключается в том, что человечество, достигнув фантастических высот в технических средствах промышленности, в строительстве, освоении космоса, в генных манипуляциях и пр., до сих пор не может наладить мирное сосуществование людей, выработать нравственные основы жизни, сохранять материнскую среду нашей жизни – природу, побороть тяжелейшие болезни человека. Налицо глобальное противоречие между возможностями человеческого интеллекта и катастрофическим движением социальных сил по планете.

По-видимому, что-то нарушено в цивилизационном процессе развития, если человек не в состоянии налаживать гармонию в своем организме, в обществе, в отношениях с природой. Поэтому выход из этого ускоряющегося движения к цивилизационному, нравственному и экологическому тупику может быть, в том числе, в возвращении к собственным здоровым гармоничным основам существования. Они были известны нашим предкам, четко различавшим правду и кривду, имели место в традиционных культурах, но затем утратились в погоне за прибылью в ускоряющейся бизнес-эволюции.

Возвращаясь к анализу традиционных культур разных народов, мы видим некие общие основы их бытия, которые формировались вне зависимости от их географического проживания, а также специфику их проявления в разных природно-географических и социокультурных условиях. Можно полагать, что внерациональные способы познания мира – ощущения, восприятия, представления (память), созерцание, интуиция и т.п. – возникли раньше рациональных (как высших и более сложных). Они развивались в обыденном народном, мифологическом, религиозном, мистическом познании и т.п. формах освоения мира. Это происходило, например, в шаманизме, в мифах, искусстве, религии и т.д.). Вероятно, такого рода «пред-методология» (как совокупный опыт познания мира нашими предками, передаваемый из поколения в поколение) возникла еще на уровне общинной организации человека.

В то время самоосознание, саморефлексия индивидов были еще не выражены, либо выражены слабо. Но, несмотря на отсутствие рефлексивого компонента в познании и сознании, существовал широкий непосредственный опыт, с одной стороны, практики обеспечения материальной жизни и соответствующих знаний, а с другой – многообразный опыт «духовного видения», «общения» с духами и богами, который накапливался в течение тысячелетней эволюции первобытнообщинного строя человечества. Способы подобного отражения, взаимодействия с миром передавались посвященным. Например, такой неординарный опыт отражался в знаниях и техниках шаманизма, который в наших предыдущих работах был обозначен нами как протомистицизм [10; 11]. Он формировался и существовал в исторически первозданной (архаической) форме еще в первобытной культуре [3; 9; 12; 13]. Мистика с греческого дословно означает «тайна» и представляет собой желание и способность людей проникать в тайны мира. Эта деятельность может быть чисто познавательной, основанной на живом любопытстве, нарастающем интересе, жизненной потребности отдельных людей. Но она в ряде случаев приобретает вполне практический смысл, выполняя ряд социальных функций. В этом случае она переходит в разные виды деятельности – шаманские практики, магию, колдовство, психотехнические практики, аскетико-мистические религиозные практики, множественные религиозные ритуалы, узкие практики-действа ряда мистических сект и т.п.

В своей познавательной роли мистицизм формирует новые пласты знаний человечества. А в практической деятельности он выполняет вполне ощутимые социальные функции в традиционных народных культурах, в мистических культах и обрядах, в разнообразных религиозных практиках и ритуалах, в современных манипулятивных технологиях и т.д. При этом воздействия на людей могут быть весьма разнообразными: от оздоравливающих и позитивных – до негативных, с измененным состоянием сознания, деформацией здоровья и поведения человека [2; 3; 4; 6; 11]. Именно поэтому необходимо знание мистицизма и проявлений его в современных условиях. Мистицизм также весьма интересен как особая форма приобщения к корням собственной народной культуры, поскольку все народы нашей планеты имели это древнейшее мистическое начало.

Следует подчеркнуть, что мистицизм, появившись на заре человечества, не потерял своей актуальности и в современном обществе. Но за длительный период социальной эволюции он претерпел развитие. Поэтому мы выделяем несколько социокультурных форм мистицизма. К ним относим следующие.

1. Протомистицизм, существующий в исторически первозданной форме, сформировавшейся еще в общинном строе и получивший особое развитие, например, в шаманизме [4; 7; 9; 12]. 2. Обыденный (не-религиозный) мистицизм, связанный с народными традициями, с верой в сверхъестественные явления в широких слоях населения. 3. Сектанстский мистицизм, связанный с определенными мистическими культами религиозного или нерелигиозного содержания в малых замкнутых социальных группах, который может не только положительно, но часто и отрицательно отражаться на здоровье людей. 4. Традиционно-религиозный мистицизм, связан с верой в Бога и с определенными мистическими традициями культурно-исторических форм господствующей (в определенном обществе) веры (православия, мусульманства и т.д.). 5. Духовно-религиозный и духовно-светский мистицизм (мистическое богословие, научная и философская интуиция и т.п.). Между этими отмеченными видами мистицизма существуют различного рода переходы.

Естественно, что каждый из приведенных видов мистицизма играет свою роль в обществе. Поэтому невозможно говорить о социальной роли «мистицизма вообще». Иными словами, в связи с реальным многообразием сверхъестественных и трансцендентных сущностей, существуют и разные формы присутствия мистического и мистики в социальной жизни. А от того, в каких формах существует мистицизм в обществе (в архаической, обыденной, сектантской, традиционно-религиозной или высшей духовной – религиозной и светской, или же в смешанных формах) и какие его виды преобладают в те или иные периоды социальной жизни, такие социальные роли он и приобретает. Таким, в значительной мере, оказывается и общественное мнение по данному вопросу. Поэтому, если не превращать мистицизм в «социальное пугало», а отнестись к проблеме глубоко профессионально, с учетом реального многообразия данного феномена и разных форм его воздействия на обыденное, религиозное и научное сознание, исследовать мистицизм с широких общефилософских, религиозно-философских и религиоведческих позиций (как Н.В. Абаев, В.П. Алексеев, Н.А. Бердяев, А.В. Иванов, Ю.А. Кимелев, Е.А. Торчинов, М. Элиаде и ряд др. ученых), то мистицизм предстает как важный и интереснейший в своих проявлениях социокультурный феномен.

В отношении древнейшего религиозного постижения мира – как основы всех современных форм мистицизма – Е.А. Торчинов отмечает: «Именно религиозный опыт является фундаментальной основой феномена религии» [9, с.26]. Богатый материал в исследовании такой формы протомистицизма, как шаманизм, представляют труды А.В. Анохина, В. Радлова, Л. Потапова, А.М. Сагалаева, М. Элиаде и др. [1; 7; 8; 12].

Шаманизм – одна из наиболее древних религиозных традиций человечества, предшествующая появлению мировых религий. Языческие верования, связанные с почитанием духов предков, духов Неба и Земли восходят своими корнями к глубокой древности – неолиту, и возможно даже палеолиту. Шаманизму посвящены сотни книг. Большинство исследователей шаманизма сходятся во мнении, что древние шаманские техники известны во всех уголках мира и поразительно схожи между собой, но с другой стороны, имеют и свои специфические особенности. Примечательно, что эти древние духовные практики фактически не изменились за всю историю человечества и сохранились до наших дней.

Ученые отмечают, что в этимологии слова «шаман» современная наука не пришла к единому мнению. Так, М. Элиаде утверждает, что слово имеет тунгусское происхождение и употребляется в такой же фонетической форме. Другие языки Центральной и Северной Азии знают соответствующие понятию «шаман» термины «ойун» (Якутия), боге, бо, удаган (Монголия), кам (Алтай) и прочие. В этом плане Алтайская культура также представляет очень богатый материал практик шаманизма, которые восходят к древнейшим истокам культуры Евразии. Специалист по алтайскому шаманизму Л. Потапов при анализе китайских летописей I тысячелетия до нашей эры обнаружил сведения о наличии у хуннов – одной из генеалогических ветвей алтайских тюрок – Ши, приносивших жертвы духу Земли и, вероятно, имевших отношение к интересующему нас явлению. Династийная история «Бэйши» также содержит информацию о наличии у народа юебаний, родственных тюркам, «волхвов», «колдунов», способных влиять на погоду из-за наличия у них магического камня яд-таш [12].

Душа – суна – относительно самостоятельна и может отделяться от тела и существовать без него. Суна могут видеть ясновидящие – коспокчи – в виде фигуры человека; о присутствии суна дает знать внезапным и продолжительным лаем собака. Различают несколько видов душ в человеке, с помощью которых шаман совершает свои Магические действия.

В экстатических путешествиях шамана участвует не он сам, а его суна вместе с двойником жертвенного животного (например, коня). Шаман призывается к путешествию, когда душа умершего порочного человека нисходит в царство Эрлика в качестве alri и становится носителем болезней для живущих. Относительно качества самого «путешествия» шамана в специальной литературе существуют разногласия, связанные с аспектом рассмотрения феномена шаманизма. Если М. Элиаде, А.-Л. Синкала, А. Анохин, В. Радлов и другие акцентируют факт наличия экстатических техник (причем, М. Элиаде и А.-Л. Синкала настаивают на наличии виртуозно разработанной психофизической методики транса), то Л.П. Потапов категорически настаивает на том, что шаман, например, на Алтае, был вполне здоровым и нормальным человеком, а потому явление шаманизма имеет значение как историко-этнографический и социальный феномен [7].

Считаем, что дальнейшее изучение мистицизма в этнокультурном, педагогическом, социальном аспектах имеет весьма важное культурологическое значение для понимания современности и выбора путей дальнейшего развития культуры человечества в единстве с природой планеты.

Список литературы

1. Анохин А.М. Материалы по алтайскому шаманизму. – М., 1924.

2. Анти-саентология. – СПб., 1998.

3. Бог – человек – общество в традиционных культурах Востока. – М., 1993.

4. Кардаш, С. Измененные состояния сознания / С. Кардаш. – Донецк, 1998.

5. Лосский, Н.О. Чувственная, интеллектуальная и мистическая интуиция /Н.О. Лосский. – М., 1995.

6. Наука и мистицизм ХХ века. – М., 1990.

7. Потапов Л.П. Алтайский шаманизм /Л.П. Потапов. – Л., 1991.

8. Сагалаев А.М. Алтай в зеркале мифа /А.М. Сагалаев. – Новосибирск, 1992.

9. Торчинов, Е.А. Религии мира: опыт запредельного (трансперсональные состояния и психотехника) /Е.А. Торчинов. – СПб., 1997.

10. Ушаков, П.В. Аскетико-мистические религиозные практики /П.В. Ушаков. – Барнаул, 1999.

11. Ушаков П.В. Человек в современном знании и мистических практиках. В 2 кн. Кн. 2 : Мистицизм и мистические практики в антропологическом знании /П.В. Ушаков. – Барнаул, 2009.

12. Элиаде, М. Шаманизм: архаические техники экстаза /М. Элиаде. – Киев, 1998.

13. Энциклопедия мистицизма. – СПб., 1996.

 

 

Целью общеобразовательного процесса как целостной системы социализации человека является формирование гармонично развитой личности с оптимальным, холистичным (цельным) социальным поведением. Профессиональное образование также ставит цель формирования гармонично развитой личности специалиста в определенной отрасли хозяйства страны. Но профессиональное образование должно развивать также в обучаемом субъекте комплекс особенных качеств, характеризующих его как профессионала в определенной области общественной жизни (как производительную силу, адекватную определенным производственным отношениям, как трудящуюся личность соответствующего общества), в определенной сфере производства (материального или духовного) [1; с. 4].

Благодаря данным качествам человек включается в соответствующую систему общественных отношений, где он будет проявлять себя, с одной стороны, как цельная личность, с другой, – как специалист-профессионал. В нашем случае речь идет об экономисте, существующем в современном ему социальном пространстве и активно участвующем в социальных финансово-экономических отношениях в материально-производственной сфере общественной жизни.

В широком смысле экономическое образование – это процесс формирования экономической личности как носителя экономического знания и определенного типа культуры хозяйствования. В более конкретном виде мы предлагаем следующее определение экономического образования. Экономическое образование – это комплексный непрерывный процесс обучения и воспитания экономической личности, который направлен на создание у нее интегрированной системы экономических знаний, умений и ценностных установок, на формирование способности к оптимальному, холистичному, творческому экономическому поведению, что в совокупности обеспечивает глубинное осмысление личностью экономических отношений в системе «человек – общество – природа» и личное участие подготовленного специалиста в этих отношениях.

Человека, сформированного в системе высшего профессионального экономического образования, мы будем называть экономической личностью (придавая этому термину более широкое содержание, нежели термину «экономический человек» или «homo economicus», принятому в западной традиции).

В процессе профессионального экономического образования человек становится экономической личностью вначале во многом потенциально, а затем и актуально, непосредственно включаясь в финансово-производственную деятельность. Рассмотрим с позиций философии образования, какие качества, на наш взгляд, должен приобрести обучаемый в процессе профессионального экономического образования, чтобы стать гармоничной экономической личностью. Попытаемся построить для этого философскую модель экономического поведения человека.

В рамках социальной философии существует традиция деятельностного анализа и подхода к проблеме человека и его общественных отношений. Полагаем, что деятельностная парадигма является одной из основных и в социально-философском обосновании экономического образования. В различных направлениях общесоциологических и социально-философских исследований она применялась М. Вебером, где чаще употреблялся термин «поведенческая парадигма» (в рамках типологического подхода в «понимающей социологии»), Г. Зиммелем и Л. Мизесом (в рамках монетарного анализа экономического поведения), Э. Дюркгеймом (в рамках социологической концепции органической солидарности), В. Парето (в рамках логико-экспериментального анализа экономического поведения), Й. Шумпетером (в рамках синтетического подхода), Н.Д. Кондратьевым (в рамках концепции «социальной экономики» и вероятностно-статистического подхода) и др. В настоящее время поведенческая парадигма не потеряла своей актуальности и развивается в работах многих зарубежных и отечественных экономистов, социологов и философов [2; 3; 4].

В контексте этой парадигмы экономическое поведение можно определить как элемент социального поведения; как поведение, реализуемое в различных формах (индивидуальных, групповых, организационных, массовых), детерминируемое и интегрируемое в социальных системах специальными институтами, механизмами и ценностями.

Подчеркнем, что та реальность, которая заключена в категории «экономическое поведение», всегда развертывается в определенном социально-историческом социокультурном контексте. Различные субъекты экономического поведения (в рамках нашего исследования это обучаемые субъекты экономического образования), мотивы и результаты их действий оказываются связанными с соответствующими базисными социальными условиями. Последние, в свою очередь, отражают институциональный, традиционный, социокультурный, коммуникативный, нормативно-функциональный и пр. контексты социальных отношений и действий. К данному перечню мы добавим и образовательный контекст.

Очевидно, что экономическое поведение всегда рассматривается в связи с субъектами, которые его реализуют. Поэтому мы будем размышлять о носителях экономического знания, непосредственно участвующих в построении социально-экономических отношений, в финансово-производственном процессе хозяйствования посредством собственной профессиональной деятельности, которые получили определенные профессиональные установки в процессе экономического образования. Профессиональное экономическое образование формирует у таких субъектов определенного рода экономическое мировоззрение (характерное для данной системы социальных отношений), экономическую специализацию, экономическую мотивацию, экономические предпочтения, экономические стереотипы, экономическое сознание, которые в совокупности и характеризуют экономическое поведение специалиста данного профиля.

В зависимости от того, какого качества экономическое поведение будет сформировано у человека в процессе получения им профессионального экономического образования, будут зависеть в итоге и его адаптация в социальном мире (в частности, в пространстве экономических отношений и экономической деятельности), и мера его собственной активности и ответственности в дальнейшем созидании экономического пространства.

Экономическое поведение реализуется в процессе профессионального общения специалиста, обмена и переработки разноплановой экономической информации. В профессиональной экономической деятельности субъекты постоянно «конвертируют» свои статусы, одновременно выступая в качестве продавцов и покупателей, кредиторов и заемщиков, арендаторов и арендодателей, агентов и контрагентов, работников и работодателей. В этом смысле экономическое образование призвано дать человеку такие знания, чтобы он мог адекватно проявлять себя в различных звеньях профессиональной экономической деятельности, был мобилен и последователен, легко ориентировался во всем многообразии хозяйственной жизни общества и способствовал ее оптимизации на различных уровнях деятельности (от бытового – до государственного).

Поэтому, возвращаясь к системе экономического образования, мы можем сказать, что эта система должна учитывать и рассматривать весь комплекс проблем, связанных с формированием у личности оптимального и холистичного экономического поведения. Именно такая система образования способна наделить человека необходимыми знаниями и адаптационными механизмами, которые будут востребованы им в процессе трудовой жизнедеятельности и организации взаимоотношений с окружающим социальным и природным миром.

Проведенная исследовательская работа включала не только теоретическую, но и опытно-экспериментальную часть, где был поставлен ряд задач определения способов повышения эффективности и качества подготовки специалистов экономического профиля в вуза Алтая, в том числе, и личностных характеристик будущих специалистов.

Следуя поставленным задачам, на констатирующем этапе мы привлекли к исследованию респондентов, имеющих теоретическую подготовку и определенные профессиональные умения и навыки. В связи с этим, констатирующие опросы проводились среди студентов экономических специальностей третьего курса обучения. Всего на этом этапе в 2001-2005 гг. опросе (под руководством С.Г. Гусева) [1] приняли участие 435 студентов из Алтайского государственного аграрного университета, Алтайского государственного технического университета, Барнаульского филиала Московской академии предпринимательства г. Москвы, а также Алтайского государственного промышленно–экономического колледжа, и 70 преподавателей и специалистов финансово–экономических отделов и служб хозяйствующих субъектов – баз практики [2, гл. 5].

При исследовании уровней развития профессиональной подготовки студентов экономических специальностей был использован достаточно широкий спектр методов исследования: непосредственное и опосредованное (через специалистов финансово-экономических отделов и служб хозяйствующих субъектов – баз практики) наблюдение за студентами в период практики; беседы с ними; анкетирование студентов, преподавателей и руководителей практики от хозяйствующих субъектов. Наиболее объективные результаты, с нашей точки зрения, были получены с помощью самооценки студентов и экспертной оценки специалистов финансово-экономических отделов и служб хозяйствующих субъектов – баз практики.

Для этого были использованы анкеты, содержащие перечень элементов, характеризующих развитие исследуемых характеристик качества подготовки специалистов, отражающих структуру профессиональной подготовки студентов экономических специальностей вузов. Кроме того, на этапе опытно-экспериментальной работы для сбора данных использовались наблюдения, беседы, рейтинговая оценка уровня профессиональной подготовки студентов экономических специальностей вузов, изучение результатов деятельности студентов, была проведена математическая обработка результатов.

Полученные результаты, с применением приемов гуманистической педагогики, показали, что наибольший эффект в формировании личности специалиста достигается при высокой степени индивидуализации и дифференциации обучения, при сохранении его фундаментальности и практичности, с акцентом на пробуждении самоактивности, инициативности обучаемого. Эти педагогические приемы утверждают в отношениях преподавателя и студента основной принцип педагогики – творческое сотрудничество.

На базе проведенного опытно-экспериментального исследования, а также осуществленной научной, философско-образовательной и культурологической рефлексии проблем качества профессионального экономического образования были разработаны: комплексная целевая программа повышения эффективности профессиональной подготовки студентов экономических специальностей вузов и учебно-методические рекомендации. Реализация этих программ позволила студентам улучшить развитие профессиональных умений и навыков самостоятельной творческой работы с базой документальных данных хозяйствующих субъектов различных форм собственности; обеспечить максимальное соответствие профессиональной деятельности требованиям вуза, рынка труда, общества, государства; совпадение интересов общества и выпускника, который, получив новые знания, умения и навыки «переходит в новое качество» – социально востребованной личности.

Создание условий, направленных на совмещение личных притязаний и ожиданий студентов с требованиями и ожиданиями на уровне групповых ценностей и нормативов жизни, позволяет обеспечивать ряд ожиданий студентов от их будущей профессии. Так, при вхождении в трудовые коллективы хозяйствующих субъектов молодой специалист в состоянии адекватно оценивать ситуацию и принимать ряд верных личностных и профессиональных решений. Это дают ему следующие приобретенные знания:

– принятие смысла и значимости профессии;

– осознание степени независимости и самостоятельности в профессиональной деятельности;

– принятие себя и признание как полноценного члена коллектива;

– понимание меры поощрений и оплаты труда сообразно вкладу в общий результат;

– социальную защищённость и соответствующие гарантии специалиста в трудовой организации;

– полноценные условия для личностного роста и самореализации.

Таким образом, мы выявили теоретические аспекты и практические стороны формирования экономической личности в условиях хозяйственной жизни современной России.

Список литературы

1. Гусев, С.Г. Комплексно-целевая программа повышения эффективности процесса профессиональной трудовой подготовки студентов экономических специальностей высших учебных заведений: методические рекомендации /С.Г. Гусев. – Барнаул, 2003.

2. Качество подготовки специалиста высшего профессионального экономического образования (научно-философский аспект) /Ушакова Е.В., Орлов Ю.И., Орлова Н.П., Шлегель С.В. – Барнаул: Концепт, 2011.

3. Качество современного отечественного образования: сущность и проблемы /Н.В. Наливайко, Е.А. Пушкарева, Р.Н. Шматков, С.В. Камашев, Т.С. Косенко, Б.О. Майер и др. – Новосибирск, 2009.

4. Колесникова, И.А., Горчакова-Сибирская, М.П. Педагогическое проектирование /И.А. Колесникова, М.П. Горчакова-Сибирская. – М., 2005.

 

Духовное развитие человека происходит на всем протяжении его активной деятельности, и в большей мере связано с местом проживания и выбранной профессией. Познание окружающей среды, прежде всего, направлено на природу с ее многообразием проявлений растительного и животного мира. Школьное образование, с его многочисленными и не всегда позитивными реформами, в усеченном виде, но все, же знакомит подрастающее поколение с художественной литературой о природе, учит видеть прекрасное на нашей планете. Последующий этап образования уже связан с формированием духовного мира ребенка и вовлечением его в самообразование. Удовлетворение любознательности личности и пополнение знаниями продолжается вне стен образовательных учреждений, и здесь появляется возможность ознакомления с миром природы, истории и культуры во время экскурсий и туристских поездок в другие регионы и в зарубежные страны.

Привлекательность региона, как правило, связана с уникальными природными объектами и развитой инфраструктурой транспорта и обслуживающего гостиничного сервиса. Транспорт и особенно сервис как и в прошлые годы, в настоящее время оставляет желать лучшего. В переходный период экономики туристический бизнес Алтайского края получил два направления развития. Первое связано с акционированием предприятий туризма, созданных еще в советское время. Второй путь основан на частном бизнесе с созданием совершенно новых туристских предприятий. Развитие туризма в последние годы становится важной статьей пополнения региональных и местных бюджетов.

Немаловажную роль в создании привлекательности Алтая играет местное население, которое представляет собой переселенческий ареал, сформировавшийся из десятков наций и народностей. Сюда ехали переселенцы из центральной России, Украины, Прибалтики, Белоруссии. Есть здесь и потомки голландцев, немцев, поляков. Такое смешение народов за многие десятилетия совместного проживания все же сохранило национальные черты и самобытность. Особенно это проявляется у алтайских немцев, которые компактно проживают в Немецком национальном районе в степной Кулунде. Современной достопримечательностью Кулундинской степи можно назвать Немецкий национальный район, образованный на северо-западе степного Алтая. Административный центр находится в селе Гальбштадт, около 60% населения района – немцы, потомки переселенцев, пришедших на эту землю более ста лет назад. Местные жители не утратили национальной любви к аккуратности, чистоте и добротности, и Немецкий район выглядит неожиданным кусочком Западной Европы посреди алтайских степей.

Популярность края как туристско-рекреационного региона сформировалась в прошлые годы за счет курорта Белокуриха в предгорьях Алтая, Телецкого озера, горы Белухи и реки Катуни. Указанные природные объекты за исключением курорта и верховий реки Катуни остались в Республике Алтай после отделения ее от Алтайского края. Теперь край стал лишь транзитом для потока туристов водников и альпинистов, едущих в Горный Алтай.

Традиционно Алтайский край развивался как регион с многоотраслевым сельским хозяйством и обслуживающей его машиностроительной промышленностью. Дома отдых и санатории были ведомственными и не принимали отдыхающих из других регионов. Существовавшие природные, исторические и культурные достопримечательности края оставались не востребованными и не имели привлекательности для туристов как местных, так из-за пределов края и страны. Кроме того продукция имеющихся предприятий края не имела спроса за его пределами и не могла нести привлекательный имидж для территории. К этому надо добавить еще широкую негативную известность Алтая, как территории длительное время подвергавшейся воздействию испытания ядерных устройств на Семипалатинском полигоне.

Оставшаяся в наследство ситуация с привлекательностью края не может удовлетворять развивающийся туристический бизнес. Многочисленные туристические бюро развернули широкую рекламную кампанию по привлечению гостей из российских регионов, ближнего и дальнего зарубежья. За последние годы было построено и введено в действие большое количество туристических баз, отелей, кемпингов, обустроено множество природных достопримечательностей в предгорных районах Алтайского края. Обслуживание туристов осуществляется квалифицированными специалистами гостиничного, ресторанного сервиса, гидами и переводчиками. Принято решение о создании «Особой экономической зоны туристско-рекреационного типа «Бирюзовая Катунь» совместно с Республикой Алтай, и уже часть объектов этого комплекса запущено в работу. Особая экономическая зона «Бирюзовая Катунь» образована на основании Постановления Правительства Российской Федерации от 3 февраля 2007 г. с целью формирования организационной и экономической среды для создания и функционирования в Алтайском крае курортно-рекреационного комплекса, ориентированного на максимальное использование природно-ресурсного потенциала и особенностей местности. Особая экономическая зона «Бирюзовая Катунь» располагается на территории Алтайского района Алтайского края на левом берегу реки Катунь и имеет площадь 3220 га. Уже сейчас здесь туристам предлагают пляжный отдых, пешие и конные маршруты, сплавы по реке, охоту и рыбалку, альпинизм, велотуризм. Со временем здесь будут ежегодно отдыхать около 1,1 млн. человек.

Появились туристические базы и в других районах края – на степных озерах Кулунды, в нижнем Причумышье в Тальменском районе, на озерах Ая и Колыванское в предгорьях Алтая. Объектами туризма здесь выступают солёные, горькие и пресные озера, где по берегам много удобных песчаных пляжей. Здесь отличные места для купания и водных прогулок. Природные лечебные свойства воздуха и озерных вод в алтайских степях и предгорьях давно известны и подтверждены научными и медицинскими исследованиями.

Кулундинская низменность – это еще одна уникальная достопримечательность. Она самая низкая на Алтае, самая солнечная. Дно древнего моря, усыпанное озерами, окаймленное реликтовыми, нигде больше на планете не встречающимися ленточными борами.

Задача, что показывать на территории края, зачастую решается самими туристами, которые приехали знакомиться с уникальной природой и ее привлекательными объектами. Ученые Алтайского госуниверситета В.Е. Арефьев и А.В. Чудов (1994) в своем исследовании туризма на Алтае указывают на многочисленные памятники природы практически во всех районах. Кроме природно-ресурсного потенциала они предлагают для туристической индустрии использовать культурно-историческое наследие древних народов, памятники горнозаводского производства и «наследие» индустриального общества. К последним объектам авторы явно относятся негативно, связывая это с репрессиями советского строя, но, тем не менее, признают, что социалистическое прошлое также достойно для ознакомления.

Особой гордостью жителей края являются наши знаменитые земляки и выдающиеся деятели, связавшие свою жизнь с Алтаем. Уже сейчас туристам предлагают экскурсии в село Сростки в музей В.М. Шукшина. В селе Полковниково работает музей космонавта-2 Г.С. Титова. В краевом музее истории литературы и искусства Алтая есть экспозиции и других выдающихся людей края. Многочисленные районные краеведческие музеи, школьные и частные коллекции пока не готовы для массового приема туристов и нуждаются в квалифицированной музеефикации.

Озабоченность организаторов туризма в крае вызывает низкая бытовая культура, экологическое варварство населения и убогость архитектуры сельских населенных мест. Въезды в населённые пункты идут мимо свалок бытовых отходов, часто отсутствуют дорожные указатели, расписания движения транспорта, нет элементарных санитарных удобств. В селах и посёлках много заброшенных усадеб, заросших сорняками, с полуразвалившимися домами и покосившимися заборами.

Столица края и его города негостеприимны к приезжему человеку. В продаже нет топографических карт, туристических и транспортных схем, доступных по цене сувениров. Определить в какую сторону идет автобус или трамвай на остановках невозможно, надо спрашивать у местных людей. Узнать о концерте, сеансе кино, режиме работы музея, не имея под рукой компьютера с интернетом, можно только в самом заведении.

По мере перехода экономики России от прежнего уклада к рыночным отношениям у населения, в том числе и в Алтайском крае, снижается интерес к экологическим проблемам в окружающей природной и социальной среде. Это отмечено в исследованиях Д.Н. Кавтарадзе и А.А. Овсянникова (2002) на материалах социологических опросов ВЦИОМ 1994-98 годов. Нашими исследованиями в 4 сельских районах и двух малых городах Алтайского края (с общим населением 112 тыс. человек) установлено, что в решении проблем сохранения окружающей природной среды менее всего заинтересованы лица, принимающие административные решения, взрослое сельское население, а наиболее заинтересованными оказались учащиеся начальной школы (Рассыпнов, 2004). Причина равнодушия к экологическим проблемам кроется по нашему мнению в отсутствии положительного эффекта от принимаемых мер по сохранению природы, как в стране, так и на уровне регионов и муниципальных образований. Кроме того у населения появились другие заботы, в частности повышение безработицы, снижение жизненного уровня сельского населения.

Появление среди такого населения отдыхающих людей вызывает негативную реакцию. Отсюда многочисленные проявления грубости, нежелания оказывать даже платные услуги туристам. Для формирования положительного интереса у местного населения в развитии нового направления трудовой деятельности в обслуживании туристов необходимо уже сейчас решить множество задач экономического, социального, нравственного характера.

Нам видится путь решения таких задач в едином комплексе, где приоритетными направлениями будут экономика, управление средой обитания, экологическое образование и воспитание всех слоёв населения.

Туристско-рекреационные ресурсы, как и любые другие, имеют цену. Вовлечение окружающей природной среды в экономику должно идти с включением их цены в себестоимость туристских услуг. Налоговые отчисления от эксплуатации природных объектов должны возвращаться для сохранения биоразнообразия и охрану ценных объектов природы. Таким образом, сохранение природы в зоне оказания туристских услуг должно быть выгодными для предпринимателей и необременительным для природы.

Экономика туристических услуг должна нести явно экологический характер, и основываться на емкости экосистем, их пропускной способности без ущерба и при постоянной энтропии (Перелет, 2002). На законодательном уровне должно быть ограничение перехода привлекательных природных богатств в категорию ресурсов. Последние будут реально потребляться с увеличением количества отходов и потерей ландшафтами привлекательности для туристов. Например, разрешение туристам сбор лекарственных растений, цветных минералов, отлов бабочек.

Эксплуатируемые природные объекты в туристической зоне не беспредельны. Строительство объектов обслуживания уже несет ущерб привлекательности дикой природе. Во время эксплуатации необходимо соблюдение всех правил сохранения природных объектов, управлять ими и при необходимости восстанавливать. Кроме уборки и утилизации мусора крайне важно поддерживать приемлемый для природных объектов уровень сохранности и привлекательности. Самые ценные объекты природы, ради которых и приехали сюда туристы, не должны вовлекаться в хозяйственную деятельность, а лишь нести созерцательную функцию визуального (эстетического) отдыха. Вокруг такого объекта должна быть буферная зона с минимумом деятельности, а далее территория с хорошим управлением и воспроизводством природных объектов. Такая задача совпадает с программой ООН «Человек и биосфера», которая направлена на создание биосферных заповедников, в которых возможен туризм (Примак, 2002).

Экологическое, нравственное и патриотическое образование и воспитание населения всех возрастов и социальных групп является неотъемлемым условием создания доброжелательной среды приема туристов. Решение этой проблемы необходимо начинать в системе образования путем реализации существующего в учебных планах регионального компонента. Для этого нужны учебники и пособия по краеведению, подготовленные кадры преподавателей. Формирование доброжелательной среды у старших поколений должно идти через пропаганду средствами массовой информации патриотизма и материальной заинтересованности в развитии новых видов туризма. Администрации сельских муниципальных образований могут оказать поддержку развитию семейного туристического бизнеса, сельскохозяйственного туризма, приема городских детей на каникулярный отдых и других видов отдыха.

Список литературы

1. Арефьев, В.Е., Чудов, А.В. Туризм на Алтае: предпосылки развития и проблемы полезности. – Барнаул, 1994. – 128 с.

2. Кавтарадзе, Д.Н., Овсянников, А.А. Природа в жизни, ценностях и доктринах современного общества //Социально-экономические и правовые основы сохранения биоразнообразия. – М.: Изд-во Научного и уч.-метод. центра, 2002. – С. 15-90.

3. Перелет, Р.А. Экономика биоразнообразия //Социально-экономические и правовые основы сохранения биоразнообразия. – М.: Изд-во Научного и уч.-метод. центра, 2002. – С. 199-326.

4. Рассыпнов, В.А. Социальные условия формирования этноэкологического сознания сельского населения в меняющейся экономике юга Западной Сибири //Этногенез и цивилизационные перспективы в образовании России. – Новосибирск : Изд-во НГПУ, 2004. — 362-366.

5. Ричард Б. Примак. Основы сохранения биоразнообразия /пер. с англ. – М.: Изд-во Научного и уч.-метод. центра, 2002. – 256 с.

 
В современном обществе происходит стадия индивидуализации человека, вызванная потребностью его персонализации. Нас интересует личность студента в системе общественных отношений. Молодой человек, уже усвоивший определенные культурные нормы общества, способен проявлять себя уникальной индивидуальностью, создающей нечто новое, неповторимое, то, в чем, проявляется его личность. Индивидуализация во многом определяется противоречием, которое существует между достигнутыми возможностями и потребностью в максимальной реализации своих индивидуальных способностей [2; с. 5]. Речь идет о реализации своего «Я», самоопределении как индивидуальности, так и профессионала.

Стадия индивидуализации способствует проявлению того, что один человек отличается от другого, а личность студента пока ещё недостаточно свободно интегрируется в окружающий социальный мир. Упомянутые выше авторы рассматривают процесс социализации посредством механизмов, выраженных в единстве подражания, имитации и идентификации, сущность которых заключается в стремлении человека к воспроизводству воспринимаемого поведения других людей. Позиция специалистов помогает рассмотреть в нашем исследовании поэтапное становление студента через взаимодействие с профессионалами на рабочем месте, т.е. процесс перехода от стадии студента к стадии молодого специалиста в современных социокультурных условиях. В данной ситуации огромную роль играет стимулирование студентов, выраженное в поведении или отношении людей друг к другу. Основой процесса, в ходе которого складываются деловые формальные отношения, становятся квалифицированные преподаватели высшего учебного заведения и студенты, квалифицированные работники предприятия и студенты.

Современной социокультурной проблемой представляется существование группы студентов как микросоциума, динамического образования, обусловленного временем, пространством и взаимодействием с обществом. Именно в общении, межличностном и межкультурном взаимодействии молодых людей активно происходит процесс социализации личности, развития индивидуальных особенностей [4]. При этом идея коллективизма в какой-то мере может противоречить уровню развития индивидуальности и предъявлять ей претензии через нормы поведения, убеждения, оценку деятельности. Нас интересует значение профессиональной группы, где определяются возможности самореализации и самоактуализации студентов в профессиональной деятельности.

Профессиональная группа становится важным объектом исследования на стадии интеграции между студентами и профессиональными коллективами хозяйствующих субъектов. В группе складываются основы социальной сферы жизнедеятельности, которые за счет соответствующего психологического климата формируют у студентов отношение к труду, помогают пережить первые профессиональные неудачи, оказывают влияние на самооценку и уровень самосознания, способствуют реализации механизмов самозащиты и самоотдачи членов коллектива. Выявленные способности студентов содействуют качественному выполнению предлагаемой деятельности, а их роль в профессиональной группе помогает выработать способ поведения в различных обстоятельствах.

Обязанности перед членами коллектива формируются в трудовой творческой атмосфере, в аудиторное и внеаудиторное время. На этой основе в студенческой и профессиональной среде складываются соответствующие межличностные отношения, которые предопределяют специфику поведения членов коллектива. Студенты впервые приобретают опыт решения социальных и профессиональных проблем и одновременно овладевают разными знаниями и умениями. Это помогает им устанавливать в дальнейшем деловые отношения и связи с представителями других профессий. В коллективе студенты находят возможности преодолевать барьеры социокультурных различий: социальные, политические, религиозные, профессиональные, которые могут не соответствовать общему уровню культурного развития субъектов взаимодействия. Таким образом, социальная группа студентов создает микроусловия для реализации профессиональной направленности молодого специалиста.

Повышение эффективности профессиональной подготовки студентов медицинских специальностей вузов нельзя рассматривать без обозначения проблемы их компьютерной грамотности. В связи с этим, одной из основных задач высшей школы является обеспечение правильного применения компьютерных технологий в профессиональной подготовке будущего врача, а также высокотехнологичное усовершенствование процесса обучения [5; 6].

В современной вузовской педагогике с внедрением новых компьютерных технологий используются методы обучения, дающие возможность усваивать учебный материал в строго ограниченное время в соответствии с требованиями единой для всех методики [3]. Компьютерные технологии дают возможность: обучить и проверить каждого студента по изучаемой теме; своевременно откорректировать усвоение программного материала; удовлетворить разносторонний интерес студентов; систематизировать знания в определенном алгоритме; помочь студентам учиться самостоятельно, собирать, отбирать необходимую информацию и обрабатывать ее; активно использовать рисунки, схемы, таблицы, графики как средство самообучения; осуществлять непрерывный характер образования; интегрировать знания разных областей науки.

Значительная роль в профессиональной подготовке отводится также и дистанционному обучению, которое отражает особенности организации индивидуальной работы. Особое место здесь занимают информационные и коммуникативные технологии, расширяющие возможность практической реализации программы дистанционного обучения. Развитие глобальных сетей создало принципиально новую ситуацию в работе преподавателей и студентов с информацией. Многие источники стали доступными и делают процесс цитирования их чрезвычайно простым. Структура курса дистанционного обучения студентов отражает модульный характер организации учения. Модульные курсы процесса подготовки студентов медицинских специальностей формируют новые аспекты педагогической работы с обучающимися. Важную роль здесь играют электронные учебники по специальности, авторские материалы, подготовленные педагогами вуза. Успешность дистанционного обучения студентов во многом зависти от методической организации курсов.

Однако не следует забывать, что даже сами разработчики теории дистанционного обучения – Ю.В. Аксенов, М.Ю. Бухаркина, Т.Ф. Горбунькова, Е.И. Дмитриева, М.В. Моисеева, А.Е. Петров, Е.С. Полат, В.И. Фальков и др. [1; 3; 5] настаивают на том, что различные методы дистанционного обучения с помощью компьютерных технологий – это всего лишь одна из форм профессиональной подготовки. Поэтому отводить дистанционному обучению определяющее место недопустимо.

С современным медицинским образованием связана масса социальных проблем морального плана. Все большее количество молодых людей стремится получить высшее образование, связывая с ним надежды на успешную карьеру, обеспечивающую высокий уровень качества жизни и социальной адаптации. В этом нет ничего аморального. Но при этом следует отметить, что качественное медицинское образование становится сегодня весьма дорогостоящей процедурой не только для общества, но и для конкретного индивида. Вместе с тем, молодые специалисты не всегда могут решить проблему желаемого трудоустройства после окончания высшего учебного заведения, тем самым их профессиональный потенциал оказывается в определенной мере невостребованным для общества. Более того, порой профессиональная деятельность начинает рассматриваться человеком исключительно как средство поддержания определенного уровня жизни, социального престижа, а не реализации себя в как творческой личности и специалиста, развития своих способностей и самосовершенствования.

Таким образом, можно констатировать, что в современном профессиональном медицинском образовании наблюдается неоднозначная тенденция широкого внедрения информационных новаций в образование. С одной стороны, развитие компьютерных и других информационных технологий дает педагогам и студентам огромные возможности доступа к источникам специальной информации. Лавинообразно нарастает количество специальных знаний, специализаций и учебных дисциплин. Идет резкое увеличение дифференциации медицинских знаний и технологий.

При этом нарастают и негативные тенденции в образовании. Это перегруженность субъекта объемами специальной информации; недостаток времени для качественного усвоения, осмысливания и творческого обобщения воспринятой информации; нарастание трудностей практического применения частных и специфических медицинских знаний и методик. Целевые установки личности врача становятся множественными, а потому неопределенными, расплывчатыми. Стержень морально-нравственного поведения ослабевает, поведение становится все более ситуативным, теряет опору на стратегические перспективы деятельности человека в системе общественного здравоохранения, теряет ценность смысл понятия врачебного долга.

Указанные тревожные тенденции во многом характеризуют недостаточную системность и мировоззренческую цельность медицинского образования и социально-профессиональной деятельности специалистов высшей квалификации. Кроме того, переход к информационным компьютерным технологиям и значительное время, которое должен тратить студент на работу с компьютером, соответственно, отрывают время от живого общения педагога и студента, профессионала-врача и практиканта, медицинского работника и пациента. Все это негативно сказывается на психологическом климате межличностного общения будущего специалиста, формирует порог непонимания между врачом и пациентом, что крайне опасно в медицинской профессии. Еще один фактор – фактор времени, которое затрачивает студент на работу в аудитории, в клиниках и с компьютером. Без учета этого фактора безудержное внедрение новых информационных технологий может привести к хронической перегруженности части студентов и негативно сказаться как на их здоровье, так и на отношении молодого человека к своей будущей профессии.

Таким образом, можно сделать вывод, что внедрение современных информационных компьютерных технологий в учебный процесс медицинских вузов необходимо. Это соответствует социальному времени информационного общества. С другой стороны, абсолютизация данных технологий в обучении может иметь ряд негативных последствий. Поэтому инновационные методы необходимо применять в гармоничном сочетании с традиционными, прочно зарекомендовавшими себя педагогическими методами формирования всесторонне развитой личности специалиста высшей квалификации, в том числе, будущего врача.

Список литературы

1. Бордовский, В.А. Методы педагогических исследований инновационных процессов в школе и вузе /В.А. Бордовский. – СПб.: Изд-во РГПУ, 2001. – 169 с.

2. Каланчина, И.Н. Социально-философское обоснование значения личности учителя в современном образовании : дис. на соиск. …канд. филос. наук / И.Н. Каланчина. – Барнаул, 2004.

3. Найн, А.Я. Инновации в образовании / А.Я. Найн. – Челябинск, 1995.

4. Садовничий, В.А. Университетское образование. Приглашение к размышлению / В.А. Садовничий, В.В. Белокуров, Е.В. Шишкин. – М, 1995. – С. 105–106.

5. Фальков, В.И. Технологии гуманитарного образования: новые возможности и опасность имитации / В.И. Фальков // Инновации в образовании. – 2002. – № 6. – С. 89–93.

6. Экология человека. Т.V. Ч.V: Новые технологии науки и образования на пороге третьего тысячелетия. – Новосибирск, 1999.

 
Одним из путей преодоления духовного кризиса личности в современной культуре может быть вдумчивое, аксиологически направленное преподавание литературы в школе и вузе. В национальной и мировой литературе хранится кладезь жизненной мудрости, закладываются основания ценностного диалога с самим собой и через себя – с личностью автора. Именно в таком, эмоционально наполненном диалоге, ярче чем в ходе рационального анализа, происходит погружение в пространство главных жизненных ценностей. По сути, масштаб воплощённых в произведении идей и их глубина, сила переижвания и становятся косвенными показателями величины и значимости самого творца.

Знакомясь с произведениями казахского поэта начала 20 века Шакарима Кудайбердыулы, можно встретить в них имена всемирно известных личностей. Среди них религиозные пророки, авторы различных учений Востока и Запада. Например, в стихотворении, начинающемся со слов «Если бы я встретил пророка Моисея», касаясь различных пророчеств, Шакарим говорит об искажении многих древних учений.

Читая строки «Держась за руку Будды, с ним не буду расставаться», мы замечаем, как учение Будды вошло в сердце Шакарима. Здесь речь идет не о распространении буддизма на земле как религии (на это у Шакарима взгляд иной), а скорее о личности и взглядах Будды. Для Шакарима представители восточной и западной цивилизации не чужие. Для него дороже всего гармония человечских душ. Общность этих взгядов проявляется по многим проблемам. Одна из них касается проблемы «жизнь-страдание».

На Востоке к пониманию жизни как страдания впервые пришел Будда, и это стало центральной проблемой раскрытия человеческого бытия.

Страдание – основное чувство человека, и причиной его является отсутствие возможностей исполнения желаний. В учении о дхарме «жизнь – дукха (старадание)», а значит, целью жизни является преодоление дукхи.

В начале 20 века причиной основных страданий казахов были нестабильные политические события. Это и привело к трагической гибели казахского поэта-мыслителя. Но не за свою жизнь печалился поэт. В те трудные времена, находясь вне времени, он сравнивал жизнь с тучами и ветрами перед тем, как взойдет солнце. В стихотворении, начинающемся со слов «Здравстуй, единственный брат Абдыгали!», он пишет о своей жизни так:

Мне эта жизнь кажется раем,
Там нет страданий,
как в вашем аду.
Ни на кого не держу зла я [1, 220].

(Подстрочный перевод А.Б. Сейсекеновой)

В своем труде «О жизни, о душе» Шакарим вступает в полемику относительно философии жизни как старадания с немецким мыслителем Шопенгауэром: «Человек по имени Шопенгауэр в своей Новой философии пишет, что «Жизнь – это ад, там нет никакой радости». И вся Европа поддерживала Шопенгауэра в этом. Но мы не удивляемся его новой философии, потому что жизнь – не ад, а – рай. Природных богатств хватит всем людям на земле. Весь этот земной рай человек сам превратил в ад. Не зная об этом, Шопенгауэр всю мировую волю назывет злом. Если бы люди воспринимали друг друга как родню и пользовались дарами природы сообща, то весь мир стал бы раем» [2].

Если Шопенгауэр, воспринимая учение Будды об избавлении человека «от ненужных желании» как единственную истину, считал материальный мир злом, то Шакарим учение Будды о мире понимал по-иному. Ведь на самом деле понятие «дукхи» в учении Будды также подразумевало правильное понимание жизни с точки зрения проявленного. Даже если жизнь является страданием, это означало, что необходимо искать выход, найти свой путь. Говоря о «дукхе», исследователь индийской философии М. Томпсон пишет: «Впрочем, это вовсе не означает, что счастье является недостижимой категорией» [3, 86]. Будда проповедовал человеку не идти за «ложным желанием», и Шакарим призывал к тому же – отличать истинное от ложного, говорил о неправильности ухода от истинных радостей жизни.

Против мысли Шопенгауэра об уничтожении жизни как злой воли выступал и Лев Толстой. В своей «Исповеди» он, как и Будда, при виде старого больного человека после долгих раздумий о смерти находит смысл жизни. Л. Толстой выступает против идеи «уничтожения себя из-за бессмысленности жизни» Шопенгауэра и пишет следующее: «Что ж, я один с Шопенгауэром так умен, что понял бессмысленность и зло жизни? Рассуждение о суете жизни не так хитро, и его делают давно и все самые простые люди, а жили и живут. Что ж, они-то все живут и никогда и не думают сомневаться в разумности жизни? Мое знание, подвержденное мудростью мудрецов, открыло мне, что все на свете – органическое и неорганическое – все необыкновенно умно устроено, только мое одно положение глупо» [4, 37].

Шакарим как мыслитель глубоко исследовал происхождение страданий. В итоге он пришел к выводу, что страдание сначала появилось у людей в голове на основе ложных представлении о жизни, а биосфера, представленная телесным миром, является загадочной красотой, где нет зла и все зависит от отношения человека к этому миру.

Нәпсi көзiн байлаған адамзаттан
Айуан артық бiледi өмiр жайын [1, 263].
У людей глаза зашорены собственным Эго,
А природа мудра и лучше знает жизнь [1, 263].

В «Трех истинах» Шакарим пишет: «Люди, хотя они и не так далеко ушли от животных в своих инстинктах, проявлять полноту и глубину ума могут только они. Но человек тем не менее – не высший Творец, каковым является природа» [5, 29]. Шакарим здесь имел в виду – насколько бы человек ни был сознательным, он не может сотворить природу.

Е. Блаватская в книге «О происхождении зла» пишет об отрицании жизни: «Буддийскому философу известно, что продолжительность чередования жизней каждого человека (если только он не достигнет нирваны «намеренно» или, как говорят каббалисты, если он не «возьмет царство Божие силой») аллегорически представлена в виде истории о сорока девяти днях, проведенных Гаутамой Буддой под деревом Бо. А индусский мудрец знает, в свою очередь, что ему надлежит зажечь первый и погасить сорок девятый огонь, прежде чем он достигнет окончательного освобождения. Зная все это, мудрец и философ терпеливо ждут естественного часа своего освобождения; в то время как их злосчастный подражатель — европейский пессимист — всегда готов совершить самоубийство, которое с такой уверенностью пропагандирует. Не зная о том, что гидра существования имеет бесчисленное множество голов, он не может относиться к жизни с таким же философским презрением, с каким относится к смерти, и потому не способен следовать мудрому примеру своих восточных братьев» [6].

Достижение нирваны индусами как освобождения от ложных представлении о мире не является отрицанием жизни и анализируется как победа души над ложными желаниями и остановкой колеса сансары. В этой же книге Е. Блаватская пишет: «Сам Будда является для каждого из нас примером исключительной силы воли, но это была воля к жизни, а не к отказу от нее. Согласно его учению, зло будет существовать всегда, но оно существует не в самой материи, которая вечна, а только в создаваемых ею иллюзиях: в изменчивости и превращениях материи рождается жизнь, но эти изменения условны, и эта жизнь эфемерна. В то же самое время зло не только неотвратимо, но и необходимо. Ибо если мы можем отличать добро от зла и свет от тьмы и ценить первое, избегая второго, то только благодаря существованию контрастов между ними» [6].

Шакарим, исследуя историю разных религий, говорит, какому искажению подверглись слова древних поэтов-ришов. Их мы видим вследствие появления различных сект.

Будданың ұстап бiлегiн,
Айрылмай бiрге жүремiн.
Жәдiгөй, бақсы, ламаға
Шоқынды елiң бiлемiн [7, 112].

Начальные две строки переводятся как: «Держась за руку Будды, с ним не буду расставаться». А в последних двух строках говорится об искажении учения Будды. Шакарим обращается к самому Будде такими словами: «Твое учение исказилось, теперь твой народ поклоняется идолам» [7, 112].

Мы, конечно, не намерены сделать из Шакарима буддиста. Он не входил ни в какой мистический орден, не был религиозным служителем. Скорее, здесь можно отметить отличительную особенность этих людей, их душевные качества, не разделяющиеся на «я» и «ты». В этом и заключается суть учения Шакарима о совести как о создателе. Эти люди всегда чувствуют вертикальную связь между собой сквозь века.

М. Бахтин в своей концепции о диалогизме, рассматривая любой текст как открытую структуру, его интертекстуальную способность объясняет следующими простыми словами: «Два сопоставленных чужих высказывания, не знающих ничего друг о друге, если только они хоть краешком касаются одной и той же темы (мысли), неизбежно вступают друг с другом в диалогические отношения. Они соприкасаются друг с другом на территории общей темы, общей мысли» [8, 293].

В буддизме ум есть «майя» – иллюзия. Это объясняет тотальное безумие масс, порождаемое «майей». Такое же коллективное безумство масс отражено в поэме Абая Кунанбаева «Масгут». Когда в «Масгуте» люди стали пить «дурную» дождевую воду, то они начали сходить с ума. И эти безумцы, наборот, обвинили Масгута и халифа сумасшедшими.

Современные дзен-буддисты, а точнее Экхарт Толле в своей книге «Новая земля» пишет: «Величайшее достижение человечества – это не созданные им произведения искусства, науки и технологии, а способность обнаруживать и распознавать нарушения и безумие в себе» [9,7].

«Майя» также означает вуаль. Через эту вуаль человек не видит настоящую реальность. Порождает дукху не что иное как человеческий ум. Ведь дукха – это страдание, неудовлетворение жизнью. Понятие «майя» в прозведениях Шакарима обнаруживется как «челевеческий ум, завуалированный нафсом или ненасытным Эго». В произведениях Шакарима ум порождает страдание:

«Не душа правила, а тело,
поэтому ум начал страдать» [1, 156].
(подстрочный перевод. А.Б. Сейсекенова)

Современный ум человека причисляет к самым пагубным страстям наркотики, а наркоманов и алкоголиков считает низкой породой человечества. А тогда, как говорит Шакарим в стихотворении «Страсть и любовь», алкоголизм и алчность, вещизм и наркотики – по степени одинаковые страсти [1, 62].

«Поэтому ум не может дать правильную помощь,
и человек зверски поедает другого человека» [1, 56].

Если говорить словами буддистов, ум, подчиняясь «ложному «я», вместо того, чтобы дать человеку правильную мысль, прибавляет много негативных мыслей, которые вредят ему. Эгоизм человека порождает «ложное я». Ум всегда сравнивает себя с другим, ум обижается, ум страдает, ум завидует, ум ненавидит. В Буддизме ум и сознание – разные понятия. Сознание означает «Сознание Будды». Сознание ничем не обусловлено, оно априорно чистое. Центральной проблемой поэта и философа Шакарима тоже является отличие ума и «чистого ума». А у Абая это означает «светлый ум»:

Если ум не светлый,
Живет жизнью животного [10, 227].

Итак, «чистый ум» может быть только в чистой души, а ум, порождаемый эго, живет заблуждением. Сознание, или чистый ум, стремится к единству мира, ум стремится быть разделенным. Ум, порожденный эго, хочет, чтобы весь мир был «моим». Абай пишет:

Все, что ты считаешь «моим» – «Его» (Создателя). [10, 212].

В интервью с современным индийским мыслителем Шри Бхаваганом, Киара Уиндрайдер, говоря об уме, выделяет его интересную мысль: «Бхагаван учит тому, что нет ничего того, что называется «личным умом». Да, у нас есть индивидуальные мысли, но они всего лишь эманации того, что Бхагаван определяет как Древний Ум, коллективную мыслесферу человечества, которая существует с начала текущей цивилизации. Все наши страхи, несостоятельность, беспокойство и боль; всё наше вожделение, дурные привычки, незащищённость и жадность; вся наша ненависть, гнев, ревность, осуждение принадлежат этой мыслесфере. Кроме того, многие наши импульсы творить добро, красоту, стремление к счастью, к мужественным поступкам, также находятся в этой мыслесфере. Наш ум можно представить в виде приёмной радиостанции, улавливающей частоты в зависимости от состояния нашего ума или здоровья, переживания и различных астрологических факторов. Наши индивидуальные переживания или жизненный опыт тоже вносят свои коррективы в тип частот, которые мы выбираем» [11].

Аллегорическим перевоплощением Древнего Ума можно назвать Мефистофеля Гете. Можно ли все умом решать? Есть и много закономерностей появления барокко, сентиментализма, романтизма и, конечно, модернистских течений. Весь вопрос состоит в направлении мыслей всего человечества. Служит ли человек человеку или он служит богатству, славе и креслу? Для чего дана жизнь человеку?

А это уже снова – вопросы личностного развития. То, что ученик или студент не всегда выскажет в открытой беседе с педагогом, он невольно обсудит в процессе самодиалога – внутреннего размышления, если таковое будет порождено его эмоциональным откликом на встретившийся ему в данный момент художественный текст. Формирование личности – процесс сложный, не поддающийся прямому регулированию. В нем значительную роль приобретает художественное творчество, обладающее способностью пробуждать в душе человека внутренние творческие силы, направляющие его по пути восхождения.

Список литературы

1. Кудайбердыулы Ш. Произведения. Стихи, поэмы, проза. – Алматы, 1988, 560 с.

2. Абай// 1994, №9. С 30.

3. Томпсон М .Восточная философия. – Москва, 2000. 384 с.

4. Тостой Л.Н. Избранное. – Ростов на Дону, 1998 . 544c.

5. Кудайбердыулы Ш. Три истины. – Алматы, 1991, 80с.

6. Блаватская Е. О происхождении зла. /http://www.theosophy.ru/lib/hpb-zlo.htm/

7. Кудайбердыулы Ш. Жолсыз жаза, Өлеңдер мен поэмалар. Алматы, 1988, 256 б.

8. Бахтин М. Эстетика словесного творчества. – Москва, 1979, 424 с.

9. Толле Э. Новая земля. Появления нового сознания. – 293 с. http://www.tolle.ru/new_earth_index.

10. Абай (Ибраһим Кунанбаев). – Алматы, 1986, Т. 1, 304 с.

11. Уиндрайдер К. Вечера с Бхагаваном. http://www.svet-ural.com/bhagavan.php].

 
Религиозная культура представляет собой сложное комплексное образование. Все аспекты религии как общественной подсистемы находят выражение в социокультурной области. Религиозная культура – это совокупность имеющихся в религии способов и приёмов осуществления бытия человека, которое реализуется в религиозной деятельности и представлены в её продуктах, несущих религиозные значения и смыслы, передаваемых и осваиваемых новыми поколениями. Деятельностным центром является культ.

Содержание культурных ценностей задаётся религиозным сознанием. Они организуются вокруг религиозного мировоззрения, наполнены соответствующими образами, представлениями, понятиями, мифами, притчами, ориентируют сознание и поведение людей на гипостазированные существа, свойства, связи, превращения, удовлетворяют разнообразные потребности человека. В качестве материальных носителей верований выступают: устная речь, в которой излагается предание, священная литера тура, ритуальные тексты, средства культа (идол, ступа, икона и пр.) произведения искусства.

В религиозных системах шло накопление опыта развёртывания отношений, отлаживания организаций, структурирование взаимосвязей, управления поведением людей. Организационная сторона религиозной культуры осуществляется в различных звеньях управления культовой деятельностью, в обеспечении теолого-теоретических исследований и образования, в проведении экономической, коммерческой, благотворительной деятельности.

Под влиянием религии складывается религиозная философия, мораль, искусство и т.д. Религиозная философия, исходя из религиозных мировоззренческих предпосылок, использует понятийный аппарат и язык теологии, богословия, решает онтологические, гносеологические, логические, социологические, антропологические другие проблемы. Религиозная мораль – это развиваемая и проповедуемая религией система нравственных представлений, норм, понятий, чувств, ценностей, наполняемых конкретным (иудейским, христианским, исламским и др.) содержанием. Религиозное искусство представляет собой область созидания, восприятия и трансляции художественных ценностей, в которых «живут» религиозные символы.

Можно выделить две части религиозной культуры. Одну образуют те компоненты, которых вероучение выражается прямо и непосредственно – сакральные тексты, теология, различные элементы культа и пр. Другую составляют те явления из области философии, морали, искусства, которые исторически вовлекаются в религиозно-духовную и культовую деятельность, в церковную жизнь.

Религиозная культура не одинакова в разных религиях и конфессиях и соответственно предстаёт как культура родоплеменных религий, как индуистская, иудаистская, конфуцианская, синтоистская, буддийская, христианская, исламская и прочая (в их многочисленных конфессиональных разновидностях) культура. В большей или меньшей мере она оказывает влияние на светскую культуру в целом, а также на отдельные её части.

Культура характеризуется системными свойствами. В качестве основных системных свойств культуры следует отметить свойства «большой системы», открытой и диссипативной системы и самоорганизующейся системы. Системные свойства культуры (социального знания) находят объяснение с позиций ядерно-сферического подхода, рассматривающего систему как диалектическое единство составляющих ее ядерной и периферийной сфер.

«Большая система» предполагает неравномерность распределения в ней структурных связей. С позиций ядерно-сферического подхода, они концентрируются в ядре системы, откуда в большей или меньшей степени распространяются на ее периферию. В качестве ядра социального знания выступает некоторая общепризнанная универсальная концепция, тогда как периферию представляют структуры повседневных и производных от них специальных значений. Ядро отображает некоторую приоритетную для субъекта сферу объективной реальности («реальность-ценность») и тем самым формирует структуру релевантности его «жизненного мира».

Универсальная концепция, составляющая потенциальное ядро социального знания, выполняет в социуме идеологические функции, имеет конституционную и динамическую подструктуры. Устойчивая часть ядра образуется ценностями, тогда как его изменчивая динамическая часть – знаниями и представлениями.

В современной научной литературе представлен целый ряд существенно различающихся дефиниций религии, в зависимости от специфики той религиоведческой дисциплины, под углом зрения которой рассматривается религия в каждом конкретном случае. Как и в случае с понятием «культура», их чрезвычайно трудно свести к одному универсальному определению. По этой причине мы пока ограничимся абстрактным определением «религиозного» как непосредственно относящегося к религии, с тем, чтобы конкретизировать его несколько позже применительно к специфике предмета и метода нашего исследования.

Научное определение понятия «светское» представляется достаточно сложной задачей. Согласно В.И. Далю, в русском языке «светский» означает «ко свету (миру) в различных значениях относящийся, земной, мирской, суетный; или гражданский. Светская власть, противоположно духовная… духовенство, белое, не монашеское, противоположно черное. Светские утехи, шумные, чувственные». В специальных религиоведческих, социологических и философских изданиях (включая словари и справочники) предметный анализ понятия «светское», как правило, отсутствует. Там, где речь идет о светском, авторы обычно ограничиваются интуитивной интерпретацией данного понятия, не переводя ее в рационально-логическую плоскость.

Определенно в данной связи можно сказать следующее: а) понятие «светское» (как и его синоним – понятие «секулярное») практически всегда употребляется как парная оппозиция по отношению к понятию «религиозное»; б) данное понятие определяется преимущественно отрицательно, отталкиваясь от понятия «религиозное» по принципу «от противного»; в) содержание данного понятия является довольно сложным и внутренне противоречивым, поскольку охватывает, в зависимости от контекста, достаточно широкий спектр разнородных явлений. Таким образом, имеются основания утверждать, что в основе смыслового содержания «светского» лежит определение его конкретного отношения к «религиозному».

Исходя из принятой нами концепции светского, предполагающей его субстанциальный характер, секуляризация имеет две стороны: «отрицательную» – вытеснение из человеческой жизни и разрушение религиозного духовно-культурного содержания, и «положительную» – наполнение человеческой жизни автономным, внерелигиозным, собственно светским содержанием. Иными словами, светская и религиозная культура могут развиваться конкурентно, «параллельно», и даже синергийно.

В этой системе координат религиозное и светское образуют в культуре автономные, в значительной степени параллельные социально-когнитивные пространства. Так, например, простая, «механическая» замена светского смыслового содержания религиозным содержанием не обязательно предполагает прогресс религиозного крыла культуры, поскольку само по себе вытеснение или разрушение светских смысловых структур еще не вызывает развития, нарастания и усложнения массива знания религиозного характера. Для этого требуются дополнительные факторы. Точно так же развитие светского массива социального знания еще не означает «автоматического» вытеснения из общественного сознания религиозных социально-когнитивных структур, но допускает в той или иной степени возможность их синтеза со светскими структурами. Развитие одного создает только одну из предпосылок для вытеснения и деградации другого, причем эта предпосылка может «сработать» и в обратном направлении, если вторая культура сможет ответить на вызов, интегрировав в себя лучшие свойства первой.

Что касается «сверхъестественного», то в содержательном отношении оно, по-видимому, тоже является константой культуры, поскольку ни одна из известных культур прошлого и настоящего никогда не обходилась и не обходится полностью без каких-либо представлений о сверхъестественном. Однако константный характер сверхъестественного не относится к его функциональной стороне: в функциональном плане сверхъестественное может выступать в культуре как в роли священного, так и выполнять другие, менее значительные культурные функции – например, служить темой фольклорного творчества, выступать предметом философских изысканий и т.д. Религиозная культура – тип культуры, в которой в качестве священного (сакрального) выступает сверхъестественная реальность; в такой культуре священное либо само характеризуется сверхъестественными свойствами, либо предполагает непосредственную санкцию со стороны какого-либо сверхъестественного начала; Светская культура – тип культуры, в которой священное (сакральное) не обладает свойствами сверхъестественного и не требует обязательно санкции сверхъестественного начала, базируясь на альтернативной онтологической и социально-когнитивной основе.

Ядерная концепция социального знания всегда соотносится с некоторой приоритетной сферой реалий «жизненного мира» субъекта и предполагает наличие в нем вполне реальных и конкретных (а не условных и иллюзорных) ценностей.

Список литературы

1. Материалы с сайта http://www.prlink.ru/

2. Гараджа В.И. Социология религии. Учебное пособие для студентов и аспирантов гуманитарных специальностей. – М.: Наука, 1995 г.

3. Издание под общим названием «Социология религии: Словарь»

4. Белла Р. Социология религии //Американская социология. Перспективы, проблемы, методы. – М., 1972.

 
Одной из ведущих причин всевозможных кризисов общества является упрощённое видение человека. Принято считать, что человек состоит из двух сложных систем: анатомическая телесная форма и эмерджентная духовная сфера. Из поля зрения исследователей уходит та структура, о которой говорил Г.Ф.В. Гегель применительно ко всей Вселенной. Эта структура есть абсолютный разум, сущность которого удалось рассчитать механико-математическими методами. Для этого была рассмотрена формула среднего в общем виде, то есть, с буквенными обозначениями, содержащая три переменных в числителе и в знаменателе. Эта формула изучается в школе как среднее арифметическое. По этой формуле учитель рассчитывает качество класса как среднюю успеваемость. В отчётной документации итоги также подсчитываются по среднему арифметическому. Чарльз Дарвин эмпирическим путём установил, что развитие популяции происходит вслед за ростом среднего. Очевидно, что формула среднего играет большую роль в жизни, отражая эволюционный процесс совершенствования, в котором качество системы является основной категорией.

Чтобы изучить свойства среднего, было применено дифференциальное исчисление функции семи переменных: это три уровня любого признака материи: низший, высший, средний, определяющие качество элементов или каких либо факторов, и их количества. Седьмой переменной является качество всей системы. В числителе среднего есть сумма моментов (произведений количества элементов на их качество). В знаменателе есть сумма всех элементов системы. Такое изложение необходимо, чтобы понять два важнейших свойства среднего. Первое свойство: среднее отражает реальные жизненные процессы дифференциации и интеграции. Отсюда следует вывод, что дифференциация и интеграция происходит не хаотично, а строго упорядоченно по закону среднего. Второе свойство: среднее есть дробь, в числителе которой есть сумма трёх моментов, а в знаменателе сумма всех элементов системы; приводя к общему знаменателю, получаем уравнение равновесия механического количественно-качественного рычага, вращающегося вокруг опоры. Это есть уравнение равновесия естественной системы. Из него видно, что:

1) все количественные качественные изменения в системе подчиняются уравнению равновесия, то есть происходит строго упорядоченно.

2) количественно-качественные изменения системы образуют действующий механический рычаг, вращающийся вокруг опоры. Опорой является то, что выдерживает суммарную нагрузку рычага.

3) этот рычаг действует всюду, локально и тотально.

4) этот рычаг действует постоянно.

Исследование с помощью производных даёт большое множество простейших процессов, раскрывающих свойства дифференциации материи. Каждый простейший процесс представляет равновесную ситуацию, которая возможна в жизни при определённых условиях. Структура полученной системы простейших процессов (СПП) неизменна, вечна, имеет точную механико-математическую организацию. Количественно-качественные изменения системы и её элементов, подчиняясь равновесной организации, создают реальное движение, фиксируемое простейшими процессами.

В системе простейших процессов есть процессы с повышением качества, образующие механизм созидания, и процессы с понижением качества, образующие механизм разрушения. Таким образом, система простейших процессов представляет собой реально действующий, точный, механико-математический, равновесный, информационный, вечный, неизменный алгоритм, ни от кого не зависящий, то есть СПП есть абсолют, обладающий многофункциональностью.

Категория вечности определяет действие в алгоритме равновесия СПП принципа эволюции. Принципы равновесия и эволюции являются основополагающими в современном системном подходе, где важнейшими для человека являются принципы целостности, эмерджентности, математизации.

Эволюционный процесс совершенствования форм материи происходит циклически в силу того, что положительный простейший процесс, максимально повышающий качество системы, ограничен сверху горизонтальной равновесной асимптотой на уровне качества положительного элемента, выполняющего роль цели развития. Приближение положительного процесса к асимптоте означает завершение развития к цели, конец цикла и необходимость постановки новой цели, формирование прогрессивной системы ценностей. Уровни качества, определяющие системы ценностей фиксируются на вертикальной прямой, направленной вверх к прогрессу, совершенствованию, красоте. Эта бесконечная прямая есть эволюционная информационная ось, где отмечаются начало и конец циклов, следующих друг над другом в сторону совершенствования.

Процесс развития к цели, повышающий качество системы – это очень трудоёмкий процесс, требующий совершенствования элементов (индивидов), воли, настойчивости, профессионализма, эрудиции, культуры, коллективизма, гармонии взаимоотношений, материальных затрат, уравновешенности, соблюдения принципа оптимизации во всём, трудолюбия, здоровья. Именно благодаря энергии положительных элементов (индивидов) выстраивается положительный процесс и формируется новый прогрессивный цикл.

Исследуя свойства простейших процессов, произведено расщепление сложного эволюционного процесса на составляющие компоненты: информационный, гармонический, равновесный процессы. Алгоритм равновесия функционирует в нормальном режиме только на основе достоверной информации. При недостоверной информации в обществе происходит аномалия информационного и гармонического процессов. Включаются в действие простейшие парадоксальные процессы, когда наблюдаются явления не совместимые с логикой здравого смысла.

В природе, в человеке есть структуры, подобные общей информационной оси, накапливающие информацию за период исторического развития общества. Это спиральные структуры, обладающие эволюционной равновесной упорядоченностью, в которой циклы развития общества отражены последовательно в соответствии с процессом совершенствования (гармонизации).

Поскольку СПП непрерывно ведёт процесс совершенствования, повышая качество общества, человека, то есть действует разумно, то целесообразно систему простейших процессов назвать не только алгоритмом равновесия, но и абсолютным разумом. Именно абстрактные логические закономерности, управляющие Вселенной, имел ввиду Г.Ф. Гегель, утверждая существование абсолютного разума и абсолютной идеи, в которой можно рассмотреть неизменное стремление к совершенствованию, осуществляемое всеми компонентами эволюционного процесса.

Алгоритм равновесия действует всюду – и в анатомической, и в эмерджентной системах человека, образуя равновесно-информационную эволюционную систему человека (РИЭСЧ). Нормальное функционирование этой системы обеспечивает гармоничное развитие человека и сохранение его целостности. Однако, указанные факторы аномалии гармонического и информационного процессов в обществе вызывают нарушение РИЭСЧ, увеличивая противоречие между высоким уровнем развития головного мозга и низким уровнем его сознания.

Поэтому необходимо учитывать разрушающее действие недостоверной информации на человека. В связи с этим встаёт вопрос о совершенствовании критериев истинности в науке. Как критерий истины целесообразно рассматривать не только практику человека, но и практику рабочих механизмов материи. Алгоритм равновесия, его механизмы созидания и разрушения, рычаг количественно-качественных изменений имеют огромную практику в формообразовании, образовании систем ценностей, совершенствования форм материи.

Эталоном материи можно считать мозг человека, но абсолют на данном этапе эволюции ведёт упорную работу над совершенствованием его сознания. Огромная роль в этом отводится науке, которая должна соответствовать уровню развития головного мозга человека. Современный молодой человек должен понимать, кто он, какова его организация, регуляция, трансформация в разных фазах цикла, его назначении в мироздании. Он должен знать точные законы своего взаимоотношения с обществом, законы и гармонию мироздания.

Ошибочно считать, что человек и общество – это саморегулирующиеся системы. Теория равновесия, некоторые элементы которой изложены здесь, показывает, что человек и общество имеют частичную саморегуляцию и автоматизированную регуляцию со стороны алгоритма равновесия, которые взаимосвязаны. Саморегуляция всегда корректируется алгоритмом по законам СПП либо в сторону прогрессивной либо регрессивной трансформации, или в сторону сохранения целостности или в сторону её разрушения. Культура, образование должны формироваться с учётом уникальной организации человека.

Современный человек имеет сложнейшую системную равновесно-информационную организацию, обладающую эффектами оптимизации и многократного резонирования либо прогрессивных, либо регрессивных свойств в зависимости от степени совершенствования общества, элементом которого он является, в зависимости от фазы цикла, в зависимости от характера системы ценностей (регрессивная или прогрессивная).

Необходимо по законам СПП показать, как происходит автоматизирование регуляции алгоритмом равновесия, научить человека принципу оптимизации при выборе жизненной равновесной ситуации.

В СПП содержится полный набор последствий решений, поступков. Это следящая, контролирующая система, представленная графически и аналитически. Она даёт конечный результат совершенствования тех или иных поступков. Это интересно каждому человеку, а молодому неопытному особенно. Таким образом молодой человек может познать законы самосовершенствования и гармонизации общества.

В алгоритме равновесия и в творческих резервах личности кроются неисчерпаемые силы для гармонизации общества как целостной системы, в которой жизнь человека есть величайшая ценность, а его творческая прогрессивная деятельность стала всеобщей потребностью.

 
«Истинный показатель цивилизации – не уровень богатства и образования, не величина городов, не обилие урожая, а облик человека, воспитываемого страной», – эти хорошо известные слова Р. Эмерсона, американского философа второй половины XIX века, не только не теряют своей актуальности, но и приобретают еще большую значимость в наше непростое время, когда старые кумиры свергнуты, а новые идеалы только формируются. Поэтому определяющим моментом отвлечения от бездуховного существования, меркантильно-прагматической ориентации и укоренившихся вредных привычек становится, во-первых, интеграция в культуру как свою, так и других народов, что способствует формированию осознанных нравственных чувств, основанных на понимании тех духовных ценностей, которые рождены веками длительного исторического пути любого народа.

Во-вторых, в качестве выбора моральных ориентиров остается формирование национальной и социальной толерантности, что означает для нас уважение, принятие и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявлений человеческой индивидуальности. Наш мир – огромная территория, на которой во все времена обитало множество народов с различными языками, религиями, культурами, антропологическим обликом. Воспитать личность, способную сберечь и приумножить традиции своего народа, сохранив то целительное зерно, из которого произрастает русская душа, так и усвоить уважительное отношение к другим народам, изучая культурное наследие мира – это та задача, которую можно решить, если привить студентам нравственный иммунитет против волны аморализма, огромного потока информации, часто негативного характера, захлестнувших нашу страну.

Дать нужную сумму знаний и навыков не так сложно. Куда труднее помочь студенту усвоить основополагающие ценности человека, обогатить его духовно-нравственный потенциал, чтобы будущий конкурентоспособный специалист в сфере торговли сумел подняться выше торгашеской психологии.

В размышлениях над этими вопросами и родилась идея проекта «Чайная культура» в рамках образовательно-воспитательного модуля «Диалог культур», в котором мы работаем в течение нескольких лет, меняя направление работы, исходя из потребностей времени. При этом у студентов формируется представление о диалоге культур как сознательно избираемой жизненной философии, требующей от его участников уважения к другим культурам, языковой и этнической терпимости, речевого такта, готовности к изучению культурного наследия мира. Мы используем проектную технологию, так как именно она дает возможность осуществить идеи в удобной, творчески продуманной форме, организовать обучение и воспитание в сотрудничестве, формировать отношения открытости, внимания друг к другу и солидарности. Как это было реализовано, постараемся показать на отдельных фрагментах, а также поделиться теми выводами, к которым пришли участники проекта.

«Чайная культура» – это наш первый проект в рамках модуля «Диалог культур», поэтому в начале работы нам необходимо было преодолеть тот скепсис, который уже сложился у студентов: как может маленькая, хрупкое слово «чай» и «ароматный напиток», подразумевающийся под ним поколебать уже утвердившееся в сознании как юношей, так и девушек представление о других напитках «на все случаи жизни», чему способствовала реклама и окружающая жизнь. Мы решили заинтересовать студентов тем, что, говоря о чае, будем говорить о красоте, изысканности, утонченности, атмосфере радости и теплоты общения, связанных с чайной культурой. И мы сумели убедить студентов в том, что чайная культура – это своеобразное проявление общественной и духовной жизни у разных народов.

Сотрудничая с преподавателями, студенты всех специальностей проявили большую самостоятельность в поиске материала, способного увлечь, всколыхнуть сердце, оживить душу: технологи нашли рецепты русского чая и способы его заваривания; маркетологи – о сортах чая и условиях хранения; менеджеры – о традициях восточного и русского чаепития, деловом этикете, рекламе, создали собственную рекламу чая. Они узнали о происхождении слова «чай», традиции чаепития у разных народов.

Когда так много знаешь о чае, хочется окунуться в атмосферу «гармонии, спокойствия и чистоты», как это утверждается в восточной чайной философии. И поэтому мы отправились сначала в магазин «Чайный ряд», где с упоением вдыхали неповторимые ароматы элитных сортов чая, затем посетили кафе «Английский Паб». В ходе работы над проектом мы все постепенно приходили к выводу, что чай – это не просто тонизирующий напиток, известный в Китае более пяти тысяч лет назад, а это удивительное явление – мостик между Европой – Россией – Востоком.

Духовную процедуру и душевную атмосферу, присущие чайной церемонии, мы рассматриваем как эффективное средство противостояния бездуховности и безнравственности, имеющими место быть в молодежной среде. Через это хрупкое слово «чай» мы получили представление о мире как одном большом доме, в котором живут разные народы, отличающиеся друг от друга и говорящие на разных языках и в то же время объединенные общими стремлениями к миру, добру и сотрудничеству. Сформировать такое представление помог проект «Чайная культура».

Слово «богатство» каждый понимает по-своему. Для одних богатство может быть только материальным, для других – духовным, третьи считают богатством друзей, а четвертые – семью… К последним присоединились и мы, выбрав проект «Семья – одни из шедевров природы».

Цель нашей работы – уяснить те составляющие семьи, которые мы считаем богатством, вспомнить традиции в родительском доме, перелистать страницы семейной жизни выдающихся людей, узнать о семейных традициях разных стран и народов, выяснить проблемы, связанные с семьей, которые волнуют наших студентов, показать красоту семейных отношений, основанных на любви и взаимоуважении. Следовательно, наша задача – помочь молодым людям в создании крепкой, сплоченной любовью семьи. А это значит обеспечить счастливое будущее своим детям и достойную старость себе. Это тем более необходимо, так как в настоящее время семья переживает глубокий кризис, поэтому насущным является именно семейное воспитание, и особо актуально оно как раз в среде молодежи, потому что разрушение традиционных семейных отношений имеет самые разрушительные последствия для всего общества.

Поскольку в нашем учебном заведении учатся студенты разных национальностей, мы в ходе работы над проектом знакомились с традициями армянской, казахской, алтайской, английской и немецкой семьи. На примере африканской страны Тунис говорили о семейных отношениях в мусульманских странах. А затем мы окунулись в атмосферу русской семьи, исследовав традиции, связанные с обрядами сватовства, рождения и крещения. В этом нам помогло также нам помогло посещение музея истории литературы, искусства и культуры Алтая, где студенты познакомились с укладом крестьянской жизни в России XIX века, прослушали лекцию «Красна изба углами, а печь пирогами», почувствовали теплоту и духовность, царившие в дореволюционных купеческих семьях, на уникальной выставке в Краевом архивном управлении «Институт семьи и брака на Алтае». Студенты представили свои творческие работы: «Любовь, опаленная войной», «Мое письмо на фронт», «О чем бы я спросил своего деда фронтовика», «О чем рассказывает фотография из семейного альбома!», «Дети – благо, ответственность или наказание?», «Мое отношение к гражданскому браку», «Семья или карьера?». Нас радует, что в процессе работы они признали справедливость слов А. Макаренко, что «семья приносит полноту жизни, семья приносит счастье», согласились с В. Сухомлинским, что «главный смысл и цель семейной жизни – воспитание детей; главная школа воспитания детей – это взаимоотношение мужа и жены, отца и матери».

Информационно-психологическое воздействие на сознание человека осуществляется преимущественно через языковую среду и посредством языка. Без трех важнейших понятий – отечество-язык и культура – трудно представить себе единство народа, живущего в цивилизованной стране. Работа в творческих проектах продолжается, и мы верим, что если мы сегодня не можем смягчить формирующую среду, в которой совершается становление личности, то мы сможем воспитать субъекта собственной жизни, способного на сознательный выбор, способного противостоять активной информационной и культурной экспансии извне, насаждающей ложные ценности.

Д.С. Лихачев в одном из своих последних интервью справедливо заметил: «Надо сделать все, чтобы спасти молодое поколение от бездуховности и морального падения». И мы соглашаемся с этими словами, понимая, что законодательно нравственность, духовность, гражданственность, патриотизм ввести нельзя, но воспитать личность, у которой сформирован информационно-культурный иммунитет, позволяющий строить свою жизнь на принципах добра, справедливости, гуманизма, можно.

 
В данной статье обсудим культурфилософскую и праксиологическую проблему – об общих социальных закономерностях перехода от исходных образовательных идей к их юридическому оформлению и практическому воплощению в обществе. Обсуждение ряда актуальных проблем человека и общества показало следующее. В связи с тем, что жизнь не стоит на месте, периодически в социуме возникают потребности в новой форме организации той или иной стороны общественной жизни. А если данные процессы нарастают, то усиливается и потребность целостного, всестороннего изменения общественных отношений. В нашем случае, речь может идти об одном, но весьма важном аспекте социальной жизни – об образовании. На современном уровне существования все больше развивается потребность в демократичной, доступной большинству населения, соответствующей здоровым социальным отношениям, системе российского образования [4; 5].

А в нем нас интересует социокультурный аспект – диалектики социальных идей, от их формирования до практической реализации. Сразу оговоримся, что дать окончательные выводы по отмеченному вопросу вряд ли возможно. Это объясняется тем, что, во-первых, сам процесс сознательно-практической деятельности людей в условиях научно-технологического прогресса XXI века приобретает высокую сложность, а во-вторых, социально-культурная жизнь быстро изменяется, что вызывает необходимость периодической корректировки получаемых теоретических и практических результатов. Но, несмотря на указанные сложности, философская рефлексия здесь необходима, т.к. без рефлексии важных процессов они все равно будут продолжаться, но пойдут стихийно, а в обществе определенной степени зрелости это означает, что процессы пойдут в сторону поляризации и распада социальной системы.

Начнем с того, что изначально идея возникает из-за появления в обществе жизненных проблем, над которыми значительная часть населения начинает задумываться.

Так, сегодня в российском обществе среди широких слоев населения ведущую роль приобретает духовно-культурная идея о достойном воспитании и образовании в связи с насущным вопросом о будущем существовании человека, его детей и внуков. Возможность же реализации такой идеи в государстве XXI века имеет общественную форму, поскольку сегодня уже ни одна семья собственными силами родителей не в состоянии дать ребенку тот сложнейший комплекс школьных и тем более вузовских знаний, которым он должен овладеть для своей достойной социализации в окружающем мире [1; 2; 3].

Таким образом, в связи с нарастанием в обществе определенных изменений возникает потребность в адекватном преобразовании общественной жизни. В сознании людей это выражается в появлении соответствующих идей. Обозначим идею, выражающую какую-либо насущную потребность людей, формирующуюся в широких слоях населения в качестве закономерной реакции на изменение общественной жизни, понятием «потребностная идея» и будем употреблять его в дальнейшем. Введением этого понятия мы подчеркиваем, что идеи людей могут иметь разное аксиологическое значение. Одни идеи очень яркие, интересные, увлекательные, как мир фэнтэзи, роскоши, избыточных наслаждений и т.п., но они не являются жизненно необходимыми.

Другие же идеи касаются коренных вопросов существования человека, общества, а сегодня и материнской среды человечества – природы, беспощадно уничтожаемой людьми. Они вызываются сущностными потребностями жизни людей. Эти идеи жизненно необходимы, судьбоносны, определяют перспективу существования человека на Земле. Именно этот круг идей мы обозначаем понятием «потртебностная идея», которое далее будем употреблять в рассуждениях.

При этом очевидно, если идея возникает и укрепляется среди широких слоев населения, затем она спонтанно начинает осмысливаться и наиболее образованной, культурной частью населения, в том числе, деятелями культуры, учеными. Поэтому первая стадия – народное (гражданское) осознание идеи. Следующая стадия – научное осознание и концептуальное утверждение потребностной идеи. Это ее концептуальное осмысление в научных и культурных слоях интеллигенции, научное обоснование идеи с разных позиций, на разных уровнях познания.

Указанные выше стадии осмысления идеи еще в наименьшей степени политизированы. Они в своем зарождении и развитии до поры не попадают под пристальное внимание и влияние политики и закона, пока не превращены в соответствующие юридические нормы. По сути, это становление потребностной идеи перед ее «входом» в процессы и процедуры социально-политического и социально-правового оформления.

А затем начинает действовать политико-правовой механизм трансформации потребностной идеи с целью ее правового оформления в виде юридических норм и законов, применяемых в обществе. На этом юридическом этапе идея приобретает социально-организационный смысл. Идут стадии ее обработки в соответствующих политических и правовых социальных институтах. Осуществляется закономерная трансформация идеи. Характер трансформации в целом зависит от содержания и функций конкретных политико-правовых социальных структур и институтов.

Вначале идет социально-политическое осмысление идеи в аспекте ее реализации в государственном управлении, с позиций разных социально-политических интересов. В данном процессе идея проходит через разные уровни управления, политические слои, имеющие собственные интересы. При этом она изменяется в зависимости от интересов и целей тех политических структур, которые она проходит. Идет работа «политического фильтра», процеживающего содержание идеи. Вырабатывается функциональный статус потребностной идеи. После такой фильтрации остается «сухой остаток» обсуждаемой идеи. На его основе идет формирование социально-политического статуса идеи в ее оформлении соответствующими политическими силами.

Далее следует аналогичный процесс «фильтрации идеи», но уже на правовом уровне. Именно право формирует общую, хотя и динамичную, структуру общественной жизни, как в целом, так и отдельных ее сторон. При этом процесс оформления правового статуса потребностной идеи может идти по-разному – или более демократично, или кулуарно, или псевдодемократично, манипулятивно, с созданием видимости широкого обсуждения вопроса. Как и в политике, идет работа многоуровневого «правового фильтра», способного как сохранить, так и в корне изменить исходное содержание идеи. «Сухой остаток» обсуждаемой идеи после ее правовой фильтрации закрепляется в указах высшей исполнительной власти, в законах, принятых законодательной властью. Этот «остаток» идеи, закрепленный в правовой структуре современного государства, через законы начинает конкретно влиять на жизнь людей. Здесь идея приобретает праксиологический статус действующей в обществе правовой силы.

Казалось бы, что потребностная идея, вышедшая из широких слоев населения, отразившая основные нужды людей, прошедшая стадии политической и правовой «фильтрации» и вернувшаяся вновь к населению в виде соответствующего закона («выход» оформленной идеи в общественную жизнь), должна привести к удовлетворению соответствующей общественной потребности и в целом – к улучшению отдельной стороны социальной жизни [7]. Однако подчеркнем, что здесь отношения не столь просты. Могут иметь место разные варианты формирования и реализации нового закона.

Если достигнуто соответствие по главным позициям в исходном и итоговом вариантах, то, как говорится, закон «работает».

Если же после многократной многоуровневой политико-правовой фильтрации исходная идея преобразуется до неузнаваемости, то порожденный закон оказывается неадекватным исходной идее. Формируется паразакон, существующий не в реальном, а в параллельном социальном мире, желанном для определенных более узких социальных слоев из политико-правового фильтра. Но при этом он не отражает ни реальной жизни, ни реальных интересов широких слоев населения. Такой паразакон, оторванный от жизни, не имеет созидательного характера.

Согласно общим системным закономерностям, в активной системе любой природы, по мере ее самоорганизации и усложнения, можно выделить ядро, средние и периферийные подсистемы, обладающие структурно-организационной спецификой. С системных позиций, это закономерная самодифференциация в развивающейся системе ее подсистем – воспринимающих, преобразующе-проводящих и концентрирующих (ядра подсистемы) [6]. Не является исключением и энергоинформационная система, в том числе, потребностная идея общественного сознания. В процессе все более глубокого осмысления и реализации такая идея проходит закономерный путь. Он, как полагаем, включает несколько стадий.

1. Идея «носится в воздухе», идет ее самоорганизация. Формируется «интеллектуальный ком» интересов большинства населения, где еще не дифференцированы оболочки и ядро идеи, пока они находятся в смешанном, неразделенном виде.

2. Идет процесс дифференциации ядра и слоев оболочек (средней и внешней) идеи как активной энергоинформационной системы.

3. Формируется концептуальное ядро идеи (в культуре, науке), четко выражающее ее смысл, сущностное содержание (этот процесс описан выше).

4. Потребностная идея попадает в политико-правовые преобразующие структуры общества, она пропускается через политико-правовой фильтр, в виде многоуровневой политико-правовой фильтрации, вплоть до ее представления в высших законодательных органах.

5. Результатом оказывается правовое закрепление потребностной идеи в соответствующих юридических нормах и законах. Оно может осуществляться двумя крайними противоположными путями, или в разнообразных гибридных вариантах.

Один путь – отражение в законе концептуального ядра идеи и сущностных интересов большинства населения. При этом новый закон работает на созидание социума.

Другой путь – выражение в законе социальных интересов узких элитарных групп, фильтрующих идею. Эти элитарные интересы не совпадают с интересами большинства людей или даже противоречат им. При этом новый закон деформирует общественную жизнь с вытекающими негативными последствиями для большинства населения. Такие финансовые законы мы сегодня наблюдаем в экономике стран ЕЭС по отношению к некоторым европейским странам, имеющим большой внешний долг.

В целом можно сказать, что общественная идея приобретает возможность оптимизировать общественную жизнь, но лишь тогда, когда ее концептуальное ядро организуется адекватно социальной реальности. А далее характер и итог практической реализации и действенности потребностной идеи оказываются неопределенными. Возможность способна перейти в действительность лишь в том случае, если в политико-правовых структурах общества она не изменит своей сущности. Поэтому на практике реализация идеи оказывается вариативной.

Для нас наиболее важен вариант формирования правдивого закона, адекватного потребностной идее большинства трудящегося населения. Обозначим его как истинный закон. В нем ядро адекватно исходной потребностной идее. На практике оно укрепляется за счет создания необходимых условий реализации идеи управленческими решениями, финансами, кадрами и т.п. Потребностная идея реализуется. Социальная жизнь улучшается, совершенствуется. В этом случае адекватная социокультурная рефлексия потребностной идеи и разработанный новый закон в целом совпадают, что созидательно воздействует на общественную жизнь.

В целом подчеркнем, что для осознания происходящих процессов изменения социально значимых потребностных идей в обществе, в т.ч., в сфере образования и воспитания, необходима специальная культурно-философская работа по ряду основных направлений. Такие исследования будут способствовать верному социальному решению ряда вопросов, определяющих правильную, потребностно-значимую реализацию условий и средств для здоровой жизни людей в современной культуре страны.

Список литературы

1. Гершунский, Б.С. Философия образования для ХХI века /Б.С. Гершунский. – М., 2002.

2. Гессен, С.И. Основы педагогики. Введение в прикладную философию /С.И. Гессен. – М., 1995.

3. Наливайко, Н.В., Паршиков, В.И. Философия образования: теоретико-методологический анализ /Н.В. Наливайко, В.И. Паршиков – Новосибирск, 2002.

4. Смолин, О.Н. Социально-философские аспекты государственной образовательной политики в условиях радикальной трансформации российского общества : Автореф. дис. … д-ра филос. наук /О.Н. Смолин. – М., 2001.

5. Субетто, А.И, Чекмарев В.В. Битва за высшее образование России: 1992 – 2003 гг. /А.И. Субетто, В.В. Чекмарев. – Костром, 2003.

6. Ушакова Е.В. Системная философия и системно-философская научная картина мира на рубеже третьего тысячелетия. Ч.2. /Е.В. Ушакова. В 2-х ч. – Барнаул, 1998.

7. Чуринов, Н.М. Российская система образования как фактор стабилизации общественной жизни /Н.М. Чуринов //Философия образования. – 2007, №1.