Тема Первого культурологического конгресса Алтайского края «Личность в современной культуре: духовный кризис и пути развития» значима и актуальна для современного общества. В решении поставленной проблемы особое место принадлежит музеям. Устав Международного совета музеев (ИКОМ) определяет музей как «неприбыльное, постоянное учреждение, состоящее на службе общества и его развития, открытое для публики, занимающееся приобретением, хранением, исследованием, пропагандой и экспонированием материальных свидетельств о человеке, среде его обитания в целях изучения, образования, а также удовлетворения духовных и культурных потребностей».¹

В конце 90-х годов ХХ века определяющее значение в деятельности музеев приобрели понятия «на службе общества» и «открытое для публики». Федеральный закон о «Музейном фонде» также первостепенное значение уделяет доступности музейных коллекций для общества. В этот период происходило новое понимание приоритетов музейной деятельности. Оказалось, что недостаточно руководствоваться только Уставом, где сухим языком перечислены все основные виды деятельности. Осознание новых реалий и места в них музеев отразилось в разработке концепций деятельности и миссии музея. Этим были заняты ведущие сотрудники музеев. Этот вопрос обсуждался на научно-практической конференции музея 2002 года, ему были посвящены несколько выступлений. В сборнике докладов опубликован краткий вариант концепции, разработанной на основании основных положений миссии музея: «Разработка концепции была связана с осознанием необходимости, во-первых, расширения сферы влияния в обществе в условиях складывающихся рыночных отношений, во-вторых, учета важнейших составляющих современного общественного развития – глобализации и формирования информационного общества».

В этих условиях музей должен доказывать конкурентоспособность. Это возможно с внедрением в управление современного менеджмента и маркетинга, а также за счет постоянной работы по созданию имиджа современного, интересного для населения музея. Высокий уровень воплощения музейных программ и проектов обеспечивается и развитием инновационных гуманитарных и информационных технологий. Всё вместе взятое позволяет, реализуя просветительские и образовательные программы, «способствовать укреплению и развитию основ национального сознания, патриотизма, здорового образа жизни и социальной адаптации населения»², т.е. выполнению основных задач миссии музея. Особая ценность и действенность деятельности художественных музеев состоит в том, что основа её – подлинные памятники, произведения, в которых запечатлён образ времени и творца.

С развитием информационного общества и виртуальных миров значение подлинного экспоната только возрастает, так как эмоциональная память завораживает, требует сотворчества, допускает субъективную рефлексию.

Директор Государственного Эрмитажа, президент Союза музеев России М.Б. Пиотровский во многих своих выступлениях подчёркивает, что музеи хранят память поколений, и что это основа для самоиндефикации наций и территорий, воспитания достоинства и самоуважения, формирования духовных запросов и потребности в настоящей культуре.³

В своей деятельности музей ориентируется на эти цели. Мы стараемся во всех программах и проектах исходя из этих сверхзадач, опираться на ресурсы нашей коллекции, привлекать коллекции других музеев, в том числе главных музеев нашей страны. Мы гордимся, что в 2000-ые нелегкие годы смогли осуществить совместные выставочные проекты и издания с Государственной Третьяковской галереей, Государственным Русским музеем, Музеем истории религии (Санкт-Петербург) и музеем-заповедником «Московий Кремль». В планах ближайших лет – выставки из Государственного Исторического музея и Государственного Эрмитажа.

В текущем году в музее гостит выставка из Тульского художественного музея «Поле Куликово», посвященная 610-ой годовщине Куликовской битвы. Произведения выполнены в 60-ые годы ХХ века Народным художником России И.С. Глазуновым. Экспозиция вызвала большой интерес как художественное явление и способствовала проведению значимых мероприятий по героической истории России с использованием материалов реконструкций вооружения и доспехов, театрализованных экскурсий с чтением «Задонщины» и показом фильмов об И. Глазунове и Куликовской битве.

Важно не только подготовить и открыть выставку, но и использовать её потенциал в полной мере. С этой целью разрабатываются программы продвижения выставки и её работы. Над этим работают сотрудники самого крупного подразделения в музее – научно-просветительского, в который входят выставочный отдел и отдел информационных технологий.

Выставочная политика музея формируется с учётом интересов различных слоёв и групп населения. Основу её составляют экспозиции из фондов музея: русское и православное искусство, отечественное искусство ХХ-ХХI веков, искусство Алтая, персональные выставки современных мастеров и народного искусства. В последнее десятилетие всё большее значение приобретают «досуговые» выставки. Так стали определять не совсем профильные, но вызывающие повышенный интерес публики, выставки. В 90-е годы это были Восковые фигуры на различную тематику, затем «Зоотеррариумы», «Океанариумы», кунсткамеры. В 2010 году экспонировалась выставка движущихся роботов «Восстание машин». Эти выставки гастролируют по стране и собирают много посетителей. Именно на них у нас просят пригласительные билеты и стоят в очередь. С одной стороны, это показатель приоритетов и выбора публики, а с другой – благодаря им люди, не интересующиеся искусством, приходят в музей и посещают другие залы, где получают удовольствие от произведений, а порой становятся нашими постоянными посетителями. Кроме того, организаторы этих выставок проводят массированную, иногда навязчивую рекламную компанию, и музей звучит в средствах массовой информации постоянно. Для приверженцев традиционного музея эти выставки кажутся неуместными и снижают образ музея, но для нас они важны не только в плане расширения аудитории, но и для выполнения плановых заданий, в том числе по доходам.

Но, конечно, наша главная задача – показ высокохудожественных произведений от древнерусского до актуального искусства. В 2011 году были организованы две принципиально важные выставки: «Светлые лики» – из частной коллекции г. Риги и «Под счастливой звездой». Первая представляла иконопись и картины на религиозные темы, а вторая – искусство социалистического реализма из наших фондов. Многие современные исследователи считают, что главный вклад России в мировое искусство – это икона и соцреализм. Безусловно, эти экспозиции способствовали укреплению положительного имиджа музея, а это весьма важный фактор в повышении интереса населения к деятельности организации, к тем акциям и проектам, которые она предлагает.

Проектная деятельность в музеях начала развиваться в 2000-е годы. «Проект есть реакция культуры на изменение внешней среды… проект стал способом преобразования культурной, в том числе и музейной, действительности через индивидуальность автора».⁴

Наибольший общественный резонанс вызвал проект «Музейная ночь», адресованный самым широким слоям населения. В 2011 году она проводилась в шестой раз, и каждый раз организация и проведение Музейной ночи требует колоссальных усилий коллектива. Самое большое завоевание акции – возрастающая популярность: в 2006 году посетителей было более 3-х тысяч, а 2010 – более 18 тысяч. Второе крупное завоевание состоит в том, что она у нас проводится как краевая единовременная акция. Несмотря на центробежные силы, единение музеев краевых, городских, частных, школьных, ведомственных продолжается шесть лет! Впервые был издан и теперь издается ежегодно справочник всех участников, партнеров, спонсоров. У всей рекламной продукции и единого билета – общий стиль, его по Интернету нам присылают из Франции так как наша «ночь» включена в общеевропейскую акцию.

Возникнув по инициативе нашего музея, «Музейная ночь», посвященная Международному дню музеев, стала краевой акцией, включенной в планы Управления по культуре и обязательной для проведения. Она известна и на российском уровне. На коллегии Министерства культуры был заслушан доклад о ней на уровне заместителя губернатора края. Этот проект – настоящая имиджевая акция для музеев и культуры Алтая.

Большое значение мы придаём социальным проектам. Среди них значимым стал повторяющийся через два года Открытый фестиваль популярных тенденций молодежной культуры «Молодежная палитра».

Его продолжением стал проект «Мой мир». Объединив многие солидные организации и многие виды творчества, он был направлен на формирование активной жизненной позиции и стимулирование творчества молодых людей с инвалидностью. Эти проекты были поддержаны Управлениями Алтайского края по культуре и по образованию, главным управлением «Главалтайсоцзащита», региональным отделением всероссийской политической партии «Единая Россия». Итоговая выставка побывала в Павловске, Заринске и Бийске. Её участники, члены организации «Преодоление», проводили семинары и мастер-классы. Этот проект в 2009 году стал победителем конкурса социальных проектов в сфере молодёжной политики, проведенного управлением Алтайского края по образованию и делам молодёжи. На реализацию проекта в 2009 году были выделены средства в краевой целевой программе «Молодёжь Алтая». Это позволило организовать краевую выставку, в которой приняло участие более 130 человек из 23 организаций г. Барнаула и 10 районов края. На выставке был проведён концерт и конкурс с последующим награждением. Информационную поддержку осуществляли «Алтайтелеком» и издательский дом «Алтайпресс». В 2010 году был осуществлен проект «Не меньше трех рецептов красоты», организованный совместно с Центром семьи и детства «Растём вместе», Алтайским региональным отделением Всероссийской общественной организации «Сообщество многодетных и приёмных семей России», «Много деток – хорошо!», Алтайским краевым благотворительным фондом «Елена».

Даже перечисление участников проектов позволяет понять, насколько широко подобные проекты вовлекают в музейную жизнь людей, организаций, обществ, властных структур. Это не только расширяет круг посетителей и делает многообразной, социально ориентированной деятельность, но и формирует образ музея, стремящегося участвовать в решении насущных проблем общества.

Формы работы с музейной аудиторией развиваются и совершенствуются в зависимости от развития общества, научных поисков и разработок, запросов социума. Музей – структура, открытая обществу, и он должен отвечать на запросы времени, чтобы остаться востребованным.

В 50-70-ые и даже ещё 80-ые годы самыми распространёнными формами работы с аудиторией были лекции и экскурсии.

Основная аудитория музеев – школьники и студенты. В программах обучения в школах, ВУЗах и профессионально-технических училищах раньше была эстетика, мировая художественная культура, краеведение. Это стимулировало посещение музеев с образовательной целью. В 1990-е и 2000-ые годы ситуация изменилась, и всё более востребованы стали интерактивные формы работы с аудиторией – мастер-классы, мастерская юного художника, встреча, праздник в музее, концерт, бал, конкурс и т.д. Мы стараемся их развивать и широко применять. Для самых маленьких посетителей и младших школьников почти всегда завершает просмотр произведений «Мастерская юного художника». Дети вместе с родителями охотно посещают мастер-классы по народному искусству и игровые программы «Золотые ворота» и «Круг жизни» – по народным и православным календарным праздникам. Она осуществляются в рамках семейного фольклорно-этнографического абонемента. Всё большей популярностью пользуется «Школа кукольного мастерства» и творческая мастерская «Сам себе художник».

Любовью школьников пользуются выездные занятия с игровыми, песенными программами и мастер-классами. Особенно запоминается, когда такие занятия проводят сотрудники отдела русской традиционной культуры в народных костюмах. Обычно численность участников каждого занятия, экскурсии, лекции не превышает 25–30 человек, даже когда они проводят с применением современных технических средств в виртуальном филиале. С его открытием в 2007 году мы широко применяем мультимедийные технологии в выставочной, просветительской и образовательной деятельности. Только в 2010 году было разработано 35 презентационных и мультимедиа программ. Открытие в 2007 году единственного в крае и первого в Сибири «Виртуального филиала» значительно обогатило медийные и библиотечные ресурсы музея, сформировало его имидж как современного, продвинутого, идущего в ногу со временем. Наличие специальной техники позволило на базе виртуального филиала совместно с Русским музеем и виртуальными филиалами других городов России и Зарубежья проводить международные виртуальные конкурсы детского творчества. В 2010 году конкурс «Мы по городу идём», посвященный 280-летию Барнаула, завершился выставкой детских работ из Гомеля (Беларусь), Каунаса (Литва), Сочи и Барнаула. Открытие происходило совместно с центрами белорусской и литовской культуры, был создан видеоальбом, который широко демонстрировался в городе. В текущем году подобный конкурс проходит с центром русской культуры в Греции. За успешное осуществление международной деятельности сотрудники Виртуального филиала были отмечены Благодарственным письмом Русского музея.

В практику работы музея конкурсы вошли довольно широко. Они любимы и детьми и взрослыми. Зачастую проводятся они совместно с реакциями газет, особенно часто – с газетой «Вечерний Барнаул». Итоги конкурса, репортажи с заключительных мероприятий публикуются на страницах газет. Таким образом, образовательные, воспитательные, эстетические, досуговые задачи научно-просветительской работы осуществляются через многообразные формы деятельности.

Их особенности и воздействие, «специфика музейной информации, посредством которой музей включается в образовательный процесс и реализует свои возможности в обучении, воспитании и развитии посетителей связан прежде всего со свойствами музейных предметов и музейной среды».⁵

Самыми ценными и результативными являются культурно-просветительские мероприятия, осуществляемые в постоянных экспозициях и на выставках музея. Именно здесь, во временной предметно-пространственной среде музея осуществляется трансляция духовного, культурного опыта, накопленного человечеством. Для его понимания, постижения и восприятия, как своего, разрабатываются программы по каждой экспозиции, ориентированные на различные возрастные группы.

1. «Сотрудничество: музей – дошкольникам». Программа выездных занятий «Мы входим в мир прекрасного», «Творим, играем, отдыхаем в музейной сказочной стране!». Все занятия интерактивные.

2. «Сотрудничество: музей – школе». Программа обновляется ежеквартально. Включает тематические экскурсии, мастер-классы, мультимедийные программы и интерактивные занятия, и т.д.

Важнейшим и новым в работе с учащейся молодёжью в 2011 году стала разработка и осуществление краевой программы «Эстетическое воспитание детей и молодёжи». Она предполагает бесплатное посещение музеев и театров с последующей компенсацией учреждениям культуры из краевого бюджета. Программа ориентирована на организацию групп школьников из районов края. Радостно слышать слова благодарности от педагогов и детей из отдалённых районов, порой впервые побывавших в музее. Для них разработана обширная программа и календарный план. Мы предлагаем разнообразную тематику: «Добро пожаловать в Художественный», «Краса ненаглядная» (народные промыслы), «Тайны музейных полотен» (мультимедиа), «Рассказы о картинах», интерактивные программы «Живая старина», «Святочные забавы» и «Зеленые святки», «Иконописное наследие Алтая» и т.д. Занятия и экскурсии, выставки и мастер-классы школьники выбирают сами.

С основными программами музея, выставками и новостями можно познакомиться на официальном сайте музея http://muzei.ab.ru. С текущего года действует электронная форма заявки на посещение музея и его мероприятий.

Осуществляя государственную функцию сохранения культурного наследия, комплектования современных коллекций и их изучения, коллектив музея свою главную задачу видит не только в том, чтобы уникальные коллекции передать потомкам, но и сделать их полезным обществу сегодня. Этой цели подчинено всё многообразие тематики и формы деятельности музея, творческая энергия и вдохновение сотрудников.

Примечания

1. Шляхтина Л.И., Фокин С.В.. Основы музейного дела. – СПб, 2000, с. 129.

2. Красноцветова-Тоцкая Л.Г.. К вопросу о разработке и основных положениях концепции развития ГХМАК. Первые искусствоведческие Снитковские чтения. – Барнаул, 2005, стр.31.

3. Пиотровский М.Б.. Модернизация музеев в ХХI в.: Современные подходы. Обзор Е. Медведевой // Музей, 2009, № 1, с. 27.

4. Соколова К.. Рецепт нового музея // Музей, 2010, № 5, с. 24.

5. Волкова Е.В.. Зритель и музей. – М., 1989.

 

 
Рубеж столетий зачастую представляет собой переломную эпоху, как в социально-политическом, так и в духовном аспекте. На рубеже XX–XXI веков в самых разных формах вновь зазвучали эсхатологические предсказания «конца культуры», равно как это было и в кризисный период рубежа предшествующих XIX–XX веков. Для такой формы человеческого духа, как искусство, особенно характерным в это время становится интуитивное постижение действительности. Интуитивное понимание чего-либо ? это именно не рассуждение, а всегда усмотрение, когда нечто постигается вдруг, внезапно и полностью. В этом случае художник не препарирует предмет своего внимания, а пытается уловить его таким, каков он есть на самом деле, во всей его сложности. Именно искусству подвластна идея интуитивного поиска смысла жизни, что позволяет прикоснуться к глубинной человеческой сущности. В искусстве всегда слышен голос автора: сквозь всякий вид художественного творчества проглядывает создавший его исторический тип человека, его стиль.

Стиль модерн в художественном творчестве рубежа XIX–XX столетий был стилем синтетическим, это была своеобразная попытка обобщить различные художественные традиции: традиции Востока и Запада, античности и средневековья, классицизма и романтизма. Исходя из традиционных европейских представлений, художники модерна мечтали о создании «большого стиля». Главным критерием красоты художники модерна провозгласили целостность создаваемого образа, начиная с проектирования здания и до оформления интерьера живописью, графикой, витражами, декоративными панно, являющимися неотъемлемой частью интерьера. Становление стиля модерн в России проходило неотрывно от творческого переосмысления русских глубинных культурных традиций. Восприятие новейших веяний западноевропейского модерна во многом предрешили путь развития русского модерна. Но по-настоящему русский модерн расцвёл в том месте, где не трудились художники Европы: на театральных подмостках. В этом амплуа они не имели себе равных в ту эпоху. Дело в том, что театр и модерн совпали в своих основных принципах, в своей глубинной сути: модерн насквозь театрален, если под театральностью понимать иллюзию жизни; театр, в свою очередь, – это всегда игра, это то, что лежит в основе модерна. Модерн изначально тяготел к зрелищности, декоративности в смысле богатства и разнообразия форм, линий, красок. И театр, и модерн склонны к романтизму, оба синтетичны: театр объединяет музыку, живопись, игру актёра; модерн же стремится свести воедино архитектуру, живопись, графику, прикладное искусство.

По мере того, как складывались художественные убеждения нового времени, в конце XIX века росла неудовлетворенность художников существующими театрами, их репертуаром, режиссерской практикой, декорационным оформлением. В российских императорских и казённых театрах художественному оформлению спектакля в то время уделялось крайне незначительное внимание. От режиссёра не требовалось достижения единства и гармонии всех элементов сценического зрелища. Внимание сосредоточивалось на игре актера, декораторы работали по шаблону и не стремились внести какие-либо новшества в существующую схему, чтобы добиться исторической достоверности, стилевой близости и непосредственной связи с литературным или музыкальным произведением, легшим в основу спектакля. Отсюда оформление спектакля было дробным, разнохарактерным, в нём отсутствовало объединяющее начало. Это объяснялось ещё и тем, что декорации и костюмы не создавались к каждой постановке. Существовали так называемые дежурные типовые декорации: «античные», «восточные», «русские», которые по мере надобности использовались в самых различных спектаклях. Нередко декорации заказывались за границей, где их исполняли заочно, в большинстве случаев имея довольно смутное представление о содержании спектакля. Всё это вносило ремесленное начало в создание декораций и костюмов.

Увлеченные теорией синтеза искусств, выдвинутой еще Рихардом Вагнером, художники модерна рассматривали сцену как место, где с наибольшим успехом можно осуществить слияние всех видов искусств: временных и пространственных. Новые принципы сценического оформления стали применяться впервые в Московской Частной опере. Привлеченные Саввой Мамонтовым к участию в постановках Виктор Васнецов, Василий Поленов, Исаак Левитан, Константин Коровин, Валентин Серов, Михаил Врубель привнесли в театральную постановку высокую живописную культуру и серьезное, ответственное отношение к внешнеобстановочной стороне спектакля. Огромным вкладом в развитие театральной культуры явилась деятельность Московского Художественного театра, основанного К.С. Станиславским и В.И. Немировичем-Данченко в 1898 году, где обновление сценического оформления было тесно связано с общей реформой режиссуры. И всё же живописные декорации во МХТе имели значительно меньший вес, чем в Частной опере, что определялось самим жанром: драма, в отличие от музыкального театра, требовала преимущественно объемного решения сцены.

Универсализм дарования, беспредельная фантазия, сочность красок особенно отличают театральное творчество М. Врубеля. Он много и продуктивно работал в театре С. Мамонтова. Лучшие его декорации исполнены к операм Н. Римского-Корсакова «Снегурочка», «Садко», «Сказка о царе Салтане» на сцене Московской частной оперы. Его творчество ярче других отразило противоречия и метания рубежной переломной эпохи.

«Высшее счастье – петь красками», – говорил художник Константин Юон. Он был в центре театральной жизни Москвы, посещал литературно-художественный кружок, где собирались художники, литераторы, музыканты. Первой театральной работой Юона было исполнение декораций по эскизам А. Головина к опере М. Мусоргского «Борис Годунов». Чувство декоративности, пространства, света и цвета – всё объединялось в палитре Юона и отвечало запросам сценографии. Фёдор Шаляпин, исполнитель главной роли в опере Мусоргского, с похвалой отзывался о стильных декорациях художника. Работа в театре – одно из проявлений юоновского артистического универсализма, столь характерного для художников того времени, когда в театр пришли В. Васнецов, А. Головин, К. Коровин, М. Врубель. Из художественного арсенала выразительных средств живописцы брали то, что наиболее соответствовало обогащению их пластического языка, выявлению содержательного начала. Умение как бы «оркестровать» каждую тему, владение различными «инструментами» изобразительного искусства открывало перед художниками новые творческие просторы. И театральная сцена давала возможность оперировать пространством, где проявлялось монументальное мышление художника.

В 1900 году Александр Бенуа как театральный художник выполнил для Мариинского театра эскиз декорации к опере «Месть Амура». Бенуа оформлял также спектакли «Русских сезонов», из которых самым знаменитым был балет И. Стравинского «Петрушка». Он также много работал в Московском художественном театре, а позже – на европейских сценах.

Для Льва Бакста первой пробой сил явилось оформление французской пантомимы «Сердце маркизы», поставленной в 1902 году прославленным балетмейстером М. Петипа на сцене Эрмитажного театра. Чувство стиля и изящество, отличавшие его работу над пантомимой «Сердце маркизы», нашли развитие в балете «Фея кукол», поставленного в 1903 году в том же Эрмитажном театре и вскоре перенесённом на Мариинскую сцену. С него начинается известность Бакста как театрального художника. В «Фее кукол» впервые в бакстовских костюмах и на фоне его декораций выступила Анна Павлова в роли Куклы-испанки, Тамара Карсавина в роли Кружевной куклы, Антонина Ваганова в роли Куклы-китаянки, Мария Кшесинская – Фея кукол, Михаил Фокин в роли Пьеро. Декоративные стилизации Льва Бакста находились в русле традиций мирискусников. Наряду с темой античности, важнейшей темой в творчестве Бакста была восточная, где феерия красок, линий, узоров, драпировок превращала, по словам Б. Асафьева, его восточные стилизации «в живописную оргию, маскарад, баловство взора» [1]. Бакст оформлял спектакли, делал декорации и костюмы к «Шахеразаде» Н. Римского-Корсакова, к «Жар-птице» И. Стравинского, «Дафнису и Хлое» М. Равеля, к балету на музыку К. Дебюсси «Послеполуденный отдых Фавна». В практике театральных художников прежнего толка до Бакста костюм занимал крайне небольшое место – гораздо меньшее, чем декорация: на костюм смотрели обычно как на бутафорию и прочие аксессуары. Решая костюм в едином ключе с декорацией, художники намного подняли его значение

Художники модерна оказывались сорежиссерами постановок, они не только стремились к реализации своих изобразительных замыслов, но и во многом направляли актеров на путь понимания роли. Фигуры артистов вписывались в декорационные полотна художников, нередко, по силе воздействия, соперничавшие с великими произведениями не только в области изобразительного искусства, но и музыки. Имена Александра Бенуа, Михаила Врубеля, Александра Головина, Льва Бакста, Мстислава Добужинского, Николая Рериха, Ивана Билибина символизируют с тех пор высшие достижения искусства театральной декорации.

Список литературы

1. Асафьев, Б.В. Русская живопись. Мысли и думы / Б.В. Асафьев. – Л.-М.: Искусство, 1966. – 243 с.

2. Бенуа, А.Н. История русской живописи в XIX веке /Сост. В.М. Володарского. – 3-е изд. – М.: Республика,1998. – 448 с.: ил.

3. Борисова, Е.А. Русский модерн /Е.А. Борисова, Г.Ю. Стернин. – М.: Сов. художник, 1990. – 357 с.

4. Ванслов, В.В. Изобразительное искусство и музыка /В.В. Ванслов. – Л.: Художник РСФСР, 1983. – 400 с.

5. Россихина, В.П. Оперный театр С. Мамонтова /В.П. Россихина [предисл. И.Ф. Кунина]. – М.: Музыка, 1985. – 238 с.

 

 
В современной ситуации глобализации наибольшее значение для существования и понимания культуры имеет ее этнонациональный аспект. Это связано с тем, что идущие в современном мире объективные процессы политических и социально-экономических реформ приводят к усилению интереса к этнической культуре, традициям, языку, особенностям быта. Адаптивное значение процесса локализации в таких условиях оказывается более востребованным, так как разрушение локальных структур, целостно представленных в этнокультурных феноменах, ведет к резкому снижению устойчивости, жизнестойкости социальной среды человека. Стремление сохранить свою национальную самобытность играет важную роль и оказывает серьезное влияние на нарастающую унификацию духовной и материальной культуры.

Этническая культура развивается как неповторимый и уникальный феномен, и как часть мировой культуры, осознающая и проявляющая себя в ней. Человек входит в мировую культуру как национальный человек. Представитель культурного релятивизма, французский культуролог К. Леви-Стросс выступает за безусловное сохранение самобытности культур, которая проистекает из естественного желания каждой отличиться от всех других, оставаться самой собой. Нарушение допустимого предела в контактах между культурами ведет к усреднению и нивелированию, утрате самобытности и многообразия. К. Леви-Стросс предлагает даже пожертвовать культурными контактами, если они угрожают многообразию культур, а вместе с ним – и самому их существованию. В этом смысле люди стремятся защитить свой традиционный образ жизни и образ мысли.

Сторонники универсализма признают не только возможность, но и реальность существования мировой культуры. С этой точки зрения, национальная, или «локальная», культура выступает лишь в качестве промежуточного этапа на пути к мировой культуре, которая станет воплощением общечеловеческих ценностей. Культурологи, оценивая культурный релятивизм и универсализм, все больше приходят к выводу, что многие их положения представляются обоснованными и убедительными, хотя ни тот, ни другой не могут претендовать на полную истину. Поэтому более плодотворным является не их противостояние, но их взаимное дополнение. Такое понимание ситуации предполагает попытки спроектировать оптимальные конфигурации локального и глобального в различных областях жизнедеятельности человека.

Культурные основы этнического сознания поясняют причину этнического возрождения в ХХ веке. Этническая принадлежность является чем-то культурно-обусловленным. С одной стороны, этническое сознание не врожденное, а с другой – не свободно выбранное взрослыми. Этническому сознанию действительно «учатся» в очень раннем возрасте вместе с языком, нравственностью и социальным поведением. В этом смысле этническая культура представляет собой специфический для каждого народа способ приобщения к общечеловеческому. Именно поэтому каждый человек должен воспитываться как достойный представитель своего родного этноса в смысловом поле национальных знаков, значений, ценностей.

В прошлом веке «информационная революция» преобразила не только общество, но также управление и менеджмент. В данной ситуации язык, и особенно язык письменных сообщений, становится важным и ценным. Государственная служба и хозяйствование, а также их язык становятся предметом новой и острой борьбы, которая не менее значительна, чем борьба за материальные блага. Осознание важности современной ситуации требует организации языковой коммуникации, которая может играть большую роль в осуществлении политической, финансово-экономической, педагогической и другой деятельности.

Овладевать языковым кодом следует поэтапно: во-первых, через усвоение новой лексики, во-вторых, через овладение чужим языком и свободное им пользование. Но культуры при этом остаются неравноправными. Это вызывается растущей экспансией английского (американского) языка, который все больше становится универсальным средством общения. При этом страдает, конечно, не только язык, но вся национальная культура. Особо остро эта проблема касается главным образом малых этносов и народов, для которых многоязычие становится единственным выходом из складывающейся в современном мире лингвистической ситуации. Тем не менее, в контексте вышесказанного появление универсального языка ведет не к вымиранию, а к оживлению местных наречий.

Эффективная языковая политика предполагает создание специальной комиссии по терминологии, а также издание законов в защиту языка и культуры: например, о том, что все рекламы, все наклейки на товарах и все инструкции по их использованию должны быть написаны по-якутски, все телепередачи должны идти с синхронным переводом и др. Таким образом, диалог культур, представленный через понимание и определение статуса и специфики собственного культурного типа, осуществляется посредством привлечения и изучения собственных традиций, значимых в контексте иной культуры.

 

 
Древнейшим социально-религиозным явлением в жизни первобытного общества является тотемизм. Соответственно древнейшим, первым образом, осознанным и отразившимся в ритуальных действиях был образ тотемного животного или образ человека с атрибутами животного происхождения. В искусстве палеолита встречаются изображения чудовищ-полулюдей, которых исследователи считают переодетыми людьми или мифологическими существами, а также изображения сложных многофигурных сцен – магических ритуальных действий с зверями и людьми в ритме танца¹. В свое время исследователь элементов театра в первобытном обществе А.Д. Авдеев отметил, что «выдумав огромное количество самых хитроумнейших приемов охоты, убеждаясь на практике в недостаточности этих приемов, охотник изобретает новый вид воздействия на животное, новый вид охотничьей пляски, тотемическую пляску. Содержанием плясок становится теперь не изображение процесса охоты, а «жизнь» самого животного»².

С позиций современных знаний, вероятно, такое категоричное размежевание логики развития смыслового содержания плясок во временном разрезе не совсем допустимо, поскольку процесс формирования производственных навыков (охоты) скорее всего с самого начала соотносился с сакральными представлениями о природе. Вместе с тем, совершенно точно определено главное функциональное назначение тотемической пляски – магическое воздействие на психофизическом уровне.

Термин «эмпатия» появился в английском словаре в 1912 г. и был близок понятию «симпатия». Возник на основе немецкого слова einfuhling (дословное значение – проникновение), примененного Липпсом (Lipps Т.) в 1885 г. в связи с психологической теорией воздействия искусства. Самое раннее определение эмпатии содержится в работе Фрейда (Freud S.) «Остроумие и его отношение к бессознательному» (1905): «Мы учитываем психическое состояние пациента, ставим себя в это состояние и стараемся понять его, сравнивая его со своим собственным». Такую эмпатию, основанную на механизмах идентификации и проекции, называют аффективной, или эмоциональной. Считается, что эмпатическое понимание не является результатом интеллектуальных усилий. Эмпатическое проникновение или слияние первобытного человека зависела целиком от умения настроиться на одну эмоциональную волну, а определяет это умение способность восприятия и уподобления. Многие авторы считают эмпатию генетически детерминированным свойством, усиленным или ослабленным жизненным опытом индивида.

В психотерапии понимание эмоционального состояния другого человека происходит методом или посредством эмпатии. Можно предположить, что в ранних формах религии, таких как анимизм, тотемизм и в особенности – в магии, сформировался невербальный способ эмоционального сопереживания. Речь идет, конечно, о различных тотемических, охотничьих ритуальных плясках, в которых охотник полностью идентифицировался с объектом охоты, и результативность охоты напрямую зависела от уровня эмоционального перевоплощения. Общим итогом этого явления стало постепенное проецирование природного образа.

В силу существования особого этапа в архаичном сознании, который характеризуется ритмомышлением, основанном на соматических реакциях человеческого организма, одним из первых объектов почитания для древнего человека становится представитель природной среды, животное.

В тотемических плясках обнаруживаются попытки создания элементарного художественного образа. Появляются здесь и зачатки эстетической оценки³. В целом, как отмечает А.Ф. Еремеев, уже для древнего общества характерна трансформация утилитарных ценностей в эстетические. Эстетические ценности образуются как синтез, слияние и на этой базе – как предельное расширение утилитарных ценностей. Прекрасное становится предельным обобщением и преобразованием многих частных утилитарных положительных значений⁴.

Исследователи первобытного искусства считают, что тотемическую пляску можно считать зародышем искусства, так как в ней создается образ не просто животного, а животного-предка, покровителя, хозяина, что предполагает его общественное значение. Как отмечает А.Ф. Еремеев, животное в тотемической пляске одновременно сохраняет свой внешний облик и повадки, и в то же время действует, чувствует, как человек. Зверь говорит языком человеческих мыслей и чувств. Образ тотема-животного воплощает первые эстетические ценности древнего человека, возникшие на базе утилитарных ценностей самого зверя: сильный, ловкий, быстрый и т.д. При помощи эстетического отношения к окружающему миру человек пытался понять его, сделать его неопасным для себя и таким образом утвердить себя в неосвоенном пространстве, контактировать с его силами, возвыситься над ним.

В тотемических мифах австралийских аборигенов содержится некоторое пояснение совершаемых тотемических обрядов и их сакральное обоснование. В обрядах разыгрываются в лицах эпизоды священных преданий о предках; каждому действию, каждому движению исполнителей обряда соответствует тот или иной эпизод в повествовании о подвигах предков⁵.

В тотемических обрядах исполняются пляски с целью воздействия на животное. Во время этой пляски происходило превращение человека в другое существо. Н.А. Герасимова отмечает, «что любые внешние средства в магическом действе можно рассматривать как приемы, вынуждающие организм работать в определенном ритме и приводящие его в такое состояние, когда одна энергетическая психофизическая система может оказывать влияние на любую другую энергетическую систему, вызывая желаемый результат. До осознания и овладения словом роль внешних вынуждающих приемов выполняли невербальные средства, и, в частности, ритмичные телодвижения»⁶. В ритуальных плясках тотемических обрядов преобладала магия ритма. Исследователи танца приходят к выводу, что «слово как начало, формирующее сознание, проявилось в более поздние времена. Активное освоение слова-образа, вероятно, происходит в I тысячелетии до н. э. До этого времени язык танца был всем понятен. Все жители общины принимали непосредственное участие в культовых танцах»⁷.

Участники плясок, чтобы быть похожими на тотемное животное, надевали на себя его шкуру либо специальную одежду, напоминающую шкуру животного, либо украшали свое тело татуировкой, которая напоминала раскраску тотемного животного⁸.

Коллективное исполнение танца выражало коллективное начало в жизни людей. Во время танцевального действа люди ощущали себя целостностью. Синхронное воспроизведение ритмических телодвижений позволяло ощутить свое единство, которое воспроизведенное единым ритмом, воплощалось в едином дыхании. Упорядочивалась и синхронизировалась энергия, заключенная в каждом индивидууме. При этом создавалась новая коллективная психическая сила, которая «может быть использована в качестве эффективного средства психотерапии. Для заболеваний нервно-психического склада данное средство зачастую рассматривается как основное. Общинные лечебные танцы длятся порой до 3-4 месяцев, в течение которых вся деревня живет в «терапевтическом режиме». Лекарь, наделенный особыми способностями к внушению, подчиняет своей воле волю пациента и сородичей, сознательно направляя коллективную силу на избавление от недуга»⁹.

В связи с этим отметим, что круг как символ пространства уже получает особое значение и широкое распространение в древнейших тотемических обрядовых действиях. Простое построение в форме круга или полукруга было необходимым магическим условием свершения ритуала еще до возникновения солярного культа плодородия.

С тотемизмом связано возникновение промысловой магии. Значение кинетического компонента в ритуалах промысловой магии можно проследить на материалах исследований немецкого философа Элиаса Канетти. Знаменитый бизоний танец манданов – индейского племени из Северной Америки – относится к первой половине прошлого столетия. Когда начинался голод, манданы одевали маски бизонов и начинали танец. «Он должен приманить стада, изменив их направление. Пока мандан танцует, он считается бизоном и ведет себя как таковой. Бизон чует его притяжение издалека, но поддается ему, только если танец идет на высоком накале. Снизится накал – нет уже настоящей стаи, и бизоны, которые еще далеко, повернут в какое-нибудь другое место. Танцующие должны стать притягательной силой»¹⁰.

Возникает вопрос – что позволяет танцору стать этой притягательной силой для бизонов? Как поддерживается необходимый накал танца? Несомненно, то, что люди, превращаясь в животных, действуют на них изнутри, заставляя подчиниться своей воле. Большая роль отводится ритму танца, который, вероятно, должен был синхронизироваться с ритмом бизонов, помогая превращению людей в животных. С древнейших времен считается, что подобное вызывается подобным. Э. Канетти показывает взаимосвязь человека и тотемного животного в ритме. Он считает, что приумножение тотемных животных тождественно его собственному. Поэтому крепость связи между превращением и приумножением невозможно переоценить. Если превращение утвердилось, и его точный образ воспроизводится в традиции, оно гарантирует приумножение обоего рода созданий, которые в нем едины и нераздельны. Одно из этих созданий – всегда человек¹¹.

Важнейшей и постоянно воспроизводимой частью ритуала является изображение предков, которые одновременно были и тем, и другим – и человеком, и животным. Это превращение представляет собой важнейшую часть обряда. Если оно совершается правильно, родство закрепляется и подтверждается, и человек заставляет приумножаться животное, которое есть он сам¹². Такое превращение выражалось не только внутренними изменениями, но и внешними – предметами-масками и подражательными движениями. «Наряду с искусно выполненными изображениями животных в наскальных росписях палеолита представлены и некие мифические существа со звериной или птичьей головой, с человеческим корпусом или только с человеческими ногами. Особенно характерен в этом плане знаменитый «Колдун» из пещеры Трех братьев (Франция)»¹³.

В тотемических обрядах первоначально промысловая магия была направлена на само животное. По мнению З.П. Соколовой, на первом этапе промысловый культ ещё не оформился в систему, здесь он тесно связан с тотемизмом. С окончательным оформлением промыслового культа происходит развитие обрядов почитания и умилостивления духов-хозяев. Она отмечает, что в происхождении промыслового культа, кроме связи с тотемизмом и страха перед хищными животными, важную роль сыграли рациональные приемы, обеспечивающие удачный промысел. Одним из них была охотничья маскировка. Имитирование повадок зверя и ряжение в шкуру послужили основой для возникновения охотничьих танцев¹⁴.

Происходит изменение представления человека о себе и природе. «Если первоначально человек, не выделяя себя из природы, склонен был все оживлять, одухотворять, то позднее возникают представления о двойной природе вещей – внешней, материальной, и внутренней, духовной. На этом уровне развития почитается уже не само животное, а его «хозяин или дух в его облике»¹⁵. С возникновением промыслового культа и соответствующих ему представлений, видимо, связаны астральные мифы, в которых появляется мотив небесной охоты на животное. В типологически ранней группе астральных мифов звезды или созвездия часто представляются в виде животных, нередко в этих мифах речь идет об охоте на животных.

У эвенков небо – это тайга верхнего мира, в котором живет космический лось Хэглун, каждый вечер похищающий и уносящий в чащу солнце. Четыре звезды ковша Большой Медведицы понимаются как ноги Хэглуна, а три звезды этого созвездия – как охотник (или три охотника), а иногда как мифологический медведь Манги, охотящийся за лосем¹⁶.

Легенды о небесной охоте, связанные с древнейшими наблюдениями за перемещением Солнца и звезд, широко распространены в сказании многих сибирских народов. В своем первичном варианте этот миф выглядел в виде преследования одной стихии другой, олицетворенных соответственно в животных образах. По мере развития роль преследователя Солнца, дня, отводится очеловеченному образу охотника. Сцены извечной погони по небу злого начала, существа, стремящегося поглотить движущееся Солнце, а с ним и весь мир, вечное преследование и вечное ускользание, вечное возрождение дня после ночи, лета после зимы, приведшее к логическому олицетворению сил природы с абстрактными моральными категориями добра и зла, породили яркую образную персонификацию действующих лиц¹⁷.

Характерная черта астральных мифов – наличие нескольких космических персонажей, воплощаемых расположенными рядом созвездиями. Чаще всего встречается мотив объяснения многих (обычно 12 или 10) созвездий посредством астральных мифов, в которых выступает такое же число животных. Возникает система 12 знаков зодиака, располагающихся по кругу. Такое их расположение было обусловлено круговым годовым и суточным движением солнца. Таким образом, «на основе астральных мифов была построена закономерная картина движения небесных тел, описывавшихся посредством мифологических символов – животных»¹⁸.

Постепенно в сюжете о символической небесной погоне в образах животных стала подчеркиваться их принадлежность к солярному божеству. О том, что в представлении людей окунёвской культуры бык ассоциировался с понятием (образом) Солнца, свидетельствуют неоднократные символические объединения знаков, схематично передающих оба образа¹⁹.

Анализируя наскальные рисунки бассейна реки Алдан в связи с фольклором и этнографией народов Сибири и Дальнего Востока, А.П. Окладников и А.И. Мазин отметили, что первобытные охотники Сибири образно представляли солнце в облике гигантского лося, за день пробегавшего по всему небосводу и затем, к ночи, якобы погружающегося в преисподнюю, в бесконечное подземное море²⁰.

Взаимодействия хищного существа, имеющего сложный синкретичный характер, и объекта его преследования, солнечного Быка, наиболее полно проявляются в сюжетах наскальной графики. На известной плите Черновой и аналогичной ей «писаницы Адрианова» космический зверь показан идущим в агрессивной позе слева направо, т.е. «по Солнцу», в западном направлении, на его крупе – косой крест²¹. Итак, материал наскальных изображений отражает возникновение культа солярного животного.

Образы этой космической охоты выражаются в ритуальном действе, в котором главной целью является приумножение животных. До недавнего времени у эвенков, по данным Г.М. Василевич, существовал обычай изображать в лицах во время весеннего праздника оживления природы – иконипка – космическую коллективную охоту. Подобно тому, как шаман в ходе своего камлания посещает другие миры вселенной, охотники-эвенки, преследующие космического зверя, лося, бегут по среднему миру, опускаются в нижний мир и поднимаются вслед за своей добычей в верхний мир. Их воображаемая добыча, конечно, не простой реальный лось, а тот же «Хоглен» – само зооморфное солнце, умирающее и воскресающее чудовище, живой зооморфный центр вселенной²².

В ритуале-повествовании о небесной охоте на солярное животное-божество вероятнее всего исполнялся круговой танец. Движение солнца по небосводу понимается древними людьми как движение божества-животного. Форма кругового танца символизирует собой в большей степени мифическое пространство и поэтому движение по кругу – это движение солнца в пространстве (в небе). Телодвижения во время этого кругового танцевального действа, вероятно, имели первоначально подражательные черты. Ярким свидетельством этого являются сохранившиеся до наших дней архаичные хороводы народов Сибири. Так, в круговом хороводном танце эвенков во время празднования «Икэнипкэ» разыгрывалась погоня за небесным оленем. Эту церемонию совершали раз в году, весной, с середины апреля до середины мая. Этот обряд представлял собой восьмидневный коллективный хоровод, во время которого имитировалась погоня всех собравшихся во главе с шаманом и его духами за космическим оленем. Вокруг чума расставляли деревянные зооморфные и антропоморфные изображения духов-помощников шамана, устанавливали три дерева (березу, лиственницу и кедр) и изображение самца дикого оленя, а внутри чума ставили столб туру и привязывали к его верхушке подарки для верхнего божества Эксери (Экшери) и его помощников.

В первый день обряда, который назывался илбэлэкич – «вспугивание зверя», шаман пел о том, как ему все ковали подвески и шили костюм, а все присутствующие имитировали эту работу, но делали всё наоборот. Затем начинался хоровод, который двигался по ходу солнца. Шаман в песне пел о местности, по которому двигался народ. Второй день церемонии назывался кутудекич – «шесть поворотов». Он был посвящен описанию божественного оленя, которого обнаруживали и начинали гнать. Хоровод изображал начало облавы, который исполнялся восемь дней. На восьмой день хоровод наконец изображал достижение места, где ранят и добивают священного зверя²³. Эвенкский хороводный танец характеризуется наличием подражательных движений, имитирующих движение оленей. В круговых танцах промыслового культа воспроизводилась погоня за животным и имитировались его движения.

При этом по ряду археологических источников (наскальных рисунков) образ солнечного божества обладает зоомрфными чертами – «спиральные и круглые рога», «крест на фигуре животного», «рогатое солнце». В наскальных рисунках получило широкое распространение целых композиций состоящих из изображений группы людей со сцепленными руками, антропоморфными фигурами и животными. Одну из таких композиций можно увидеть на Гетканской писанице, расположенном на правом берегу реки Геткана – правого притока р. Тынды.

Наскальный рисунок по реке Геткана относится по датировке А.П. Окладникова, А.И. Мазина к изображениям конца III – начало II тыс. до н. э. Все изображения людей на этой писанице представлены в движении: люди преследуют зверя, взявшись за руки танцуют или совершают магические обряды²⁴.

Рядом с изображением цепочки людей располагается изображение круга с рогами оленя, рассеченного внутри крестообразной фигурой. У народов Сибири, в частности в легендах долган, сохранились сюжеты с рогатым зверем – лосем-солнцем. Аналогичное изображение круга (личина в форме круга с пересеченным крестом внутри) встречается в наскальной писанице Восточной Сибири – у устья р. Токко. К личине подрисованы ухватообразные рога. По мнению А.П. Окладникова и А.И. Мазина, личина, или солярный знак Токкинской писаницы относится к первой половине II тыс. до н. э. Рогатой личине (или солярному знаку) и антропоморфным с пересеченными крест на крест сплошными линиями личинами сопутствуют животные, идущие друг за другом²⁵.

Композиционное построение в форме круга в этот период обусловлено различными мотивами. Круговая композиция в кинетике ритуала могла быть закреплена в традиции и обусловлена, помимо стремления символически передать образ солярного божества или коллективным характером имитации загонной охоты, способностью символизировать социальные отношения людей – ощущать себя коллективом. Во-первых, в кругу все равны, во-вторых, круг символически создает порядок (свое – чужое), в-третьих, круг объединяет людей в единое целое. Ритм помогает этому единению.

Древнейшие принципы социального поведения закрепляются в традиции в виде круговых хороводов, в форме замкнутого круга в период разложения первобытного общества, с появления первых стратифицированных обществ. Это время связано с отходом от охотничьих обрядов, где танец мог исполняться без обязательного сцепления рук. С дальнейшим развитием познания природы, астральные мифы все больше усложнялись. Постепенно сюжет небесной погони-охоты исчезает. Э. Тайлор, проводивший обширный обзор мифологических представлений, связанных с небом и землей, солнцем, луной и звездами, отметил, что «когда явления природы принимают антропоморфную форму и отождествляются с личными героями и богами, а со временем становятся центрами, вокруг которых группируются разрозненные вымыслы, тогда первоначальный смысл их искажается и затемняется»²⁶. Он убежден в историческом развитии легенд, описывающих жизнь природы в личных образах.

Примечания:

1. Гущин А.С. Происхождение искусства. – Л.-М.: Искусство, 1937.

2. Авдеев А.Д. Происхождение театра (элементы театра в первобытном обществе). – Л.; М., 1959. – С. 70.

3. Авдеев А.Д. Указ. соч. – С.76.

4. Еремеев А.Ф. Происхождение искусства. Теоретические очерки. – М.: Молодая гвардия, 1970. – 272 с. – с. 138-140.

5. Мифы народов мира. Энциклопедия. – М.: «Советская энциклопедия», 1982. – Т. 2. – с.236.

6. Герасимова Н.А. Философское понимание танца//Вопросы философии. – 1998. – № 4. – с.52.

7. Герасимова Н.А. Указ. соч. – с.51.

8. Соколова З.П. Животные в религиях. – СПб.: Изд-во «Лань», 1998. – с. 47.

9. Герасимова Н.А. Указ. соч. – с.53.

10. Канетти Э. Масса и власть. – М.: Изд. фирма «Ad Marginem», 1997. – с.125-127.

11. Канетти Э. Указ. соч. – с.124.

12. Канетти Э. Указ. соч. – с.383.

13. Королева Э.А. Ранние формы танца. – с.31.

14. Соколова З.П. Указ.соч. – с.78.

15. Соколова З.П. Указ.соч. – с. 184.

16. Мифы народов мира. – М., «Советская энциклопедия»,1980. – Т.1. – с.116.

17. Хлобыстина М.Д. Древнейшие южносибирские мифы в памятниках окуневского искусства // Первобытное искусство. – Новосибирск, 1971. – с.172-173.

18. Мифы народов мира. – М., 1980. – Т. 1. – с.116.

19. Там же.

20. Окладников А.П., Мазин А.И. Писаницы реки Алдан. – Новосибирск: Наука, 1979. – с.54.

21. Хлобыстина М.Д. Древнейшие южносибирские мифы в памятниках окуневского искусства // Первобытное искусство. – Новосибирск, 1971. – с.173-174.

22. Окладников А.П. Шишкинские писаницы – памятник древней культуры Прибайкалья – Иркутск: Кн. изд-во, 1959 – с.65.

23. Новик Е.С. Обряд и фольклор в сибирском шаманизме: (опыт сопоставления структур). – М.: Наука, 1984. – с.155-156.

24. Окладников А.П., Мазин А.И. Писаницы реки Олекмы и Верхнего Приамурья. – Новосибирск: Наука, 1976. – с.172, с.90-91.

25. Там же, с.162, с.100.

26. Тайлор Э. Первобытная культура: Пер. с англ. – М.: Политиздат, 1989. – с. 176.

 

 
В настоящее время общественность нашей страны обеспокоена деградацией духовного начала личности детей и молодёжи, а также взрослого населения. Большую «лепту» в этот процесс вносит массовая культура и, помогающее внедрять её в сознание людей телевидение. Как мы, педагоги, связанные с искусством, можем на практике реально противостоять этому?

Многие годы в России шло развитие и умножение сузов и вузов культуры и искусства. Воспитана целая «армия» артистов и руководителей творческих коллективов, которые знакомы с традициями нашей народной и аристократической культуры. Именно художественная культура, которую специалисты в области искусства могут передавать следующим поколениям, и способна воспитывать в людях высокие душевные качества. Эти качества передаются эмоционально через знакомства с произведениями искусства прошлого и настоящего. И сейчас существует огромное количество детско-юношеских творческих коллективов, которые в своей работе способствуют их приобщению к различным видам искусства.

Школьникам, соприкоснувшимся в детстве с произведениями искусства хорошего качества, как будто на всю жизнь ставится «прививка»: их вряд ли будет интересовать потребительское искусство, то, что им зачастую предлагается с экрана телевизора. Они будут критически относиться к произведениям массовой культуры. (И даже на ТВ или в Интернете будут находить себе для просмотра программы, отвечающие их духовным запросам).

Это убедительно показывает наша педагогическая практика. При подготовке отчётного концерта Театра-студии «Планета танца» в 2010 году. репертуар получился патриотический – в основном, на русском народном материале. К нам на педсовет пришли выпускники-одиннадцатиклассники и сказали: «Нам хотелось бы с вами поговорить». И говорили они о том, что очень хотели бы пригласить на свой концерт одноклассников. Но они не придут, если мы не добавим в программу несколько современных хореографических номеров. Ребята так и сказали: «Вы нас так воспитали, и спасибо вам за то, что мы понимаем и любим русское народное искусство, но наши ровесники его не понимают. Поэтому мы предлагаем как-нибудь соединить его с современным в программе концерта, чтобы зрителям было интереснее смотреть».

Когда-то, в 90-е годы, работая в Озёрской детской школе искусств на хореографическом отделении, нас, преподавателей, очень удивляло то, что даже в сельской местности детям больше нравилось танцевать современные танцы, нежели народные, основанные на фольклоре. Но прошло время, и некоторые наши выпускники получили среднее специальное или высшее хореографическое образование и танцуют сейчас в профессиональных ансамблях русского танца, очень любят именно народное направление в хореографии. А увлечение современными ритмами осталось у них в детстве. Это говорит о том, что всё-таки зёрна, брошенные в детские души, всё равно когда-то дают свои всходы и плоды.

Творческий коллектив педагогов Театра-студии «Планета танца», увлечь современных детей хореографией, занимается с ними разными видами танца: классическим, народным и современным – джазом. Со школьных лет они смотрят видеозаписи хореографических номеров различных видов и жанров. Знакомятся с творчеством балетмейстеров и артистов. Мы стараемся воспитать в них не только исполнителей, но и будущих зрителей – ценителей сценического искусства.

Классический балет существует более трёхсот лет. Но продолжит ли он своё существование, если не будет подготовлена аудитория зрителей на будущее? Для этого мы вывозим детей в Новосибирский академический театр оперы и балета на балетные спектакли. Смотрим видеозаписи спектаклей Большого и Мариинского театров, специальные фильмы-балеты для детей в рамках проекта «Волшебный мир балета», что более приемлемо для возраста учащихся начальных классов. У нас проводятся беседы о хореографическом искусстве. Ребята знают о существовании выдающихся профессиональных ансамблей народного танца. Смотрят постановки и в современных направлениях. Преподаватели им объясняют, что ценно в исполнении и постановках номеров разных балетмейстеров.

Наши ученики нередко смотрят видеозаписи собственного исполнения, видят свои ошибки и достоинства со стороны зрителей и начинают понимать, что от них требуют педагоги. Для лучшего воплощения в танцах определённых ролей мы ввели занятия по актёрскому мастерству. Дети становятся более естественными, раскрепощёнными на сцене, они сознательно создают художественный образ, который им предлагается в танце. А также от этих занятий ещё более разносторонней становится личность каждого ребёнка.

Во-первых, мы стараемся подбирать темы танцев, соответственно возрасту детей, чтобы им было интересно их исполнять. Для этого балетмейстеры знакомятся с новинками детской литературы, художественных фильмов и мультфильмов. О них могут рассказать сами дети на уроках актёрского мастерства, когда они подбирают материал для создания каких-то образов по заданию преподавателя или сочиняют сценки.

Также важно учитывать возрастную психологию. Например, пятиклассники очень сильно отличаются по своим интересам от учащихся начальной школы, и репертуар в этом возрасте необходимо менять. Тоже можно сказать о любой возрастной группе. Педагог по хореографии старается почувствовать, что интересно детям на любом этапе их взросления, и в соответствии с этим корректировать свои творческие задумки.

На занятиях по актёрскому мастерству у хореографии есть своя специфика. Здесь нет речи, поэтому необходима более яркая игра лицом – владением мимикой. И главная задача – воспитывать умение выражать свои чувства через движения. Очень хорошо в этом помогает импровизация под музыку.

С малышами мы начинаем с обычных детских песенок из мультфильмов. Даётся задание изобразить эту песенку. Дети с удовольствием выполняют эту задачу. Они изображают героев, у них работает и развивается фантазия. Очень интересно детям создавать сценки из мультфильмов. Например, из «Ну, погоди» под песенку Зайца и Волка – «Расскажи, Снегурочка» или из «Бременских музыкантов» дуэт Принцессы и Короля.

Следующим этапом, как уже говорилось, являются просмотры детских балетов. Затем включается музыка из данного балета, и учащимся даётся задание «станцевать» балет, то есть, вспомнить движения определённых героев из балета. Так у детей формируется хореографическая память.

С большим интересом ученики «активно» слушают классическую музыку, сочиняя под неё движения. Например, пьесы из цикла «Времена года» Чайковского. Сначала с ними обсуждается время года, месяц и название произведения, что оно означает. Затем включается музыка, и каждый ребёнок изображает то, что он в ней слышит. Обязательно нужно сообщать ученикам имя композитора, из какой он страны, какого времени, чтобы у них развивался кругозор. Дети, активно участвуя «в звучании музыки» своими телодвижениями, лучше запоминают её, нежели при обычном слушании. Для них это более естественно. Хотя, когда они физически устают после движений, то с удовольствием отдыхают, слушая спокойную музыку.

Для умения создавать художественные образы в танцах на сцене полезно изучение маленьких композиций детских бальных танцев с созданием определённого образа – например, «Мишка с куклой», «Чебурашка», «Гномики» и др.

Уроки актёрского мастерства полезно сочетать с этикетом. Дети любят обсуждать правила поведения в обществе, приводить примеры из жизни и сочинять сценки на эти темы. Пользуясь этим, можно незаметно прививать им культуру поведения и внешнего вида на занятиях хореографией и во время выступления на сцене. Так воспитывается культурный исполнитель хореографических номеров и складываются основные знания психологии в общении людей.

С учащимися начальной школы (со 2-го класса) мы слушаем сказки в исполнении профессиональных артистов на аудиодисках. Задача детей – по ходу рассказа изображать героев сказки, как бы произнося текст с артистом. Непременным условием должно быть изображение героев в движениях (не обязательно танцевальных, можно бытовых). Так у детей вырабатывается чувство мизансцены – умение распределяться в пространстве, а также сценического движения, которое соответствует данному образу. Они слушают речь артистов с хорошей дикцией, интонацией, звучит музыка народов мира, дети в сказках узнают представление людей разных национальностей о жизни, в каких странах какие есть обычаи, обитают животные и имеются климатические условия. Опять же развивается кругозор, который помогает им в будущем понимать их роль в танце или спектакле.

Большое значение в духовно-нравственном воспитании играют и совместные праздники коллектива, такие, как Рождество, Святки, Масленица, Троица, Покров-батюшка. Детям очень нравятся русские народные традиции (они сами, например, любят печь блины и угощать на праздниках своих друзей), пословицы, поговорки, песни, пляски, игры и шуточные сценки. Иногда мы приглашаем студентов колледжа культуры, изучающих русский фольклор, и они проводят с детьми праздники в народных традициях русских сёл алтайского края.

Сейчас для проведения воспитательных мероприятий имеется большая возможность в использовании технических средств и Интернета: изучение темы, знакомство со сценариями, нахождение нужных музыкальных произведений, песен и игр. Многое дети находят материал сами и предлагают для проведения праздников.

В течение почти 14-ти лет существования творческого коллектива у нас сложились свои традиции. Это встреча Нового года, рождественские сочельники, поздравления с Днём святого Валентина, театральные капустники в честь Международного дня театра и Дня смеха, дни рождения театра, совместный летний оздоровительный отдых в Горном Алтае и Кыргызстане на озере Иссык-Куль, поездки на фестивали и конкурсы различных уровней – от местных до международных, дни рождения участников коллектива в поездках, проводы уезжающих в другие города (такова специфика жителей военного городка), встречи с бывшими участниками коллектива.

Поездки в другие города и успешные выступления на фестивалях вселяют в детей гордость за свою малую родину – Алтайский край и город Сибирский. Особенно почётно бывает выступать в столице России – городе Москве. И наши ребята удивляют там всех знанием текста гимна России. (Он звучит во время вручения наград). Поездки способствуют и встрече с интересными людьми: знаменитыми артистами, композиторами, писателями, журналистами, которые приезжают на фестивали, общаются с ребятами и вручают награды победителям.

Вся жизнь Театра-студии «Планета танца» – не только занятия по хореографии и театру – имеет огромное воспитывающее значение. Воспитанники Театра-студии «Планета танца» постоянно принимают участие во многих мероприятиях различных форм для детей и подростков, проводимых в ЗАТО Сибирский: в начальной и средней школах, а также – проводимых отделом социальной защиты для детей-инвалидов. Каждое мероприятие имеет культурно-просветительскую цель и направлено на духовно-нравственное развитие подрастающего поколения.

Ежегодно воспитанники студии «Планета танца» выступают на различных концертах в дни профессиональных праздников. Такого рода концерты позволяют воспитанникам познакомиться с различными профессиями, понять их значимость, учат уважительно относиться к людям любого рода профессий. Очень важным для детей и родителей является День Учителя. Участвуя в концертах, посвящённых профессии педагога, дети учатся уважать своих старших наставников, благодарить за нелёгкий, но благородный и нужный стране и каждому её жителю труд.

Выступая в дни праздников – День защитника Отечества и День Победы — перед своими отцами и дедами-офицерами, дети начинают понимать героическую профессию своих предков и гордиться ею. Кроме того, они узнают имена героев, которые живут в Сибирском, или узнают о тех, чья история хранится в памяти городка.

Участвуя в поздравлении женщин 8 Марта и в День матери, дети уважительно относятся к самым близким и любимым людям – своим мамам, начинают понимать ценность их заботы о них, видеть материнский труд и душевное тепло. Воспитанники студии «Планета танца» являются постоянными участниками концертов, посвящённых Дню матери в последнее воскресенье ноября. Участие в таких мероприятиях способствует пониманию роли матери в жизни не только семьи, но и общества в целом (об этом говорят выступающие на сцене взрослые), во время вручения наград школьникам становится понятно, что воспитание детей в семье – важное государственное дело, которое очень ценится людьми.

Каждый год наши воспитанники участвуют в праздновании Дня города Сибирского: в праздничном концерте в киноконцертном зале ДК «Кристалл», в театрализованных представлениях на главной площади и в дни юбилейных торжеств – на стадионе Сибирского. Яркие номера наших воспитанников придают неповторимый колорит праздникам, а дети и молодёжь начинают чувствовать себя частицей большого сообщества людей – своих земляков.

Ежегодные отчётные концерты имеют большое воспитательное значение. И участники коллектива, и их родные, и сами педагоги чувствуют себя в этот день частицей большой и дружной семьи, в которой вырастают всё новые и новые поколения юных танцоров. Традиционно на отчетном концерте Театр-студия чествует своих выпускников, которые получают свидетельства об окончании Театра-студии «Планета танца» и в дальнейшем продолжают выступать уже в качестве артистов. Некоторые из ребят становятся профессионалами в области танца, окончив средние и высшие учебные заведения. Танцуют на сцене сами и учат мастерству хореографии более юных ребят.

На заключительных концертах учебного года наглядно видна связь между поколениями. Для младших ребят всегда имеется пример – взрослые артисты, выросшие в нашем коллективе, за мастерством которых они стараются тянуться. Немаловажную роль играет для ребят и то, что коллектив имеет высокие регалии – дипломы и кубки лауреатов различных российских и международных конкурсов и фестивалей. Дети стараются лучше заниматься, чтобы не подводить свой коллектив, и быть похожими на старших.

Группы воспитанников «Планеты танца» ежегодно бывают на летнем оздоровительном отдыхе в Горном Алтае в июле в лагере «Долина Сартакпая» в течение 10-14 дней. Общение с природой и экскурсии по достопримечательностям Горного Алтая помогают не только укрепить здоровье детей, но и привить им любовь к природе родного края и привлечь их к туризму, здоровому образу жизни. Совместный отдых сплачивает ребят и помогает воспитывать в их характере заботу друг о друге, понимание характеров других людей, умение жить в коллективе.

Каждый год наши школьники и студенты участвуют в акциях за здоровый образ жизни с лозунгом: «Танцы против наркотиков». Своим искромётным исполнением хореографических номеров они призывают ровесников присоединиться к ним, вести не пустой, а интересный и подвижный образ жизни.

В 2010 году наша страна отмечала 65-летний юбилей победы в Великой Отечественной войне. Этому событию посвящался стенд, который был расположен в хореографическом классе. Из него воспитанники узнали о страницах истории: как профессиональные танцовщики выезжали с концертными бригадами на фронт, и бойцы считали, что если на фронте танцуют балет, и хрупкие танцовщицы не боятся появляться на линии фронта, то победа будет за нами, русский человек будет жить вечно. Ребята могли прочитать письма с фронта выдающимся балеринам Большого театра Галине Улановой и Ольге Лепешинской, посмотреть фотографии выступлений артистов-танцовщиков эстрады на фронтовом аэродроме, видеть на фото, как выступали их ровесники – участники ансамбля Ленинградского фронта под руководством Обранта (они это делали даже в дни блокады города на Неве). В Ансамбле народного танца СССР под руководством Игоря Моисеева в те годы были поставлены номера: «Партизаны» и «Солдатская пляска». На стенде также были отражены танцы военной тематики из репертуара Театра-студии «Планета танца»: «Пляска ракетчиков», «Когда мы были на войне», «Мой папа». Ребята убедились наглядно, что продолжают традиции своих предков и чтят память о Великой Отечественной войне, исполняя в концертах номера на военную тему. Они сами вживаются в образы героев, которые становятся дороги им. Таким образом, фотостенд имел целью военно-патриотическое воспитание участников Театра-студии «Планета танца». Около стенда во всех группах проводились беседы, ребята с интересом разглядывали фотографии, делились друг с другом своими впечатлениями. Также ко Дню Победы был сделан для ребят видеопоказ об участии танцовщиков в войне и о произведениях балета на тему Великой Отечественной войны.

В целях воспитания уважения к старшему поколению воспитанников Театра-студии учреждением ведётся работа с пожилым населением ЗАТО Сибирский. Люди пожилого возраста, общаясь с детьми и молодёжью, посещая концерты, получают заряд энергии, положительных эмоций, а также могут в беседах или какой-то иной деятельности передавать свой опыт, чувствовать себя нужными и востребованными в обществе. Связь поколений всегда была и есть основой воспитания детей.

Людям пожилого возраста посвящаются концертные номера на основе военной и русской народной тематики. Для них исполнялись танцы: «Когда мы были на войне», «Катюша» в исполнении артистов Театра-студии. Старшему поколению полюбились «Первый вальс», который исполняли ребята средней группы, русский танец «Барыня» в исполнении ребят младшей группы и танец «Казанских татар» в исполнении ребят средней группы.

Бабушки и дедушки нередко приводят своих внуков на занятия и приходят на праздники и концерты коллектива «Планета танца», участвуя в воспитании детей, и получая радостные эмоции от их выступлений. Всё это сближает разные поколения людей и помогает их взаимопониманию. Люди пожилого возраста, таким образом, живут интересами детей и молодёжи, а также, в общении с ребятами, вспоминают свои годы молодости, передают им свои духовные ценности и воспитывают в детях интерес к историческому прошлому нашей страны.

Работа с семьёй муниципального учреждения культуры «Планета танца» проводится во время индивидуальных встреч с родителями, дедушками и бабушками и во время общих бесед о воспитании детей, занимающихся в студии. Также проводятся регулярно родительские собрания по организационным и педагогическим вопросам. Родители воспитанников студии являются постоянными зрителями концертов, где участвуют их дети, а также различных праздников студии «Планета танца».

Театр-студия «Планета танца» ежегодно участвует в концертах и мероприятиях для социально незащищённых слоёв населения, сотрудничая с Отделом социальной защиты населения и Реабилитационным центром для детей и подростков с ограниченными возможностями ЗАТО Сибирский. Встречаясь с людьми нелёгкой судьбы, дети учатся быть милосердными. Они узнают, что существуют в нашем обществе у людей сложные проблемы, и им необходима помощь со стороны других людей, которую могут иногда оказать и они сами, например, своим творчеством.

Деятельность МУК Театр-студия «Планета танца» по развитию народного творчества заключается в обучении народной хореографией детей дошкольного и школьного возраста и постановке хореографических номеров с воспитанниками студии и артистами, а также выступлении с ними на различных мероприятиях и концертах. В репертуаре Театра-студии «Планета танца» имеются сценические номера, поставленные на основе русского народного фольклора. Это такие танцы, как «На вечорке», «Сибирские ухажёры», «Барыня», «Сибирская рапсодия», лирический хоровод «Колокольчики», хореографическая композиция «Моя Россия», «Калинка», «Порушка-Пораня», «Русская кадриль». Изучение русского народного творчества прививает детям любовь к своей родной национальной культуре.

Участники и артисты Театра-студии «Планета танца» знакомятся в своём творчестве и с искусством других народов. Испанский танец «Фуэго ми альма» на основе фламенко, «Ритмы Индии», ирландский танец, украинский «Ползунец» и татарский танец – все эти номера знакомят детей и молодёжь с творчеством народов мира. В младших и средних группах изучаются простейшие массовые танцы разных народов: карело-финская полька, финский танец «Енька», «Берлинская полька», основанная на немецком фольклоре, греческий танец «Сиртаки», русская «Кадриль», итальянская «Тарантелла», еврейский танец «Семь сорок» и другие. Для знакомства с манерой различных народных танцев, мы разучиваем маленькие массовые композиции из наиболее простых движений каждой национальности, актёрски обыгрывая их, стараясь в танце показать характер народа. Знакомство с культурой разных народов формирует в детях интерес и уважение к другим национальностям. Они начинают понимать, как богата и разнообразна жизнь и люди, живущие на Земле. (Я считаю, что в этом заключается профилактика экстремизма, вражды между людьми разных национальностей).

Хорошим стимулом для дальнейшего творчества детей и молодёжи являются творческие победы на конкурсах и фестивалях, это даёт им уверенность в своих силах, вызывает интерес к соревнованию в исполнительском искусстве со своими сверстниками.

Хочется добавить, что в воспитательной работе наш Театр-студия использует и современные средства, например – Интернет. В социальных сетях «Одноклассники» и «В контакте» созданы группы «Жители Планеты танца» и «Театр-студия «Планета танца», где выставляются фотоальбомы и видеозаписи о жизни нашего театра. В группы входят нынешние участники коллектива и выпускники – студенты и молодые специалисты, окончившие высшие и средние учебные заведения. А также нашим коллективом интересуются школьники и студенты из Сибирского и других городов жизнью «Планеты танца» и поздравляют с праздниками. Общение продолжается через много лет после расставания воспитанников с родным коллективом. В Интернете педагоги общаются и с родителями воспитанников. Просматривая фотографии из истории коллектива, многие пишут свои отзывы – очень тёплые слова в адрес своих педагогов.

Пока существуют детские творческие коллективы, и есть в них педагоги, любящие искусство и детей, мы ещё многое можем сделать для своих воспитанников в области духовно-нравственного развития личности. А главное – реально научить их жить интересно, с огоньком и творческим вдохновением, передавать духовные качества русского народа следующим поколениям.

 

 
Личность современного ребёнка формируется, главным образом, в деятельности, через отношения с коллективом, обществом в процессе усвоения социального опыта. Личность человека находится в постоянном развитии, но основы её закладываются в детстве. XXI столетие по праву можно считать веком высоких технологий, телевидения, интернета. Не смотря на бурное развитие массовой коммуникации, телевидение сегодня остаётся самым доступным средством информации.

По данным социологических исследований, телевидение занимает одно из ведущих мест по силе воспитательного воздействия после семьи и образовательных учреждений, являясь каналом интенсивной социализации. Ребёнок, поглощая телеинформацию, становится вольным или невольным свидетелем сцен насилия в сериалах, фильмах и даже мультфильмах. Наблюдая (пусть даже с экрана) демонстрацию нанесения ущерба или повреждения персонажей фильмов или мультфильмов, дети проецируют подобные отношения в поведении, игре, выражая необоснованную порой агрессивность.

Любимыми героями современных дошкольников становятся не принцы или добрые животные, а негативные или странные для общего понимания персонажи.

В подготовительной к школе группе одного из детского сада г. Барнаула нами была проведена беседа с детьми на тему любимых мультфильмов, в ходе которой обнаружились далеко не радующие факты. Для начала отметим, что среди названных 12 мультфильмов всего лишь 3 оказались отечественного производства («Маша и медведь», «Фиксики» и «Три богатыря и Шамаханская царица»). Остальные же названные мультфильмы – зарубежного производства, которые в своём большинстве повествуют о странных существах: Спанч Бобе – мальчике-губке, Спайдермене – человеке-пауке, роботах и т.д. В тех мультфильмах, которые повествуют о животных, сами животные зачастую представлены в искажённом виде.

Таким образом, даже не затрагивая обсуждавшуюся рядом исследователей тему об эффекте 25-го кадра в современной мультипликации, можем смело заявить о том, что лежит на поверхности: мультфильмы XXI века губительны уже тем, что создают у ребёнка неправильное, искажённое представление об окружающем мире, социальной действительности. Кроме того, на практике можем увидеть, что многие дети не выходят «из образа» своего любимого героя в обыденной жизни, идентифицируя себя с ним не только в ходе игры. Подобная ситуация зачастую рождает страхи, агрессию, беспокойное, неадекватное поведение. Немалое влияние оказывают современные мультфильмы и на продуктивную деятельность дошкольников, например, изобразительную. Столкнувшись с таким явлением на практике, заметим, что сюжеты и персонажи рисунков, которые создают дети старших, подготовительных к школе групп, далеки от тех, что имели место быть 20, 10 и даже 5 лет назад. Отметим, что нередки случаи включения ребёнком мультипликационного персонажа в реалистичный рисунок (например, натюрморт, который сопровождают Трансформеры).

В наше время дети с раннего возраста попадают в информационное поле, образованное сетью массовых коммуникаций. Как следствие возникает проблема взаимовлияния информационной среды и ценностных ориентаций подрастающего поколения. Данное отношение среды и субъекта имеет противоречивый характер: с одной стороны, появляются всевозможные образовательные передачи, видеоматериалы, развивающие компьютерные игры и программы, которые оказывают помощь в образовании, воспитании, расширении кругозора; с другой стороны, коммерциализация видеокультуры приводит к навязыванию стереотипов, преобладанию насилия.

Современные аудиовизуальные средства мы не можем отнести ни как к сугубо отрицательным, ни к положительным. Считаем, что информационные средства – мощный инструмент, которым можно нанести и вред, и добиться с его помощью хороших результатов в деле воспитания и образования. Только нам, взрослым предоставляется возможность направить ребёнка в нужное русло, возможность подать руку помощи в нелёгком становлении гармонично развитой личности.

 

 
Современный образ жизни, динамика социальных процессов, тенденции развития цивилизации с ориентацией на западную потребительскую культуру, культ материальных ценностей, подорванные нравственные и религиозные идеалы – сигнал sos. Серьезные опасения за будущее человечества возникли в первое десятилетие XXI века и ознаменовали кризис цивилизации при переходе на новый этап развития в социальной, экономической, образовательной и духовной сфере. В эпоху финансового кризиса, начавшегося в 2008 г. (хотя первые признаки возникли намного раньше и не закончились 2010-м годом: вторая волна по прогнозам специалистов должна начаться к 20-м гг. XXI в [1]), много говорилось не только об экономических последствиях для мирового рынка, но и нравственно-религиозной, морально-этической, ментально-духовной составляющей.

Аналогичная критическая ситуация сложилась в сфере образования: Болонский процесс, коррупция в сфере образования, сокращение вузов; в сфере искусства и литературы – децентрализация, творческая инертность, снижение качества литературного, музыкального, художественного, кинематографического продукта, что работает на формирование иного типа личности, а, соответственно, и общества – легко управляемого, ведомого. Еще Д. Дидро писал, что человек, который перестает читать – перестает думать, – эта проблема особенно актуальна сегодня: «… объемы чтения у нас с 80-х гг. упали не очень сильно. А вот объемы серьезного чтения упали катастрофически. На мой взгляд, это была целенаправленная кампания – отучить людей от серьезного чтения. С людьми, которые читают только для того, чтобы развлечься, можно делать все, что угодно. Что мы и видим» [7], – делился своими наблюдениями с читателями в онлайн-конференции Юрий Поляков, главный редактор «Литературной газеты». Это один из видных деятелей в области литературы, искусства, политики, выступающий за возвращение в культурное пространство понятий нормы и здравого смысла: «…в ближайшее время людей будет волновать проблема возрождения разрушенной нормы. Во всем – в искусстве, в политике, в экономике, в сексе. Дело в том, что разрушение нормы некоторые понимают как обретение свободы. А на самом деле это разрушение человеческой цивилизации. Потому что именно обретение богоданной нормы сделало животное человеком» [7].

Проблема доминирования информационных ресурсов в семиотическом пространстве культуры, их роли в общественной, экономической и политической сферах актуальна сейчас как никогда. Именно информация – тот источник формирования культуры общества, социализации и воспитания человека, аксиологический ориентир, влияющий, в частности, на духовное развитие личности, базис, на котором строится здоровое гармоничное общество.

М.Н. Эпштейн в работе «Постмодерн в России», анализируя литературный дискурс эпохи, писал: «Как выясняется, к началу третьего тысячелетия основные ресурсы общества – не промышленные или сельскохозяйственные, но информационные. Если материальное производство человечества отстает от его материальных потребностей, то еще более отстает информационное потребление индивида от информационного производства человечества. Кризис не в перенаселенности, а недопонимании, кризис родовой идентичности. Человечество может себя прокормить – но может ли оно себя понять, охватить разумом индивида то, что создано видовым разумом? Хватит ли человеку биологически отмеренного срока жизни, чтобы стать человеком?» [8].

Кризис в своей перманентной сущности представляет собой не резкий, крутой перелом, имманентный природе развития любого явления, процесса – социального или ментального, локального или выходящего к границам вселенной и законам ее существования. Это точка бифуркации, критический момент неустойчивости, осуществление выбора дальнейшего пути, возмущение против сложившегося в системе порядка, диссонирующего с базисными аксиологическими принципами. Кризис – есть точка столкновения двух мировоззрений, двух путей дальнейшего движения (эволюции или деградации), двух систем (в политике, социуме, искусстве, внутри личности – нравственные идеалы и религиозно-духовные ценности), где осуществляется разрешение той или иной ситуации.

Застой культуры – иное понятие, отличное от кризиса, атрибутируемое элементами отсутствия какой бы то ни было динамики, состояние стабильности и покоя, необходимые для поддержания жизни и существования любой системы. Но любая система нуждается в обновлении – прогресс в некоторой степени и есть революционный перелом: упадок и кризис прежней системы – точка бифуркации современной цивилизации, не вырождающейся духовно, но переходящей к новой диссипативной структуре, новой культуре, возвращающей к вечным ценностям, классике, хорошо забытому старому. Об исходном моменте этого переломного состояния современной цивилизации говорил в своем последнем интервью ЮМ. Лотман: «Мы пережили некоторый период, когда старые, исключительно плодотворные в своих истоках научные идеи дали то, что они могли дать. Продолжение и в науке, и в культуре всегда есть отрицание. Нельзя продолжать, держась за готовые формулы. И, я думаю, сейчас мы переживаем период отрицания, который необходим и, по-моему, плодотворен. Мне кажется, мы уже близки к большому научному взрыву. Трудно сказать, каким он будет…» [9].

Один из вариантов выхода из кризиса, поиска решения – отрицание: разкультуривание современной культуры, перенасыщенной культурой, в которой сама культура становится предметом игрового манипулирования, развенчивает амбиции культуроцентризма. Тем самым обессмысливается и творчество. И то и другое, ставящееся во главу угла, – обессмысливается, не находят основания в самом себе. <…> Но в тупик ведет и самоценность человека. Поэтому так называемое «расчеловечивание» современной культуры и цивилизации плодотворно, но плодотворно на определенном этапе, ограниченном хронологически. Разрушавшая ценности эпоха постмодерна в литературе, искусстве, уходит в прошлое, на смену ей приходит новая литература, новое искусство, новое поколение, новые писатели и художники, возрождающие нравственные и духовные идеалы.

Дени Дидро считал, что каждое произведение ваяния или живописи должно выражать собою какое-либо великое правило жизни, должно поучать, иначе оно будет немо. Новые веяния и тенденции – необходимый импульс для дальнейшего развития искусства.

Что касается науки, то здесь видится выход из кризиса в соединении достижений из разных областей знаний: синтез науки и искусства, синтез разных областей науки – психологии и философии, психологии, философии и филологии, математики и философии. В частности, синергетика как научный метод и подход к исследованию общества, литературы, психологии человека получил широкое распространение благодаря мощному междисциплинарному потенциалу. Выступая как основание новой эпистемологии, синергетика конституирует базовые принципы социально-гуманитарных дисциплин XXI века.

Если обратиться к персоналиям, то следует вспомнить таких культовых исследователей как Ю.М. Лотман, Д.С. Лихачев, которые стояли у истоков гуманитарной науки, применяли в своих работах знания из разных областей научного, социального знания: истории, филологии, философии, психологии, излагая доступным языком, понятным широким массам, онтологически важные вопросы, касающиеся исторических процессов, нравственности. Использование в совокупности разных методов, достижений других наук дает объемную картину, соответствующую истинной реальности, – в этом нам видится перспектива и потенциал развития науки как таковой.

В аспекте определения некоего духовного центра, где сконцентрируются основные интеллектуальные и творческие силы и потенции, представляет интерес мифологический образ Барнаула. Как считается, под ним находится особая геомагнитная аномалия, «Колодец силы» или, другими словами, Центр земли: «Алтай – это место силы колоссальной, где сосредоточен мощнейший потенциал, очень много талантливых людей, здесь, к сожалению, зачастую не востребованных» [10], – делится своими наблюдениями известный барнаульский писатель Андрей Коробейщиков в интервью корреспонденту газеты «Свободный курс». В одном из своих произведений «Иту-Тай» он пишет: «Барнаул, а возможно, и весь Алтайский край есть не что иное, как зеленая чакра человечества. Центр духовности и гармонии, провозвестник грядущего расцвета человеческой цивилизации» [11]. Не случайно несколько веков назад П.П. Семенов-Тян-Шанский назвал Барнаул самым культурным уголком Сибири и Сибирскими Афинами.

Библиографический список

1. В России прогнозируют новый мировой экономический кризис [электронный ресурс]. – Режим доступа: http://rupor.info/newsekonomika/2011/07/12/v-rossii-prognozirujut-novij-mirovoj-jekonomichesk. Дата обращения: 25.09.2011.

2. Кара-Мурза, С.Г. Россия: кризис мировоззренческой основы общества // Социально-гуманитарные знания. – 2008. – № 5. – С.3-16;

3. Айзатулин, Т.А., Кара-Мурза, С.Г., Тугаринов, И.А. Идеологическое влияние европоцентризма // Социологические исследования. – 1995. – № 4. – С. 27-33;

4. Кара-Мурза, С.Г., Смирнов, С. В. Манипуляция сознанием-2 / С.Г. Кара-Мурза, С.В. Смирнов. – М.: Эксмо, Алгоритм, 2009. – 528 с.;

5. Файдыш, Е. Развал СССР – естественный процесс или тщательно спланированная операция? [электронный ресурс] / Е. Файдыш. – Режим доступа: http://lomonosov.org/russia/fourrussia10311213.html. – Дата обращения 25.09.2011.

6. Файдыш, Е. Информационные войны третьего тысячелетия и концепция метаистории [электронный ресурс] / Е. Файдыш. – Режим доступа: http://lomonosov.org/russia/fourrussia10311214.html. Дата обращения 25.09.2011.

7. Поляков, Ю. О книгах и не только / [электронный ресурс] / Ю. Поляков. – Режим доступа: http://www.bigbook.ru/articles/detail.php?ID=1065. Дата обращения 25.09.2011.

8. Эпштейн, М.Н. Постмодерн в России. Литература и теория. – М.: Р. Элинина, 2000. – 368 с. [электронный ресурс] / М.Н. Эпштейн. – Режим доступа: http://pda.lib.rus.ec/b/204118/read. Дата обращения 25.09.2011.

9. Глушковская, Л. На пороге непредсказуемого: Последнее интервью Ю.М. Лотмана [электронный ресурс] / Л. Глушковская. – Режим доступа: http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/ECCE/INTERLOT.HTM. Дата обращения 25.09.2011.

10. «Жизнь – это увлекательная игра». Секреты счастья и успеха от «сибирского Кастанеды» [электронный ресурс]. – Режим доступа: http://altapress.ru/story/12681/. Дата обращения 25.09.2011.

11. Коробейщиков, А.В. Иту-Тай [электронный ресурс] / А.В. Коробейщиков. – Режим доступа: http://zhurnal.lib.ru/comment/k/korobejshikow_a_w/itutai. Дата обращения 25.09.2011

 

 
Одной из форм преодоления духовного кризиса личности в современной культуре может выступать искусство, занятия творчеством, и особенно – музицирование на гитаре. Эта одна из популярных в молодёжной среде область общения и проведения досуга, которая в широком распространении дворовой культуры и различных молодёжных субкультур имеет упрощенный характер, тогда как в случае профессионального овладения инструментом оказывается способом внутреннего духовного роста человека, происходящего за счёт проживания классических музыкальных произведений и кропотливого творческого труда.

Существует немало интересных фактов, дающих представление об истории становления и развития гитары в контексте развития музыкальной культуры Сибирского региона.

Так, например, Красноярск вплоть до Октябрьской революции был местом ссылки. И всё же в то время в Енисейской губернии и, прежде всего, в городах Енисейске и Красноярске объективно сложились условия для развития музыкальной культуры.

С конца 30-х годов 19-го века Енисейск и Красноярск стали центрами богатейшей золотой промышленности. Заметное развитие экономики сопровождалось и развитием культуры, по крайней мере, в высших сословиях населения. Сюда, в Сибирскую глушь из-за Урала потянулись обозы с изящной мебелью, бронзой, фарфором и бархатом. Сюда стали доставляться произведения живописи, музыкальные инструменты. Появилась среди них и гитара, бывшая тогда в моде за границей. К Сибирскому золоту потянулись купцы, промышленники, представители интеллигенции, талантливые музыканты, учителя музыки и танцев.

В 60-х годах 19-го века массовая ссылка в Сибирь польских повстанцев, преимущественно выходцев из интеллигентных кругов, также дала этим двум городам Енисейской губернии немало образованных музыкантов. Известное Сибирское хлебосольство радушие и любовь к музыке и песне было характерной чертой сибиряков. Люди тянулись к песне, музыке. И это, естественно, создавало благоприятную атмосферу для развития местной музыкальной жизни. Не случайно в Сибири появились и выросли такие известные композиторы, как В.И. Ребиков, П.О. Иванов, а также незаурядные певцы и музыканты: П.И. Словцов, Г. Трошин, Б. Феоктистов, Е. Авксентьев и др.

В старину в сибирских городах и сёлах было широко распространено хорошее пение и исполнение молодыми женщинами романсов и других песенных произведений под аккомпанемент гитары. К.М. Нагаев пишет: «Одной из таких гитаристок 60-70-х годов была Глафира Михайловна Нагаева, коренная жительница г. Красноярска, умершая в 1883 г., когда мне было всего 14 лет. Она пела много старинных песен, романсов и аккомпанировала себе на гитаре, играя иногда между куплетами красивые прелюдии на темы этих же песен…»(3, с.765).

Уже в середине 19-го века гитара стала одним из популярных музыкальных инструментов, получила довольно широкое распространение среди сибиряков. Тогда почти все гитаристы играли «по слуху». Особенно выдающимся виртуозом-гитаристом был Н.Н. Лебедев (1838-1897 гг.), слава об игре которого распространилась буквально по всей Сибири.

К сожалению, до нас не дошли полные биографические сведения этого незаурядного музыканта. О Н.Н. Лебедеве в 1928-29 гг. красноярскими гитаристами К.М. Нагаевым и П.П. Устиновым были получены лишь некоторые сведения из воспоминаний учеников и достойного последователя Н.Н. Лебедева, Соломона Леонтьевича Полякова. Отец Н.Н. Лебедева был известным в Восточной Сибири гитаристом, служил на Олекминских золотых приисках. Один из братьев Н.Н. Лебедева, Сергей, искусно владел художественным свистом. В Енисейске жил его другой брат, А.Н. Лебедев, бывший превосходным гитаристом. В 80-х годах 19-го века все родные Н.Н. Лебедева проживали в Иркутске. Можно только предположить, что все они, в том числе и сам Н.Н. Лебедев, являются уроженцами Иркутска, однако он называл С.Л. Полякову местом своего рождения село Колывань на Алтае.

В молодости Н.Н. Лебедев служил счетоводом на золотых приисках акционеров Родственных, потом – на приисках Базилевского и, в последние годы – у крупных золотопромышленников Савиных и Гудкова – бывшего Красноярского городского главы. Н.Н. Лебедева держали на службе не столько как полезного для дела конторщика, сколько ради чудесной его музыки, на положении придворного артиста. Он был самородком, крупной фигурой среди гитаристов прошлого века. Силой таланта, богатством музыкального творчества, могучим, каким-то необъяснимым эмоциональным воздействием на слушателей Николай Николаевич напоминал хорошо известного русским любителям гитарной музыки гитариста-композитора первой половины 19-го века М.Т. Высотского, вышедшего из крепостных крестьян и поднявшегося до вершин славы великого мастера.

В творческих биографиях М.Т. Высотского и Н.Н. Лебедева схожа неистребимая любовь к музыке, страстная преданность к любимому инструменту – гитаре, самобытность творчества. Но М.Т. Высотский жил в столице, где умели ценить таланты и искусство, тогда как Н.Н. Лебедев творил в глубине Сибири, в таежной глухомани, среди людей, над которыми витал дух золотой лихорадки, дух наживы и азарта. Игра Лебедева характеризовалась красивым звуком и высоким совершенством академической игры классической гитарной музыки. Он использовал весь гриф гитары, при этом его мелодии нередко выражались басовыми струнами с переводом аккомпанемента на первые и средние струны.

Последователем Н.Н.Лебедева в гитарном искусстве стал С.Л. Поляков, 1874 г. рождения, часовых дел мастер из Енисейска. Он сумел перенять и выучить на слух немало пьес из огромного репертуара своего учителя. Богатая музыкальная память и способности помогли Полякову усовершенствовать свою игру и украсить её содержание собственными переложениями на гитару новых пьес в стиле Н.Н. Лебедева. Уже в 20-25 лет С.Л. Поляков, не зная нот, с большим успехом выступил с концертами в разных сибирских городах, в том числе в Барнауле, Томске, исполняя произведения своего учителя.

Красноярский кружок гитаристов имел широкие контакты и связи с гитаристами городов Сибири. Кружок гитаристов-семиструнников существовал и в Иркутске. Его возглавлял старейший в то время сибирский гитарист В.К. Галкин. Другими инициаторами создания кружка были Б.Г. Бедненко, К.В. Данилов, В.П. Шубин. Последний – инженер по образованию, являлся одним из лучших учеников В. Галкина. У него имелось четыре гитары, из них две – работы Р.И. Архузена – петербургского гитарного мастера, считавшегося в середине 19-го века одним из лучших мастеров Европы. Небольшая ячейка гитаристов существовала и в Барнауле, в которую входили С.В. Пешков, М.Н. Лукьянов и его дочь (3, с.781).

Немало широко известных гитаристов было в старинном сибирском городе Томске, ставшем центром научной, культурной и музыкальной жизни. Из Томских гитаристов того времени известен С.А. Сырцов – композитор, сочинявший для гитары, педагог и автор прославленной школы для гитары. У него было много учеников, в числе которых Л.В. Девятов – видный и образованный деятель гитарного искусства. В Томске пользовались широкой известностью М.Р. Копылов, А.Г. Шишкин, А.М. Воздвиженский, И.С.Фомин (о нём, как о крупном гитарном деятеле, упомянуто в книге М.Ф.Иванова «Русская семиструнная гитара» – М.,1948).

В настоящее время в Томском музыкальном училище преподаёт гитару Алексей Зимаков. Лауреат двух международных конкурсов, он стал обладателем ряда высоких Международных премий. А. Зимаков первым среди русских гитаристов нашего времени добился такого успеха за рубежом. Известный испанский композитор Хоакин Родриго, услышав своё произведение в исполнении А. Зимакова, заявил в прессе, что именно так и представлял себе идеальное звучание своего концерта.

На рубеже 19-20-го веков в Тюмени жил большой любитель искусства игры на гитаре, сделавший много для развития гитары в России – А.М. Афромеев (1868-1920), – издатель журнала «Гитарист» (1906), «Музыка гитариста» (1909-1910), «Аккорд» (1911, 1913, 1914, 1918 гг.) Издатель гитарных нотных сборников, автор многих оригинальных композиций и аранжировок для гитары.

В журнале «Гитара и гитаристы» №7, (М., 1925 г.) упоминалось о деятельности хабаровского кружка гитаристов под руководством М.П.Фомина.

Утихший было интерес к гитаре, стал возрастать в послевоенные годы 20-го века. 1950-1960-е годы ознаменовались оживлением деятельности любителей-гитаристов. Ряды их пополнялись новыми энтузиастами гитарной музыки. В эти годы предпринимались попытки создания ансамблей гитаристов, но эти попытки не увенчались большим успехом. На пути объединения гитаристов делались лишь первые шаги.

1970-е годы открыли очередную страницу в истории развития гитары в Сибири. Новое состояло в том, что шире стали развиваться художественная самодеятельность, обучение игре на гитаре в кружках при клубах, Домах и Дворцах культуры, Домах пионеров и т.д. Это создавало почву для открытия классов гитары в музыкальных школах, училищах, культурно-просветительных колледжах, вузах.

В Новосибирске гитара начинает развиваться с открытием класса гитары в музыкальном училище в 1969 г. с приходом А.К.Орлова. В апреле 1991 г. он был инициатором проведения 1-го Сибирского фестиваля гитарной музыки в Новосибирске, в котором участвовало боле 100 гитаристов, среди которых Ю.П. Кузин, А. Бурханов, М. Гольдорт, Н.Лебедева, В.Горбач и др.

На Алтае одним из первых музыкантов-педагогов, поддержавших гитаристов в их стремлении учиться на профессиональной основе, был преподаватель Барнаульского музыкального училища Г.А. Иванов. В 1982 году в Алтайском государственном институте культуры (ректор – профессор Н.Г. Устенко) на кафедре оркестрового дирижирования и народных инструментов был открыт класс гитары (преподаватель В.Г. Полянцев). В 1996-1999 гг. в Барнауле гитара выходит на большую концертную площадку, широкую аудиторию: в концертном зале алтайского Вуза искусств и культуры состоялся абонементный цикл лекций-концертов «Классическая гитара в музыке» (автор программы и исполнитель – В. Полянцев).

Солирующая гитара с симфоническим оркестром Алтайской краевой филармонии, с оркестром русских народных инструментов «Сибирь», с городским духовым оркестром – ещё одна ступень истории гитары на Алтае.

За почти 30-летнюю историю существования класса гитары на музыкальном факультете Алтайской государственной академии культуры и искусств на кафедре народных инструментов изменился статус специального инструмента. Студенты класса специального инструмента «Гитара» теперь заинтересованы овладеть новой квалификацией: концертный исполнитель. Растёт исполнительское мастерство, научное мировоззрение алтайских гитаристов, их профессионализм, образование и культура.

Литература

1. Вольман Б. Гитара в России – М., 1956.

2.Казанцев С.П. Слово о Красноярской гитаре. – Красноярск, 1981.

3.Яблоков М.С. Классическая гитара в России и СССР. Биографический музыкально-литературный словарь-справочник русских и советских деятелей гитары. – Тюмень-Екатенбург,1992.

 

 
Современный мир музыки представлен широким спектром различных стилей и направлений. Особенно актуальной становится проблема воспитания у слушателя хорошего вкуса, способного отличать высокохудожественные образцы музыкального искусства от низкосортных.

Человечество сохранило, отобрало, донесло до нашего времени всё наиболее ценное, яркое, талантливое, художественное. У современного человека имеется возможность изучать наследие мировой музыкальной культуры, сделать его своим духовным достоянием. Музыкальная культура человека, его вкусы формируются в процессе обретения им опыта музыкального общения. Где и когда человек обретает этот опыт? Освоение начинается в детстве.

Для того чтобы сформировать у юного поколения высокие духовные потребности и разносторонние художественные способности необходимо в практике музыкального воспитания детей использовать лучшие образцы музыки различных культур и, конечно, музыку своего народа.

В ещё не столь отдалённые времена, когда музыкальная культура была неотъемлемой частью признанных обществом духовных ценностей, дети, несмотря на разницу сословий, получали богатые, разнообразные музыкальные впечатления. В быту ребёнок слышал колыбельные песни матери, народную музыку, среди которой он рос. Все народные праздники, обряды сопровождались пением, танцами, звучанием народных инструментов. В обеспеченных семьях дети могли часто слышать музыку в исполнении членов семьи, коллективное домашнее музицирование было широко распространено. Детей также обучали игре на музыкальных инструментах. Большое влияние на формирование начал музыкальной культуры оказывала религия. С детства ребёнок слышал музыку в церкви во время торжественной, величественной службы, в атмосфере всеобщего внимания. Эмоциональные впечатления от музыки углублялись и усиливались самим таинством духовности, которую проповедовала церковь. В итоге, несмотря на отсутствие в те времена радио, телевидения, может быть, и благодаря этому, ребёнок получал эстетические ценные музыкальные впечатления, привыкал к языку народной, классической и современной музыки, накапливал опыт восприятия различных по стилю музыкальных произведений.

В дошкольном возрасте у ребёнка ещё не сложились стереотипы вкусов, мышления. Поэтому так важно воспитывать детей на шедеврах мирового искусства, расширять их представления о музыке всех времён и стилей, создавая в представлении ребёнка эталоны красоты. Целенаправленное музыкальное воспитание ребёнок получает в детском саду, а в последующем и в школе, в результате которого выявляются предпочтения, формируются начала музыкального вкуса и музыкальной культуры в целом.

Если же говорить о становлении музыкальной культуры, о начальных этапах формирования её у ребёнка-дошкольника, то, по мнению Д.Б. Кабалевского, этот процесс реально может состояться только на основе синтеза основных искусств, в условиях, когда восприятие музыкального произведения «опирается» на художественное слово и изобразительное искусство. Это связано со спецификой музыкального художественного образа, с одной стороны, и психологическими особенностями ребёнка-дошкольника, – с другой. Именно поэтому я выбрала программу «Синтез» – программу развития музыкального восприятия у детей на основе синтеза искусств (авторы: К.В. Тарасова, М.Л. Петрова, Т.Г. Рубан, Т.М. Шумова, О.Л. Кабачек. – М., 2000).

В музыкальный репертуар программы вошли произведения разных эпох и стилей, отвечающие, прежде всего, двум ведущим принципам – высокой художественности и доступности. Это классическая и современная музыка с её достаточно сложным языком, фольклор. Привлекло меня и то, что впервые в программу для детей дошкольного возраста были включены музыкальные жанры, в основе которых лежит органичный синтез нескольких искусств – опера и балет, которые вызывают у детей живой и яркий интерес. А чтобы эти сложные жанры были более доступны детям, авторы программы отдали предпочтение сказке – сказке в опере (Н.А. Римский-Корсаков «Сказка о царе Салтане», «Снегурочка») и сказке в балете (П.И. Чайковский «Щелкунчик», «Спящая красавица»).

Следуя рекомендациям создателей программы «Синтез», я включаю в свои занятия музыкальные произведения в порядке возрастающей сложности, которые к тому же объединены в тематические блоки. Обязательно включаю произведения изобразительного искусства и художественной литературы, что помогает создать необходимое настроение, значительно обогатить восприятие музыкального художественного образа. Например, пейзажи А. Саврасова, И. Грабаря, И. Левитана помогают создать поэтическую атмосферу, служат своеобразной увертюрой, которая настраивает детей на восприятие музыки П. Чайковского, Г. Свиридова, С. Прокофьева, посвящённой картинам русской природы. Синтез таких произведений, как «Сказка о царе Салтане» А.С. Пушкина, одноименная опера Н.А. Римского-Корсакова и живопись М. Врубеля и книжная графика И. Билибина создают атмосферу «погружения» в мир прекрасного, в мир сказки и в мир музыки.

Авторы «Синтеза» позволили музыкальным руководителям самим ставить задачи в работе с музыкальными произведениями, расширять репертуар, которые по их мнению, соответствуют возрастным особенностям детей. Пользуясь такой возможностью, на занятиях я знакомлю детей с творчеством алтайских композиторов М. Старикова, А. Берлякова, поэтов Б. Братова, Ю. Першина, Н. Черкасова, художников А. Югаткина, В. Федосова и других. Это помогает пробудить в детях потребность в диалоге с искусством родного края.

Главное и центральное место на занятиях по программе «Синтез» занимает музыка, а живопись и литература лишь дополняют, помогают раскрыть не только внешние сюжетные, но и глубокие внутренние связи между этими видами искусства. Иногда в качестве вспомогательных средств выступают и другие виды музыкальной деятельности. Если дети слушают яркую в ритмическом отношении музыку, то предлагаю ударные инструменты для игры в оркестре. Если слушают песню, доступную им не только по содержанию, но и в исполнительском плане, то предлагаю её спеть или просто подпеть. А музыкальный образ эмоционально насыщенного, богатого контрастами произведения предлагаю попытаться выразить в творческом музыкальном движении.

Занятия по восприятию музыки проводятся в «Музыкальной гостиной», которая сочетает в себе «усадебный» стиль XIX века и современные аудио- и видео-средства.

Всё вышесказанное помогает постепенно ввести ребёнка в мир музыки, помочь ему понять её содержание, овладеть сложным музыкальным языком. Разумеется, процесс этот требует немало времени, положительно влияет на музыкальное, художественное и общее развитие дошкольника. Об этом говорят взгляды детей, их мимика, жесты, высказывания, поведение при встрече с музыкой. Слушая музыкальные фрагменты оперы Н.А. Римского-Корсакова «Сказка о царе Салтане» («Море», «Белка», «Ария Лебедь-птицы») дети говорят: «Ещё!», «Красивая музыка. Ещё послушаем?», «Включите про море с бочкой», «А про белку ещё будем слушать?». С удовольствием в движениях передают образы Царевны-Лебедь, феи Сирени и феи Карабос, мальчика Фрица и его друзей… Выбирают музыкальные инструменты, соответствующие звучанию предложенного музыкального фрагмента и музицируют на занятии. Живо откликаются на просьбу нарисовать понравившуюся музыку, при этом каждый ребёнок слышит в музыке свои особые краски и переносит их в рисунок. Дети проявляют активный познавательный интерес к музыкальным произведениям разного жанра, отзывчиво и эмоционально реагируют на музыку, сопереживают ей, охотно делятся своими впечатлениями друг с другом, с окружающими, постепенно формируются навыки слушания музыки.

Надеюсь и верю, что наши усилия будут плодотворными и сегодняшние воспитанники детского сада пронесут по жизни потребность в общении с высоким искусством и передадут её своим детям.

Литература:

1. Метлов Н.А. Музыка – детям. – М.: Просвещение, 1985.

2. Тарасова К.В., Петрова, М.Л., Рубан Т.Г., Шумова Т.М., Кабачек О.Л. Синтез (программа развития музыкального восприятия у детей на основе синтеза искусств). – М.: Виоланта, оригинал-макет, 2000.

3. Радынова О.П. Музыкальное развитие детей: В 2 ч. – М.: Гуманит. изд. центр Владос, 1997, ч.1.

4. Затеева Е.В. Малыш в мире искусств родного края: учебно-методический комплекс по художественно-эстетическому образованию дошкольников. – Изд.3-е. – Барнаул: АКИПКРО, 2010.

5. Рогаткина Т. Синтез искусств //Музыкальный руководитель №5. – с.7.

 

 
В условиях становления постиндустриального общества наиболее существенно встал вопрос: куда двигаться дальше? Каким будет общество завтра? И что для этого надо сделать сегодня?

Вопросы прогнозирования относятся к категории наиболее сложных, неоднозначных научных задач, имеющих разную степень точности и достоверности на различных этапах развития системы. Современная наука дает возможность в предвидении будущего целого ряда областей деятельности человека. В культурно-историческом пространстве переходного времени прогнозирование будущего становится насущной потребностью, а не простым любопытством. Время требует все более и более сознательного движения вперед в нашем развитии и оценке современности относительно прошлого и возможного будущего.

Всеобщий характер переходных процессов, охвативших в современной России все системные уровни и элементы культуры, обусловил высокую потребность общества в моделировании будущего по всем направлениям социокультурного развития. Побудительным мотивом для этого стали открытия синергетики, утверждающей, что именно перспективные идеи и модели будущего состояния системы запускают в момент выбора процесс ее саморазвития. Но осмысление будущего имеет первостепенную значимость и для решения современных проблем. По мнению Д.С. Лихачева, «Попытки заглянуть в будущее имеют значение не только для раскрытия будущего, но и для того, чтобы осознать настоящее – кроющиеся в нем возможности, отделить творческие силы от нетворческих» [Лихачев, с.167].

Для выстраивания моделей и стратегий культурного развития, отвечающих условиям современной научной парадигмы, важное значение имеют общеметодологические исследования, основанные на синергетических принципах и системном подходе, таких авторов, как М.С. Каган, Э.С. Маркарян, Н.Н. Моисеев, А.И. Уемов, В.В. Василькова и др.. По существу, сегодня начался переход к новому способу организации общественного бытия и соответствующему типу культуры. Выявить закономерности этого перехода возможно лишь при условии использования всеобщих методов, характеризующих процессы саморазвития любых сложных и сверхсложных систем, а значит – относящихся и к развитию общества и культуры.

В современных исследованиях формулируются основные положения разворачивания социокультурных процессов в русле синергетической методологии. В.В. Василькова неоднократно подчеркивает, что развитие мира происходит по нелинейным законам, т.е. нельзя сводить его к кумулятивной поступательности. «Темп и направление развития не заданы однозначно; отсюда – новое понимание проблемы управления сложноорганизованными системами: оно должно ориентироваться не столько на желание управляющего, сколько на собственные тенденции развития этих систем (выделено нами – И.Ж.), а также допускать возможность существования зон (и моментов), свободных от контроля – непредсказуемых» [2, с. 30].

Эта методология позволяет по-новому оценить тенденции и возможности развития системы образования, но требует некоторого уточнения. Нельзя просто калькировать даже эти универсальные методы исследования сверхсложных систем с естественных процессов на социальные и исторические, т.к. социальные системы содержат в себе особый элемент – человека, обладающего специфическим свойством, отсутствующим в природных системах – разумом и свободой выбора. М.С. Каган акцентирует внимание на одном из основных параметров синергетического подхода – соотношении закономерности и случайности. Он настаивает, что при изучении антропосоциокультурных систем требуется дополнительно учитывать отношение «необходимость – свобода», т.к. «в поведении человека случайные обстоятельства порождают то или иное действие лишь в результате свободно принимаемого им решения» [3, с. 61].

Рубеж ХХ – XXI веков внес своеобразие в характер, цели и направленность становления системы образования. В современных условиях стало очевидным, что традиционные цели образования, направленные на освоение суммы знаний, умений и навыков малоэффективны, т.к. не формируют внутренней мотивации на учебу, создают ситуацию перегрузок для детей, ориентированных на учебу и т.д.. Мотивированный процесс самообучения и самовоспитания формируется у сегодняшних школьников не столько в школе, сколько в среде их обитания, представляющей собой особую субкультуру. Именно там закладывается система ценностей личности, формируются собственные законы субординации и межличностных отношений. И если школа не отказывается от привычных формальных ролевых взаимоотношений учителя с учеником, когда учитель играет ведущую роль в качестве транслятора знаний, регламентирующего отношения объемом усвоенных знаний, то она обрекает себя на все большую изоляцию и отчуждение от тех, ради кого, собственно, и существует.

Изменившиеся цели образования – воспитание человека умелого и мобильного, воспитание человека духовного – требуют и иных подходов в обучении.

Новая образовательная парадигма направлена на расширение познавательных интересов учащихся, формирование индивидуально значимого знания для каждого ученика, которое возможно лишь в условиях совместной творческой деятельности учителя и ученика, в развитии у учащихся способности к самостоятельной продуктивной деятельности, в практическом применении полученных знаний, в формировании у учащихся осмысленной потребности приобретения новых знаний, необходимых для продвижения в собственном образовательном пространстве. Такой подход к содержанию образования является культуросообразным, он опирается на равноправное сотрудничество учителя и ученика, когда задачи их деятельности не исчерпываются поиском новых методик передачи знаний и овладением как можно большим количеством информации.

На сегодняшний день в педагогике определились четыре подхода в образовании:

– когнитивный (знаниевый),

– личностно-ориентированный,

– компетентностный,

– культурологический.

Каждый из этих подходов формирует собственные доминанты, ориентированные на достижение определенных результатов:

– знаниевый, являющийся традиционным, нацелен на получение определенной суммы знаний, умений и навыков;

– личностно-ориентированный обращен, прежде всего, к личности ребенка и нередко содержит в себе опасность заигрывания в ущерб системным знаниям;

– компетентностный способствует формированию целостной картины мира в сознании учащихся, но содержит в себе опасность аморфности знаний при отсутствии их системности.

– Главной задачей культурологического подхода в образовании является передача ценностей и смыслов культуры посредством интеграции всех четырех способов познания, открытых человеком: естественно-научного (основанного на эмпирическом опыте), интуитивного (совсем недавно считавшегося исключительно прерогативой религии), а также философского и художественного, синтезирующих эмпирический и интуитивный способы.

В условиях реформирования образования обострилась проблема его качества. Понятие качества образования гораздо шире, чем качества обучения. В отличие от обучения, понимаемого как способ передачи определенной суммы знаний, умений и навыков, образование – это процесс духовного становления личности. «Образ-ование» – «ваяние образа». Еще И. Кант определял образование как процесс, когда человек поднимается «из царства природы в царство Духа» и обретает способность по собственной воле совершать переход «из царства свободы в царство необходимости», которая понимается, прежде всего, как ответственность.

Принципиальным отличием культурологической парадигмы образования является понимание качества образования, которое, по сути своей, антипрагматично, т.к. строится на освоении ценностей и смыслов культуры, а не на гипотетической сумме знаний, кем-то определенных как необходимые, но в большинстве своем так и остающихся невостребованными в практическом опыте. Поэтому проблема восстановления шкалы ценностей сегодня звучит с особой остротой. Нельзя обучать, не воспитывая, а воспитывать, не обучая – это всегда процесс амбивалентный. Обучая математическим формулам, важно помнить, что они содержат в себе основания гармонии и красоты, и эта красота той же природы, что и красота цветка. Авиаконструктор Андрей Туполев утверждал, что некрасивый самолет не полетит. Таким образом, качество образования определяется: 1) мировоззренческой направленностью и 2) усвоенными знаниями. По определению Е.А. Ямбурга, «качество образования – это высокая духовность, честный взгляд в зеркало и четкое понимание того, что хочешь». В понятие «качественное образование» сегодня включается не только глубокое постижение и освоение определенной области знания, но и способность применения его в жизненной и профессиональной практике личности.

Однако, изменение образовательной парадигмы, основанной на современной системе ценностей, возможно лишь в активном творческом преобразующем процессе. Не случайно уже в 90-х годах ХХ столетия в отечественной педагогике появляется термин «культуротворчество», объединивший в себе ценностные основания культурологической модели образования и активный, деятельностный, подход к ее реализации. Автором и активным воплотителем культуротворческой модели образования в современной школе стала профессор Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена, член-корреспондент Российской академии образования Алиса Петровна Валицкая (Санкт-Петербург). Ее монография «Новая школа России: культуротворческая модель» стала программным документом для экспериментальной и инновационной деятельности многих школ России.

В бифуркационной ситуации, когда сломаны привычные стереотипы, связи, формы социокультурных процессов, идет сложный процесс самоорганизации за счет внутренних факторов, имманентно присущих данной системе, и внутренних стимулов, с одной стороны, и проявление субъективных потенций в сложной совокупности внешних обстоятельств – с другой. Изменение политических, социально-экономических основ общества с неизбежностью повлекло за собой новое структурирование культурных процессов, которое, в свою очередь, потребовало серьезных изменений в подходах к управлению ими. Однако принятые сегодня в России модели развития культуры, как правило, прозападного образца, вступают в глубокое противоречие со сформировавшейся отечественной историко-культурной традицией. Сегодня необходимо осознать, что становление культурной политики должно происходить, в первую очередь, с позиций самодетерминации, внутреннего целеполагания.

Культурная политика является составной частью социальной и культурной политики. На ее основании формируются научные концепции культурного движения, соответствующие планы и рекомендации. И в то же время необходимо переосмысление роли субъективного и объективного факторов в выстраиваемой стратегии, т.к. прошло время командного стиля руководства, основанного на директивном методе, осуществляемом от центра к периферии.

В условиях становления информационного общества, существующего по законам рынка, изменяется структура и векторы образовательной политики. Образование рассматривается теперь не столько как базовый фактор становления, устойчивости и развития общества, сколько как сфера услуг. Образовательные учреждения нередко оказываются перед дилеммой: с одной стороны, насыщение рынка и удовлетворение потребностей общества социально значимыми образовательными услугами, а с другой – задача сделать это в условиях ограниченных ресурсов. Названные проблемы порождают необходимость развития маркетинга в некоммерческих организациях, призванного решить две взаимосвязанные цели: 1) достижение наиболее полного удовлетворения потребностей «целевых аудиторий»; 2) увеличение бюджета организации с тем, чтобы оставаться конкурентноспособным на рынке образовательных услуг.

В ходе становления рынка образовательных услуг возникает проблема соотношения фундаментальности и специализации в образовании. Усиление фундаментальности в подготовке специалистов, с одной стороны, отдаляет потребность в послевузовской профессиональной переподготовке, благодаря долговечности и относительной универсальности фундаментальных знаний, но, с другой, стороны, увеличиваются затраты временных, а теперь нередко и финансовых ресурсов на адаптацию выпускников по месту работы. Узкая же специализация влечет за собой опасность несоответствия спроса и предложения.

Все обозначенное выше свидетельствует, что сегодня назрела насущная необходимость парадигмального изменения системы общего образования. От традиционных подходов, основанных на доминирующей функции естественнонаучных знаний и технически-ориентированных умений и навыков, необходим переход к гуманистической, культуросообразной модели образования, нацеленной на формирование саморазвивающейся, социально-ориентированной личности, способной к самореализации и к свободному (культурно- и социально-обусловленному) выбору, обладающей высокими морально-нравственными устоями, вооруженной ценностными гуманистическими ориентирами, гражданственным самосознанием.

Содержание образования в такой школе должно быть сконцентрировано на ценностях мировой, национальной и региональной культуры. Критериями качества образования становятся не только знания, умения и навыки (которые являются лишь средствами образования), но и развитость, культурность, воспитанность и здоровье учащихся. Модернизацию учебного плана важно осуществлять в направлении перехода от предметного преподавания к интегративному, по областям знаний. Помимо введения в учебный план предметов общекультурного и развивающего характера, необходимо вычленять культуротворческие аспекты содержания во всех образовательных областях. Значительную роль в реализации культуротворческой составляющей школьного образования может сыграть широкая система дополнительного образования. Для уменьшения объема учебной нагрузки без содержательных потерь необходимо применение интенсивных технологий обучения. Подобные подходы к обучению обеспечивают свободу самореализации личности учащегося и способствуют социально-экономическому прогрессу общества.

Историческая наука периода социализма, исследуя проблему роли личности в истории, практически сводила ее к нулю, обосновывая указанные положения историческим детерминизмом. Использование методологии синергетического подхода актуализировало значение субъектного аспекта истории. Именно субъективный фактор определяет направленность и качество человеческой деятельности, что собственно, и является историко-культурным процессом, а культурология выдвигается на роль своеобразной теории познания, главным принципом которой становится культурный детерминизм.

Центральной фигурой образования сегодня становится учитель, являющийся носителем, хранителем и транслятором этих ценностей, модернизирующий технологии обучения. Новые подходы в образовании требуют от педагога помимо предметно-специальной подготовки выработки иной системы способностей, основанной на деятельностной доминанте, создающей условия для реализации методологии сотрудничества и эвристической, творческой деятельности.

Чтобы научить детей творчеству, учителю самому необходимо быть творцом. И дело не только в личных качествах человека, ставшего на тернистый путь педагогической деятельности. Для творчества необходим запас, и даже избыток, свободной созидающей энергии. Что может сегодняшний учитель – уставший, издерганный материальными проблемами и социальной неустроенностью, заваленный рутиной бумаготворчества в виде бесконечных отчетов, справок и т.п.? Какой энергией он может поделиться с сотнями детей, ежедневно проходящих через его руки?

Ученые, занимающиеся проблемами философии образования, приходят к трагическим выводам: больной, уставший учитель опасен для социума. Отсутствие здоровья, внутренней и внешней гармонии – знаменательный показатель отсутствия культуры. И если сегодняшняя школа пока сама не в состоянии решить ряд социальных и экономических проблем учительства, то, развиваясь в направлении культуросообразности, она должна изменить отношение к личности учителя и повернуть его самого к себе лицом. Культуротоворческая модель школы призвана кардинально решить проблему психолого-соматической реабилитации учителя, обучить его основам самовосстановления, самооздоровления, что приведет к повышению адаптивной устойчивости организма педагога и создаст условия для активизации его творческих способностей.

Когда заходит речь о культуротворческой модели школы, нередко педагогами, родителями, учениками понятие «культура» в образовательном процессе определяется как реализация этических и эстетических оснований в стиле общения на уроке, введение факультативных занятий, рассказывающих об искусстве и т.п.. Но культура не может быть транслирована в виде некоей суммы установок и готовых знаний. Она вызревает как собственный уникальный образ мыслей и поступков. Школа, выстраивающая культуротворческую модель, должна создать такие условия для ребенка, когда он сам начинает действовать культурно, творчески выбирая и применяя на практике ценности, знания и образцы.

Изменение содержание образования невозможно без изменения принципов структурирования образовательного процесса. В культуросообразной модели школы невозможен предметно-дисциплинарный подход. Это удел сциентистского или когнитивного подхода. Культура же по природе своей интегративна, полисистемна. Поэтому и знания, даваемые культуротворческой школой, должны быть универсальными (универсум – целостность, полнота). Только такое образование создаст условия для удовлетворения главного запроса сегодняшней России – создание уникального человеческого капитала, способного к самосохранению и самовоспроизводству. Поэтому модернизация образования, по определению А.П. Валицкой, «возможна и необходима только через развитие новой модели школы как единого образовательного пространства, структурирующего универсум современного знания в формах гуманитарной ценности» [Валицкая, электронный доступ http://www.portalus.ru/].

Развитие школы в русле культуротворческой парадигмы осуществляется при следующих условиях:

1. совершенствования профессионального мастерства учителя, становления учителя творческого типа;

2. использования педагогических технологий, построенных на принципах интеграции, инкультурации (погружение в пространство культуры) и диалога (субъект-субъектные отношения);

3. наполнения содержания образования культурологической компонентой, «пропитывающей» все учебные предметы ценностными смыслами;

4. выстраивания образовательного процесса в русле проектной деятельности на основе компетентностного подхода;

5. разработки системы дополнительных образовательных программ, осуществляющих процесс социализации и воспитания учащихся.

Идея создания модели культуротворческой школы обусловлена становлением современного направления философии образования, основанной на принципах взаимообусловленности образования и культуры, культуроцентризма и культуросообразности образовательного процесса в целом, необходимостью усиления культурологической составляющей содержания образования.

В основании модели культуротворческой школы лежит идея о том, что школа организует пространственно-временной континуум образовательного процесса (т.е. непрерывный и целостный образовательный процесс на протяжении всех лет обучения в средней школе), в соответствии с логикой становления образов мира, соотнесенных с собственными возможностями становления личности. По определению А.П. Валицкой, «Образованный человек – не тот, кто обучен технологиям, операционным навыкам работы в определенной сфере общественного производства. Это человек, владеющий образом мира, соотнесенным с его собственными способностями, целями и ценностями. Это человек родной культуры, идентифицированный к ней, способный не только адаптироваться (приспосабливаться) к наличному социуму, но свободно ориентироваться, защищаться от его негативных воздействий и созидательно действовать в нем… Такую возможность имеет только человек, обладающий устойчивой системой мировоззренческих представлений, и задача современной школы состоит в том, чтобы дать своему выпускнику такую систему».

Модель культуротворческой школы предлагает эволюционный путь изменений, основанный на осознании того, что происходит с ребенком в современном информационном пространстве; на вписывании в это пространство школьного образовательного процесса; на организации заданного стандартом объема предметной информации, позволяющей молодому человеку выстроить в своем сознании целостный, открытый, по возможности, – непротиворечивый образ мира и человека в нем.

Образовательная программа такой школы должна отвечать принципу универсальности, включающему в себя:

1) фундаментальное специальное знание;

2) психолого-педагогический и психолого-соматический инструментарии;

3) методический компонент;

4) комплексное гуманитарное знание о мире, которое, собственно, и определяет качество образованности.

И основными принципами развития современной образовательной парадигмы, построенной на культуротворческих основаниях, становятся следующие положения:

– образование – это сфера единства личного и государственного интереса;

– школьное пространство и школьный образовательный процесс культуроцентричны и культуросообразны;

– культурологическая составляющая учебных программ является основанием целостности и единства образовательного пространства школы.

Сегодня в трудах ученых, занимающихся философией образования (М.С. Каган, А.П. Валицкая, Л.М. Мосолова, Е.А. Ямбург, Ф.Т. Михайлов и др.), красной нитью проходит мысль о том, что приоритетной моделью современной школы должна стать культурообразующая модель, т.к. она, с одной стороны, опирается на национальные особенности образования как сферы социокультурной практики, а с другой – она перспективна для мирового сообщества в целом.

Г.И. Петрова рассматривает образование как «механизм адаптации человека к реальностям изменившегося мира» [8, с. 39-51]. Из этого положения закономерно вытекает, что формирование нового социокультурного пространства напрямую зависит от поиска новых образовательных стратегий. В условиях утраты единства и однородности культурного пространства бытие человека приобретает черты многосмысловой системы, позволяя, в свою очередь, рассматривать образование как поликультурное пространство. М. Мид выделяет два типа культур: постфигуративная, в которой взрослые живут по принципу «преемственности жизни», где модель жизни взрослых – схема жизни для детей и префигуративная – культура, которую строят, где «взрослые также учатся у своих детей» [6].

Образовательная парадигма, задающая определенные образовательные ценности и цели, всегда жестко скоррелирована с государственной моделью и соответствующим ей типом культуры. Если сущность человека сведена к ролевой функции («винтик» в государственном «механизме» тоталитарного общества), то и школа оказывается нацеленной на передачу конкретных позитивных знаний, где роль гуманитарных наук низводится до уровня второстепенных, обслуживающих основной блок естественных, математических и политехнических предметов, обеспечивающих индустриальный прогресс. Гуманитарные предметы приобретают черты наукообразности, из которых выхолащивается главная их составляющая – ценностный аспект, а искусство вообще оказывается чуждым элементом, и, в лучшем случае, играет гедонистическую (развлекательную) роль, либо выполняет социальный заказ государства в качестве одного из средств идеологического воздействия. Воспроизводство социальной модели и соответствующей ей культуры становится целью образовательного процесса, а ребенок – лишь средством этого производства. Обучение в такой культуре «суеверно», так как тип коммуникации между учителем и учеником – однонаправлен.

Если же государство заинтересовано в подлинном прогрессе, оно не может не осознавать, что осуществить этот прогресс может только сообщество культурных индивидов. Русские мыслители, философы, такие, как Н.А. Бердяев, П.А. Флоренский, Н.К. Рерих и другие убедительно доказали, что без культуры не может быть цивилизации. Культура же, с ее опорой на нравственность, этическое начало, способна развиться лишь в индивиде. Гуманистическая образовательная парадигма порождает диалогический тип коммуникации, который основан на принципе диалектического единства индивидуального и всеобщего, когда участники образовательного процесса находятся в субъектной (или другодоминантной) позиции. Жесткое тематическое планирование уступает место деятельностному проектированию; предметное содержание оформляется в средство образования человека, теряет свою статичность и оформляется в эвристический диалог, основанный на предпочтениях и образовательных запросах учащихся.

Просвещенческая образовательная парадигма, выросшая на дефинициях Р. Декарта «мыслю, следовательно существую» и К. Линнея «человек разумный», построенная на принципе передачи ученику совокупности естественно-научных и математических знаний оставалась актуальной вплоть до конца ХХ века, главной задачей которой являлось быстрое и эффективное превращение ребенка в «человека разумного». При этом система нравственного, эстетического, художественного воспитания мыслится как второстепенный процесс, производный от образовательного и передается в форме набора неких идеологических или «общечеловеческих» (а значит – «ничьих», т.е. культурно недетерминированных и, следовательно, личностно неактуальных) постулатов.

В период перестройки и некоторого духовного плюрализма возникает попытка заменить или дополнить воспитательные идеологические конструкции традиционного образования введением религиозного образования. Однако, эти начинания не дали желаемых результатов, т.к. соединение рационально-сциентистского сознания с религиозным в существующих ныне формах невозможны, ибо имеют противоположные предметы (материальный мир и трансцендентный), а значит – и методы познания.

Выход из создавшегося положения возможен лишь при изменении отношения к детству как особому, но полноценному состоянию человека, содержащему в себе главный механизм саморазвития – способность к творчеству. Как определяет К.С. Пигров: «Культурологически детство – всегда предстает как творчество… Поэтому не только взрослый учит ребенка, но и ребенок учит взрослого, именно, – раскрывая дионисийское измерение мира, ребенок учит взрослого творчеству… Только в столкновении с плодоносным хаосом ребенка образование раскрывает в полной мере свое аполлоническое начало… Постижение детства всегда оказывается исследованием и испытанием творческого процесса в той форме, как он сложился в данной культуре, – испытанием того, – в какой мере эта культура способна дать ответ на вызов мира. Если образование в кризисе, то есть культура не в состоянии справиться с ребенком, то это грозный симптом того, что эта культура и эта цивилизация могут не справиться и с другими внешними вызовами» [9, с. 20]. Свойственные детскому возрасту яркое эмоциональное восприятие окружающего мира, способность к его одухотворению, мощное творческое воображение, стимулирующее продуктивную деятельность, реализующуюся в художественно-образном воссоздании реальности – все эти качества являются необходимым базисом для развития в более старшем возрасте научных и технических способностей. «Качества, характеризующие детство, могут и должны сохранить свою действенную творческую силу рядом с новыми способностями, обретаемыми взрослым. Только в этом случае будут преодолены односторонности «человека разумного» и «раба божьего» в разносторонне-богатом новом историческом типе личности – «человеке человечном» [4, с.9]. Эту дефиницию М.С. Кагана можно определить как кредо современной модели образования.

Роль школы при этом состоит в создании системы благоприятных условий для осуществления личностной самоидентификации, самовыражения, самоопределения по отношению к природе, культуре, обществу, самому себе. Такая модель создает прецедент становления истинно современной, конкурентноспособной, национально-особой школы.

Библиографический список

1. Валицкая, А.П. Новая школа России: культуротворческая модель. Монография. Под ред. Проф. В.В. Макаева. – Санкт-Петрбург: изд. РГПУ им. А.И. Герцена, 2005. – 146 с.

2. Валицкая, А.П. Региональный принцип в парадигмальных характеристиках образования / А.П. Валицкая // Дети Севера: тезисы докладов и сообщений IV Международной конференции «Ребенок в современном мире» (8-10 октября 1997 г.). – СПб., 1997. – С. 9-12.

3. Валицкая А.П. Российское образование: модернизация и свободное развитие – http://www.portalus.ru/modules/shkola/rus_readme.php? subaction=showcomments&id=1192626383&archive=1196815384&start_from=&ucat=&#

4. Василькова, В.В. Порядок и хаос в развитии социальных систем: Синергетика и теория социальной организации / В.В. Василькова. – СПБ,: Изд-во «Лань», 1999. – 480 c.

5. Каган, М.С. Введение в историю мировой культуры / М.С. Каган. Кн. 1 Историографический очерк, проблемы современной методологии. Закономерности культурогенеза, этапы развития культуры традиционного типа – от первобытности к Возрождению. // – СПб.: ООО «Издательство «Петрополис», 2000. – 368 с.

6. Каган, М.С. Отношение к детству как явление культуры / М.С. Каган // Дети Севера / Тезисы докладов и сообщений IV Международной конференции «Ребенок в Современном мире» (8-10 октября 1997 г.). – СПб., 1997. – С. 16-19.

7. Лихачев, Д.С. Будущее литературы как предмет изучения / Д.С. Лихачев // Новый мир. – 1969. – № 9. – С. 167-185.

8. Мид, М. Культура и мир детства. Избранные произведения / М. Мид; пер. с англ. и коммент. Ю.А. Асеева; сост., авт. послесл., с. 5-30, и отв. ред. И.С. Кон] М.: Наука, 1988 – 429 с.

9. Мосолова, Л.М. Общекультурная подготовка как основа образования учителя // Диалоги об образовании. Российский и шведский опыт // Учебники для вузов. Специальная литература.– СПб.: Изд-во «Лань», 1999. – 544 с.

10. Петрова, Г.И. Образование в системе культуры // Образование и наука: современные стратегии развития: межвуз. Темат. Сб. ст. и материалов к Междунар. Конгрессу «Образование и наука на пороге третьего тысячелетия» // Россия. Новосибирск, 4-9 сент. 1995 г. / Под ред. Г.И. Петровой. – Томск : Изд-во Том.ун-та. – 1995. – 248 c.

11. Пигров, К.С. Детство как социально-философская проблема / К.С. Пигров // Дети Севера: тезисы докладов и сообщений IV Международной конференции «Ребенок в современном мире» (8-10 октября 1997 г.). – СПб., 1997. – С. 19-21.

 

 

Ни для кого не секрет, что наша жизнь перенасыщена информацией. Если в древности люди жили в замкнутом мире – племена, общины и т.п., то со временем обмен информацией с другими культурами оказывал все большее влияние на собственную культуру, собственные ценности, язык, обычаи и т.д. В наши дни мы, по моему мнению, находимся на пике диалога культур. Конечно, в этом диалоге много положительного, особенно после нашего недавнего прошлого, когда существовали барьеры, мешающие свободному общению с иностранцами, особенно из так называемого капиталистического лагеря, наши граждане не могли свободно выехать за рубеж, все знают и о существовании «глушилок», которые создавали трудности для радиовещания на нашу страну. Правда и в те времена бывали дни национальных культур, международные фестивали, международные спортивные соревнования, ведь поставить непроницаемый занавес невозможно. Конечно, все это пропускалось через идеологический фильтр.

В последние годы все запреты были сняты, и на нас обрушился необъятный поток информации, который уже с трудом можно назвать диалогом культур. Это скорее агрессия зарубежных культур на наши духовные и культурные ценности, на наш язык, речь, на наше мышление. К тому же, Россия не отстает и по компьютеризации, которая в свою очередь несет дополнительные объемы информации, а в виду своей специфичности, подчас, оказывает большее влияние, чем традиционные способы обмена информацией, особенно на молодежь. О положительном влиянии культур друг на друга, о достижениях мы спешим протрубить, а вот о негативном – иногда забываем. Поэтому хотелось бы остановиться на проблеме гиперпространства, негативных проявлениях информационной культуры. Они изменяют, нивелируют наши духовные и культурные ценности, представления о прекрасном, формируют новый вариант русского языка. Тем более, что все это происходит рядом с нами – в наших школах с нашими учениками, в наших домах с нашими детьми, а порой и с нами самими.

Как учитель информатики, я бы хотел остановиться на пользователях персонального компьютера. Вольно или невольно все более широкие слои населения вступают в ряды компьютерщиков. И если большинство из нас познакомились с ПК в зрелом возрасте, то наши дети изучают информатику в школе, к тому же все большее количество школ ведет обучение информатике с младших классов. С домашними компьютерами наши дети знакомятся и в дошкольном возрасте. И сразу же у нас, в большинстве случаев, возникают ассоциации отнюдь не положительного характера.

Во-первых, так называемая, компьютерная зависимость, или, как еще говорят, виртуальная реальность – когда реалии повседневной жизни, у человека замещаются компьютерными образами. Даже дети по этому поводу могут рассказать «случай», как один мальчик пошел через дорогу, несмотря на движение транспорта, думая, что если собьет машина, то он «перезагрузится» и пойдет снова. Представьте, о каких духовных ценностях или культуре можно говорить в данном случае.

Во-вторых, компьютерный сленг – слова и выражения употребляемые компьютерщиками. Данную речь можно определить и как арго или жаргон – речь профессионально замкнутых групп, но в том-то и дело, что эти выражения перекочевывают из профессионально замкнутых групп в нашу повседневную речь. Такие слова как «мать», «винт», «клава», «проц», «сидюк», «компаха» и т.д. произносят при разговоре об устройстве компьютере, или – «коды», «программулина», «прога», «примочка», «гамесы», «гамовер» – при разговоре о программном обеспечении, а что можно услышать в разговоре об Интернете – «аська», «звонилка», «качалка», «поисковик». Обратите внимание, что вся эта смесь из русских и иностранных слов имеет пренебрежительный оттенок. А что творится при общении в чате? Здесь в ход идут уже далеко не жаргонные выражения, к тому же принципиально игнорируется грамматика. А ведь по статистике подавляющее количество посетителей чатов – подростки 12-16 лет.

В-третьих, внешний вид – долговязый, неопрятного вида юноша, обязательно в очках. Откуда этот образ? Вспомните фильмы, кстати, как отечественного, так и зарубежного производства. Это уже сложившийся стереотип. А разве так должен выглядеть нормальный ученик?

В-четвертых, наша озабоченность – что он там увидит или прочитает, в этом компьютере и Интернете? И действительно, безграничное море информации содержит не только полезную, добрую информацию, но и откровенную «грязь», которая может встретиться не только в Интернете, но и на тех носителях, которыми обмениваются компьютеризированные подростки.

Список опасностей можно продолжать и далее, но все они сводятся к нескольким аспектам:

– нарастающий поток информации и компьютеризацию нашей повседневной жизнедеятельности не остановить, уже возникла необходимость в этом информационном «обжорстве»;

– влияние поступающей информации настолько сильно, что формирует не только новые образы, но и новую культуру поведения и речи, роль информационной культуры в нашей жизни возрастает;

– подросткам легко доступна кроме всего прочего и негативная информация.

Поэтому, прежде всего, необходимо сформулировать задачу, стоящую перед педагогическим коллективом любой школы, по формированию гармонически развитой личности в условиях информатизации общества. Это, на мой взгляд, формирование ценностных позиций пользователя персонального компьютера.

Каковы же пути решения этой задачи? Единого рецепта, конечно же, нет. Но основные направления работы можно определить.

1. Деятельность учителя не может сводиться к тому, чтобы «надзирать и наказывать», т.е. выполнять роль фильтра, допускающего до сознания учеников лишь качественную продукцию. Информационная перенасыщенность изменила классическое отношение учитель-ученик, понимаемое как дающий-воспринимающий. Проблемы, с которыми сталкивается порой «старший» и «младший», требуют особых, невиданных навыков и привычек, которых, зачастую, нет ни у того, ни у другого. И эти проблемы не вписываются в классические понятия вкуса, эстетической потребности или долга. Например, у нас в школе функционирует Интернет-центр, где любой желающий имеет возможность выйти в Интернет и «побродить» по его просторам. И какая же юная особа не пожелает зайти на сайт группы Тату. А там с течением времени на фото дуэта остается все меньше одежды. Как в этой ситуации поступить учителю? Запретить, мотивируя предназначением школьного компьютера только для доступа к образовательной информации или разрешить, так как на телевидении показывают еще откровеннее? А может вообще прикрыть этот Интернет-центр? Как бы Вы поступили?

А новостные сайты? Ведь новости бывают разные. В таких ситуациях, учитель, как имеющий более богатый жизненный опыт, должен корректно и ненавязчиво направить ученика по правильному пути. Кстати, правильность тоже может быть спорной. И, повторюсь, ни в коем случае не запрещать, помните, запретный плод сладок. Данная работа должна, кроме всего прочего, носить личностный подход. Так, одно и тоже понятие, одна и та же ситуация, может одного подростка смутить, другой же не заметит в этом чего-либо «криминального».

2. Понятие информационной культуры достаточно широкое, включающее также и информационный этикет, правила культуры общения с компьютером. Например, ученики старших классов, особенно имеющие компьютеры дома, не задумываясь и не спрашивая разрешения у учителя, часто применяют настройки элементов управления компьютером в соответствии со своим вкусом и привычках, совершенно не заботясь о том, что другие ученики, особенно младших классов, путаются и теряются не обнаруживая на привычном месте каких-нибудь значков или увидев вместо привычной картинки что-нибудь экзотическое. «Поработал – прибери за собой» – это актуально и для пользователя ПК.

Еще одно проявление «компьютерного бескультурья» учеников – порча работ других пользователей. Ради забавы или, может быть, «из вредности», некоторые ученики портят рисунки, тексты или другие документы, созданные одноклассниками. Иногда дописывают что-либо «интересное». Вот здесь можно и запретить, при этом желательно, чтобы учитель обладал достаточными навыками для предотвращения подобного рода ситуаций, специальным образом настраивая компьютер и проводя квалифицированный контроль. А также разъяснять эти ситуации с точки зрения этики.

3. Речь. На различных форумах обсуждается чистота русского языка и целесообразность употребления иностранных слов и выражений. Единого мнения нет и, наверное, не будет. Но вести разъяснительную работу все же необходимо. Например, на уроках об устройстве компьютера я, кроме английских, общепринятых, названий комплектующих обязательно привожу российские названия, поясняя особенности развития российской науки в советское время. Привожу примеры и жаргонных выражений, акцентируя внимания на пренебрежительности, обязательно указываю: как все же следует называть ту или иную принадлежность. Порой возникает необходимость и в дополнительных пояснениях, что «опускание» в языке ведет в «опускании» и личности до уровня помойки. Что язык – это внешний облик человека, его отношение к окружающим. А если это отношение не достаточно высоко, то как требовать высокого отношения от окружающих к себе.

4. Образ. Само образование является выстраиванием образа. Высокие образы современников и светлые образы литературных героев требуют воплощения в воспитаннике. Классический пример образа с проблемой личного выбора – стихотворение Маяковского «Что такое хорошо и что такое плохо». А темы сочинений – «Образ чего/кого в произведении такого-то». Наша жизнь показывает ученикам образы не только на уроках литературы и МХК, но и в средствах массовой информации, на телевидении, посредством компьютера. Вспомните: как ходили мы в школу, о школьной форме. А какие бесформенные вещи носят некоторые подростки сейчас. Ведь это образ подростка с экрана телевизора.

Конечно это тоже спорный вопрос, вопрос модной одежды. Но в том-то все и дело, что в современном образе подростка сквозит пренебрежение к устоям морали, культурным ценностям. Запад отболел битниками, а у нас как раз подросло «разбитое» поколение, отвергающее социальные ценности. Хиппи, выражающие протест против общепринятой морали, ведущие бродяжнический образ жизни также пришли с Запада, из иной культуры. И, если движение хиппи в России, вроде бы не заметно, то слова «хипповать», «хипповый» у нас прижились. Вот Вам и диалог культур. Что можно этому противопоставить? Только действенный образ, который взволнует подростка и заставит подражать. Наша задача создать такой образ, основываясь на истинных культурных и духовных ценностях, на традициях нашего народа, нашей культуры. Благо, что и на телевидении стали появляться картины и передачи способствующие этому.

5. Культура общения в сети Интернет. Так называемый чат. Особенность состоит в том, что вы обмениваетесь текстовыми сообщениями, не видя собеседников, а ваши тексты видны всем участникам беседы. Конечно, это здорово, когда нет географических границ, и вы можете пообщаться с единомышленниками не зависимо от их местоположения, но стираются и некоторые моральные границы. Собеседники не видят друг друга и могут позволить такие выражения, которые в глаза бы не сказали, к тому же все сказанное одному – известно всем собеседникам и они могут «влезть» в ваш разговор. Уже существуют специальные книги об этике в чате, о культуре общения. Самый главный бич – это мат. Некоторые с его помощью хотят привлечь к себе внимание, кто-то им выражает ярость, а кто-то просто не находит других слов. Кроме того, существует проблема приветствий и своего представления. Да и называют себя собеседники по-разному. Можно встретить и Шоколадку, и Крутого, и Звезданутого, модно «обзываться» Кулом (от английского cool) и т.п. (Все имена взяты с чатов на народ.ру) Для решения подобной проблемы или, хотя бы, профилактики, мы, в компьютерных классах организуем общение по локальной вычислительной сети, то есть мини-чат, среди учеников класса, на факультативах и т.п. При этом поясняем: как представиться, как поприветствовать других, обязательно делаем акцент на необходимости уважения к остальным участникам беседы.

Все эти проблемы необходимо обсуждать на учительских форумах, делиться опытом и решать. Ведь это наши дети, наше будущее.

 

Реализация компетентностного подхода в информатике

 

Понятие «компетентностный подход», получившее распространение в начале XXI века в связи с дискуссиями о проблемах и путях модернизации российского образования, предполагает не усвоение отдельных друг от друга знаний и умений, а овладение ими в комплексе. Одна из ключевых компетентностей, предлагаемых Правительственной Стратегией модернизации образования, – информационная. Данный подход предполагает:

• научить получать знания (учить учиться);

• научить работать и зарабатывать (учение для труда);

• научить жить (учение для бытия);

В данной статье показываются некоторые методы и приемы реализации мною компетентностного подхода на уроках информатики.

 

Учить учиться

Данное направление является одной из основных задач не только информатики, но и школы в целом. Ученик должен усвоить информационные технологии на таком уровне, который позволил бы использовать полученные знания для их расширения. Например, самый актуальный сейчас вопрос – Интернет. Ученику часто приходится пользоваться Интернетом для поиска информации. На уроках я уделяю особое внимание правилам поиска информации, формулировки и построения запроса, использования специальных символов для выборки. Полученную информацию необходимо обработать. При изучении текстовых редакторов мною используются задания, в которых необходимо отформатировать готовый текстовый фрагмент, проверить орфографию, добавить изображения, распечатать.

Актуальным является также дистанционное обучение на различных курсах. Мы рассматриваем такую форму обучения, ученики, по желанию, привлекаются на некоторые из курсов. Активно участвуют школьники и в дистанционных конкурсах, способствующих развитию этого направления.

Электронные энциклопедии, мультимедийные диски являются очередным вариантом развития познавательной активности учащихся и умения работать с информацией.

Используя проектную деятельность, я стараюсь учить самостоятельности и уверенности в работе с информационными технологиями. При проверке особое внимание обращаю на источники, соблюдение авторских прав.

 

Учение для труда

Большинство практических заданий при изучении информационных технологий носят именно прикладной характер. Как правило, их описания начинаются словами – «Вы продавец магазина…», «Вы водитель…», «Вы руководитель предприятия…». Используя такие задачи легче объяснить новый материал, показать приёмы работы в программных средствах. Ученики свободнее вникают в информационную среду, активнее работают на уроке.

Некоторые учебные вопросы, как например, создание баз данных, мультимедийных презентаций, электронных таблиц рассматриваются мною в виде проектов, выполняемых группой. Это позволяет формировать чувства коллективизма, ответственности за выполнение задачи, чувства соперничества и сотрудничества. При этом команда, как правило, выбирает руководителя, происходит распределение задач, в том числе выбирается ответственный за хранение информации (варианта проекта). Работа команды не ограничивается учебным временем, используются и домашние компьютеры. Очень интересен итог, точнее, анализ деятельности команд. Успешно выполнившие проект, с блеском в глазах, иногда перебивая или дополняя друг друга, рассказывают школьники о путях решения проблем, поиске информации, вариантах представления проекта и т. д. К сожалению, имеются и «провальные» проекты, но, разбирая порядок работы данных групп, можно указать в качестве примера и негативные моменты. Как говорится «отрицательный опыт, тоже опыт». Подобная проектная деятельность эффективно готовит учеников к работе в коллективе.

 

Учение для бытия

Рассматривая вопросы информатики, я не забываю приводить примеры из жизни, которая полна различными информационными устройствами. А ученики, пользуясь ими, часто даже не замечают их причастности к информатике. Например, рассматривая разрядность процессоров, мы вспоминаем 8-и и 16-ти разрядные игровые приставки типа «Дэнди». Вопрос о разрешении экрана монитора сопровождается выяснением разрешения экранов мобильных телефонов. Вопросы изучения типов файлов также начинаются с типов загружаемых в мобильник файлов.

Как воспринимает информацию холодильник? Каков размер информации о состоянии лампочки? Сколько снимков войдёт на компакт диск, снятых 10-тимегапиксельным фотоаппаратом? Какой продолжительности можно записать речь на дискету с максимальным качеством? Какой модем лучше? Именно такие вопросы задаются ученикам при рассмотрении той или иной темы, именно этими вопросами поднимается проблема и решается средствами информатики. Часто ученики развивают тему, порой приходится давать задания для рассмотрения дополнительного материала, выходящего за рамки программы.

И теперь многим родителям приходится принять, что их дети в электронных устройствах разбираются значительно лучше.

В заключение хотелось бы отметить, что в имеющихся учебниках информатики крайне малое количество примеров востребованности знаний в реальной жизни. Как следствие, учителю необходимо самому «находить» такие примеры.

 

 
Наша школа с 2005 года является Федеральной экспериментальной площадкой для осуществления проекта «Конструирование и реализация модели культурологической школы в условиях военного городка».

Идея создания культурологической школы обосновывается новым направлением философии образования – необходимостью усиления культурологической составляющей образовательного процесса, взаимосвязи образования и культуры. Принцип целостности образа мира требует отбора такого содержания образования, которое поможет учащемуся удерживать и воссоздавать целостность картины мира, обеспечит осознание им разнообразных связей между объектами и явлениями и в то же время сформирует умение увидеть с разных сторон один и тот же предмет.

Использование современных образовательных технологий позволяет на основе личностно-ориентированного подхода к каждому ученику развивать его индивидуальные способности, прививать интерес к предмету, помогает лучше понять и усвоить учебный материал, организовать самостоятельную работу (приложение 15).

Только оптимальное сочетание всего многообразия форм урока может способствовать успешному развитию личности учащихся.

Являясь участником группы учителей-экспериментаторов, я активно включилась в разработку уроков интегративного типа, так как они способствуют формированию единой, целостной картины мира в сознании учащихся.

Межцикловая интеграция позволяет за сравнительно короткое время узнать интересы ребенка и наметить пути их развития. Если ученик воспринимает информацию эмоционально, если его в ней что-то поражает, озаряет, то связи, образовавшиеся именно в такие моменты, укрепляются, дифференцируются. Они совершенствуют природные задатки личности.

Следовательно, интегрируя, мы работаем над такими сквозными понятиями, которые являются объектом изучения разных наук. Усваивая их на одном уроке, ученик углубляет свои знания о принципах опорных понятий, обобщает их, устанавливает причинно-следственные связи. Кроме этого предусматривается построение занятий в логике психолого-возрастного развития личности ребенка и ведения уроков, где учитель и ученик – равноправные участники образовательного диалога.

Совместно с учителями-экспериментаторами мною были разработаны и апробированы на практике интегрированные уроки:

– «Десятичные дроби» (интегрированный урок МХК, математики, географии в 6 классе).

– «Коррозия и памятники» (интегрированный урок МХК и химии в 9 классе).

На уроках активно использую мультимедийный проектор. Мною создаются презентации для наглядного представления материала, выводятся на экран примеры практических заданий. Активно привлекаю учащихся к созданию собственных презентаций к урокам, электронных версий исследовательских работ (примеры ученических работ размещены на школьном сайте по адресу: http://www.alted.ru/oo540). В результате возросла эффективность использования учебного времени, что позволило более тщательно использовать дифференцированный подход в обучении.

В 2008 учебном году в кабинете появилась интерактивная доска. Сейчас уроки идут с использованием ее возможностей.

Например, при изучении темы «Архитектура Древней Руси» учащиеся не только знакомятся с основными элементами храма, которые демонстрируются на доске, но у ребят появляется возможность самим, стоя у доски, в сенсорном режиме смоделировать храм из отдельных частей. Таким образом, повышается интерес, активно работает зрительная память, значительно увеличивается эффективность учебных занятий.

Или же урок из раздела «Художественная культура в годы второй мировой и Великой Отечественной войн», тема «Общая характеристика периода». Урок проводится мною с использованием компьютерных технологий. Так как урок насыщен информацией, я провожу его с использованием презентаций и с элементами ролевой игры («историк по ВОВ», «историк по Движению Сопротивления», «представитель по культуре от СССР», «представитель западной культуры»).

Творчество учащихся проявляется в разработке презентаций к разным этапам урока, в исполнении учащимися ролей, «вплетенных» в драматургию урока», в оформлении листовки-обращения, направленной против реставрации фашизма. На уроке звучит музыка Д. Шостаковича, подробно изучается «Герника» П. Пикассо.

Активно используются и коммуникационные технологии. В процессе обучения мною даются задания, которые предполагают использование Интернета (учащиеся получают доступ в Интернет в школьном Интернет-центре). Таким образом, школьники приобретают дополнительные навыки работы во всемирной паутине, используя знания, полученные на уроках информатики, расширяют собственный кругозор, повышая собственный образовательный уровень.

В своей работе я часто задаю себе вопрос: «Как построить урок, чтобы он был интересным и эффективным?».

Безусловно, необходимо использовать новые оригинальные методики, сочетая различные формы и методы обучения, плотно насыщать содержание.

В частности, в своей работе я делаю упор на интерактивное обучение, основанное на диалоговых формах, способное значительно оптимизировать учебный процесс. К тому же интерактивные технологии предполагают активную позицию учащихся, способствуют развитию речи, вербального интеллекта, которые необходимы для успешной социализации каждого выпускника.

Такой интерактивный метод, как дискуссия, я применяю в старших классах. Например, в форме дискуссии успешно и интересно проходит урок по изучению живописи импрессионизма «Салон Отверженных». Такой урок дает широкую возможность старшеклассникам высказать свою точку зрения.

Наиболее трудным в плане организации методом являются дебаты, так как они требуют от учащихся жесткого соблюдения правил общения, регламента, строгой аргументированности позиции.

В форме дебатов успешно проходят уроки по изучения русского авангарда (абстракционизм Кандинского, супрематизм Малевича, «Аналитическое искусство» Филонова).

В конце дебатов тайм-кипер подводит итог и дает оценку ходу дебатов в целом, а затем, на заключительном этапе, организуется открытая трибуна для всех участников: «Я считаю, что …». На этом этапе, как участники команд, так и зрители могут высказать собственное мнение независимо от роли, которую они выполняли в дебатах.

Одна из основных практических задач современного образования – обучение школьников специальным знаниям, а также развитие у них общих умений и навыков, необходимых в исследовательском поиске. То есть умения видеть проблемы, задавать вопросы, наблюдать, работать с текстом, классифицировать, выдвигать гипотезы, проводить эксперименты, структурировать, делать выводы и умозаключения, доказывать и защищать свои идеи.

Исследовательская работа в области мировой художественной культуры приучает старшеклассников к самостоятельной работе с произведениями различных видов искусства, обогащает кругозор, помогает формировать оценочные позиции.

В зависимости от объекта исследования ученические работы по МХК можно разделить на группы:

– работы, в которых проводится анализ художественного произведения (живописного, музыкального, архитектурного, литературного), с целью выявления его художественного своеобразия, особенностей авторского стиля, мастерства художника. Например, цель уроков «В мастерской художника» и т.д.;

– работы, в которых разрешение поставленной проблемы осуществляется на основе сравнения двух или нескольких произведений искусства, творчества писателей или композиторов одного направления, причем проблемы могут носить различный характер: мировоззренческий, эстетический, культурологический. Например, «Особенности восприятия мира в музыкальной культуре барокко: Бах и Гендель»;

– работы, предполагающие интеграцию литературы, истории, философии, лингвистики, математики, приучающие учащихся видеть общность гуманитарных знаний и точных наук.

Также я применяю технологию РКМЧП («Развитие критического мышления через чтение и письмо»).

Основа РКМЧП – самостоятельная работа учеников, способствующая развитию таких навыков мыслительной деятельности, как сравнение, систематизация, анализ, обобщение и т.д.

На своих уроках я стараюсь активно использовать такие методы РКМЧП, как «синквейн», «кластер».

Синквейн применяю при обобщении материала, например, после изучения творчества Сальвадора Дали предлагаю ученикам составить синквейн «Интеллектуальные ребусы Дали: случайность, фантастика или жизненная философия художника».

Кластер («смысловая гроздь») эффективен на начальном этапе урока анализа произведения или художественного направления в живописи, архитектуре, музыке для актуализации знаний. Например, кластер можно составить при изучении темы «Изобразительное искусство реализма».

Также в своей учебно-педагогической деятельности я применяю на уроках технологию проектного метода обучения, потому что эта технология включает в себя алгоритм любой интеллектуальной деятельности. Проект как технология делится на этапы: начинание, планирование, принятие решений, выполнение, рефлексия (оценка деятельности), защита.

В уроке-проекте основной упор делается на планирование деятельности и самостоятельные действия ученика.

В процессе обучения проектному методу меняется роль учителя и учеников: учитель выступает в роли консультанта и помощника, учащиеся – в роли активных участников.

У учащихся формируются умения выступать перед публикой, отстаивать свою точку зрения, излагать свое видение проблемы. По сути это незаменимые умения для человека, желающего добиться успеха практически в любой профессии.

Например, урок-проект по теме «Музыка России ХХ столетия» ставит целью не только организацию самостоятельного освоения учащимися особенностей российской музыки ХХ в., успешно развивающей традиции зарубежных и отечественных композиторов, в то же время пролагающей новые пути, осуществляя смелые эксперименты, но и обучение созданию проекта в рамках урока, формированию информационных, коммуникативных, деятельностных навыков в процессе учебной деятельности.

Занятия я провожу в группах по 6-7 человек. Задание группам заключается в создании слайдовой презентации по одной из тем: «Музыка начала ХХ века», «Композиторы советской эпохи», «Феномен массовой песни» и т.д. (см. презентации по адресу:

http://www.alted.ru/oo540/html_fragments/Prezentacia.files/muzik20.ppt http://www.alted.ru/oo540/html_fragments/Prezentacia.files/iskusstvo_modernizma.pptx).

Урок-проект предполагает следующие самостоятельные действия учащихся:

– распределение обязанностей в группе;

– изучение предложенного материала;

– отбор материала для слайдов;

– разработка макета презентаций (6-8 слайдов);

– поиск дополнительного материала в Интернете (фотографии, тексты, рисунки) и других источников;

– создание слайдовой презентации;

– выбор лидера, представляющего проект;

– проведение презентации;

– оценка презентации, рефлексия, выводы.

Ресурсы и инструменты для реализации проекта: материалы учебника, раздаточный материал, компьютеры, Интернет, сканер. Презентации, созданные учениками, в дальнейшем использую как методический материал на уроке в другом классе (см. примеры презентаций по адресу: http://www.alted.ru/oo540/html_fragments/Prezentacia.files/modernizm.ppt).

Проектный метод открывает широкие возможности межпредметной интеграции. Технология Intel «Обучение для будущего» по организации проектной деятельности учащихся, освоенная мною дистанционно, позволяет существенно оптимизировать процесс создания межпредметных проектов. Так, созданный мною совместно с учителем литературы проект «Почему именно Петр Первый становится одним из любимых героев пушкинских произведений?» (описание проекта размещено на http://wiki.iteach.ru/ и по адресу: https://docs.google.com/present/edit?id=0AW8dT3XBG_UjZGc0c2RqejdfMDViNnJ2c2do&hl=ru), реализованный затем с учащимися 7 класса в школьной локальной сети, показал, насколько интересна для учащихся работа в сети с Интернет-ресурсами, эффективна самооценка, наглядно ведение электронного портфолио проекта, где каждый ребенок видит результаты своего труда.

Также, стремясь активизировать учебную деятельность учащихся и учитывая, что в старших классах большинство моих учеников свободно владеют информационными технологиями, я применяю в своей практике один из инновационных способов развития навыков информационной и исследовательской деятельности учащихся – веб-квест.

Так, мною разработан веб-квест «Французские импрессионисты – «Живописцы счастья» в рамках образовательной программы мировой художественной культуры в 11 классе.

Создание веб-квеста (он создавался локально в сети школы как веб-страница) предполагает коллективную работу учащихся над проблемными заданиями с элементами ролевой игры. Учащиеся, после предварительного выявления интересов, распределились по группам с определенной ролью («художники», «актеры», «критики», «музыканты», «журналисты»). Перед каждой группой была поставлена проблема, которую она должна была решить, используя различные ресурсы, чтобы в итоге с разных позиций ответить на основополагающий вопрос: правильно ли утверждение, что «живопись импрессионистов – это мир, увиденный по-новому». Веб-страница, созданная в результате совместной деятельности учащихся, содержала в себе закладки каждой ролевой группы с выкладками их исследований по направляющим вопросам, проиллюстрированные произведениями художников-импрессионистов и доказательными выводами по каждой проблеме, связанной с основной темой. Заключительный урок – презентация веб-страницы и основанная на ней дискуссия всех участников веб-квеста.

Такая форма организации учебной деятельности учащихся способствует мотивации к самообучению, реализации креативного потенциала, повышению личностной самооценки, развитию невостребованных в учебном процессе личностных качеств (например, поэтические, музыкальные, художественные способности).

На этих уроках учащиеся получают возможность раскрыть свои способности, сориентироваться в высокотехнологичном конкурентном мире.

Поэтому я предъявляю строгие требования к структуре учебных программ разных уровней, к условиям их реализации и к результатам усвоения, через глубоко продуманное календарно-тематическое планирование, составление поурочного плана и подготовки к итоговой аттестации, т.е. знаний и умений, приобретенных учащимися по окончании года или на выходе из школы.