Врачу, исцелися сам…

 
Еще со второй половины XIX века такими выдающимися философами, как П. Флоренский и В. Вернадский, выдвигалась идея единой информационной структуры планеты Земля. В ее основе лежит задача изучения не только материального мира, но и духовной мысли. Каким же образом достичь этого синтеза в условиях современного образования, когда, с одной стороны, мы наблюдаем крайний предметоцентризм, тенденцию к устранению из школьных учебных планов таких дисциплин, как мировая художественная культура, история культуры и искусства, философия, а с другой стороны, провозглашается интеграция, а конечным итогом видится формирование в сознании ученика единой картины мира?

Но как говорится: «Врачу, исцелися сам». Начинать формирование этого единства нужно, прежде всего, в своем сознании, сознании педагога, не замыкаясь в своем предметном содержании, а стараясь выйти за его рамки в широкое культурно-информационное поле. Только так знания по каждому отдельному предмету станут частью общей картины мира, пусть даже научной (в идеале же картина мира может быть и философской, и религиозной). Пока же мы наблюдаем потрясающую узость педагогического сознания, когда единственным способом познания действительности считается естественнонаучный, а история изучается не как история культуры, а как история войн, и когда математик уверен в том, что математика – царица наук, а английский язык нужно изучать для того, чтобы овладеть компьютерной грамотой и т.п. Поэтому не приходится удивляться такой же узости сознания наших учеников. «Засорение англицизмами языка жителей села N» или «Засорение англицизмами языка жителей села NN» – это темы исследовательских работ учащихся на краевой научно-практической конференции. На вопрос, какая из сфер жизни наиболее подвержена засорению, ученик ответил: «Косметическая». За всей комичностью его ответа отчетливо видна уже сформировавшаяся в сознании ребенка «картина мира»: село N – центр мира, его жители в полном информационном вакууме и при этом вовсю засоряют свою речь англицизмами! Вопроса, люди какого возраста употребляют больше заимствований, с какой целью, понимают ли значения произносимых слов, у ребенка не возникает. Засорен язык жителей села N англицизмами. И точка.

Таким образом, становится понятным, что если учитель не будет включать наряду со специальным предметным содержанием культурно-значимую информацию, то этот практически единственный «канал», по которому ребенок может войти в культурно-исторический пласт ментальности, окажется закрытым. Только такой подход открывает естественные связи любого школьного предмета с психологией, психолингвистикой, этнографией, страноведением, философией, искусствоведением и другими интегрированными дисциплинами, помогая увидеть базовые оппозиции культуры, закрепленные в языке, и дополнить изучение материи духовностью, представлениями об окультуренных человеком сферах: пространственной, временной, деятельностной и т.д.

В связи с этим вспоминается целая серия научно-практических семинаров, которые были проведены педагогами гимназии №123 г. Барнаула, в которой я имею счастье работать в течение 15 лет: «Математика глазами филолога», «Гуманитарные составляющие математического образования», «Культурологический подход к изучение естественных наук», «Физическая картина мира» (семинар был проведен по просьбе учителей гуманитарной кафедры), «Цветная музыка стиха», «Интеграционные возможности родного языка», «Слово как средство смыслообразования» и др. Количество и востребованность этих семинаров обнаружили взаимный интерес педагогов не только к своим предметам, но и к смежным и даже, казалось бы, к далеким.

Как предметник-филолог хотела бы поделиться некоторыми из своих наработок, а именно использование элементов лингвокультурологии на уроках русского языка.

Лингвокультурология – дисциплина, изучающая проявление, отражение и фиксацию культуры в языке и дискурсе. Благодаря лингвокультурологии, язык в сознании учащегося предстает не сводом орфографических и пунктуационных правил, а частью социальной памяти. Языковые факты интерпретируются через глубинный внеязыковой контекст. Возможности, открывающиеся при этом, чрезвычайно широки: предметы действительности, понятия, концепты культуры в их языковом выражении воспринимаются как целостная система идей, традиций, образа жизни, национального характера, менталитета.

Как научная дисциплина, лингвокультурология характеризуется рядом специфических особенностей:

– это дисциплина синтезирующего типа, пограничная между науками, изучающими культуру и филологию;

– предметом лингвокультурологии являются национальные формы бытия общества, основанные на его культурных ценностях, что составляет языковую картину мира;

– объективная, полная и целостная интерпретация культуры требует от лингвокультурологии системного ее представления в языке в их диалектическом взаимодействии;

– контрастивный анализ лингвокультурологических сфер разных языков сближает эту дисциплину со страноведением и этнолингвистикой.

Совокупность этих особенностей позволяет описать русское культурное пространство сквозь призму родного языка на всех его уровнях.

Так при изучении фонетики необходимо говорить и о происхождении мира, и о теории восходящей звучности, и о последних исследованиях влияния звучащего слова на живой организм, об уникальных особенностях сонорных звуков, о звуке колокола или молитвы и т.п.

В разделе словообразование целесообразно не только расчленять слова на морфемы с единственной целью – научиться это делать правильно и получить хорошую отметку – но и анализировать значение каждой части, вариации смыслов при изменении состава слова. Естественно, что подбирать слова для морфемного анализа следует с особой тщательностью, они должны отражать специфику существующей системы ценностей, особенности восприятия мира, например: «совесть», «счастье», «удаль», «юродивый», «судьба», «авоська» и пр. Несомненный интерес представляют слова, содержащие ошибки учащихся: «дикобристы» (вместо «декабристы»), «щасье» (вместо «счастье»), «конститукции» (вместо «конструкции») и др.

Лексический уровень – самый богатый для лингвокультурологических изысканий, ибо значение слова – эта та тропинка, которая соединяет язык и внеязыковую реальность, но не напрямую, а с учетом особенностей мировосприятия как конкретной личности, так и целой нации, говорящей на данном языке.

Морфология также содержит в себе культурологические смыслы: это и особенности использования местоимений, и изобилие прилагательных, и сравнительно-сопоставительный анализ грамматических форм разных языков – родного и изучаемых иностранных (в гимназии изучаются два иностранных языка), и пресловутое «засорение англицизмами речи жителей села N» и пр.

Культурологические акценты легко расставить и при изучении синтаксиса, так как за сухими грамматическими схемами лежит определенная социокультура, и мир подчинительных союзов, например, иллюстрирует мир отношений: причина, следствие, уступка, условие и т.п. Особого внимания заслуживает изучение интонационных конструкций, позволяющее во всей полноте оценить напевность, гармонию и стройность правильной выразительной речи.

Таким образом, «окультуривая» языковые единицы, можно не только сформировать знания, умения и навыки, но и способствовать включению любого языкового знака в поле культурных ассоциаций, свойственных национальному самосознанию. Это соответствует общей тенденции современной лингвистики – переходу от структурной лингвистики (внутренней) к лингвистике внешней, называемой еще антропологической, ибо, по моему твердому убеждению, нельзя познать язык, не выйдя за его пределы, не обратившись при этом к Человеку не только как к его носителю и пользователю, но и как к его создателю, к языковой Личности.