Incendie dans la culture de l'ancienne Altaï kochevnykov

Shtebrova Svetlana Yakovleva,
Российский государственный педагогический университет
им. А.И. Herzen, ingénieur 2 catégorie,
кандидат культурологии,
Санкт-Петербург, Russie

Développement de technologies pour l'utilisation du feu dans le traitement des métaux peut être défini comme étant le principal facteur de la genèse culturelle des tribus de nomades Eurasia dans son ensemble, et les anciens nomades de l'Altaï, в частности. Поистине революционным событием стало появление кованых железных удил, надежно подчинивших коня всаднику. Освоение верховой езды привело к быстрому перемещению различных кочевых племен на новые территории. Результатом этого продвижения стала эпохальная смена культуры в Саяно-Алтайском регионе. В Горном Алтае смена культурных стандартов и эталонов началась в VI в. до н.э., quand il est apparu un groupe de nomades guerriers, - Ancêtres Pazyryks, - Il est subordonné à la tribus locales mayemirskie[1].

К сожалению, auto arrivé nomades, — создателей пазырыкской археологической культуры, неизвестно, поэтому основой для реконструкции истории кочевых племен Алтая VI – II вв. до н.э. остаются археологические материалы. Многие исследователи возникновение и развитие культуры древних кочевников Алтая связывают с высокими цивилизациями Древнего Востока — Передней Азией и Ахеменидским Ираном[2]. MI. Артамонов и С.А. Яценко считали алтайских кочевников ираноязычными народами[3]. В пользу ираноязычного происхождения древних кочевников Алтая свидетельствует концентрация топонимов иранского происхождения на территории бывшей пазырыкской культуры[4]. Conclusions intéressantes sur cette question peut être fait en analysant le symbolisme du feu dans Pazyryk art.

Dans le rude climat des montagnes de l'Altaï feu, il a été largement utilisé dans la vie quotidienne - pour le chauffage et l'éclairage des maisons, faire des outils, cuisine, etc.. На костре производился обжиг вылепленных вручную глиняных сосудов[5].

Ведение кочевого хозяйства сопряжено с постоянной опасностью захвата скота грабителями, de sorte que le feu a été utilisé dans la forge - pour la production d'armes. serruriers Pazyryk ont ​​maîtrisé la technologie des armes de bronze de coulée, ainsi que le forgeage des poignards de fer et vtokov Chekanov[6].

В результате исследования погребальной обрядности В.Д. Кубарев и П.К.Дашковский выявили культ огня у древних кочевников Алтая[7]. С огнем связано символическое очищение могилы (прокаливание огнем стенок ямы, а также покрытий срубов погребальных камер), курение конопли, совместная трапеза в ритуале погребения и поминовения усопших. Само же помещение тела умершего в колоду-саркофаг, т.е. окружение мертвого со всех сторон деревом (= огню, согласно индоиранской традиции), воспринималось как символическая жертва огню[8].

На раннем этапе развития пазырыкской культуры (середина VI – вторая половина VI века до н.э.[9]) встречаются реалистические изображения огня. Девятнадцать подвесок в виде языков пламени обнаружены на узде и нагрудном седельном ремне в Первом Туэктинском кургане[10] Седельные подвески трех коней (конь «собственного седла» — № 2, а также кони № 4 и № 8) из Второго Башадарского кургана деревянные. Они вырезаны в виде языков пламени и соответствующим образом раскрашены[11]. Подобных изображений огня больше не встречается ни в среднем, ни в позднем периодах развития пазырыкской культуры.

Ключевая стихия во всей иранской ритуалистике — огонь в виде языков пламени, — был одним из воплощений иранского фарна[12]. Огонь ассоциировался со счастьем (фарном) la manière dont chacun, et avec bonheur à la maison, рода, règlement, localité, pays[13].

Наряду с реалистическими языками пламени на сбруе коня «собственного седла» было прикреплено множество подвесок, которые С.И. Руденко назвал «листовидными фигурами с «запятой» на концах»[14]. Однако подвески сделаны не в виде листьев, а в виде стилизованных головок хищных птиц. Хищная птица — фарн, — дух-покровитель воина, а также ловчая птица, берущая добычу в любой ситуации. Фарн в образе орла обожествлялся в древности в Иране и Средней Азии как бессмертная сущность, душа мира и человека. Его инкарнациями были Баран, Soleil, Свет, Птица, Конь, Верблюд, Кабан, Воин[15]. На территории Сибири орел почитался в древности как повелитель огня, могущественная царственная птица, верховное светлое божество с огнем в глазах[16].

На голове коня находилось вырезанное из дерева навершие в виде рогов горного козла. Общее количество рогов козерога на конских навершиях, trouvée dans les premier et second monticules Tuektinskom Bashadarskom - 18. Considérant, que la chèvre de montagne était tribus totémiques du plateau iranien[17], Farn incarnation comme la chasse et la chance militaire, le sort de l'art iranien[18], les raisons apparentes de la "série" la première vague d'immigrés passe ainsi Ibex-cheval. С другой стороны, основным атрибутивным животным огненного божества Агни является конь буланой, золотистой масти. Породистые кони алтайских кочевников были именно рыжего, солнечного цвета.

Le rôle du cheval dans la gestion du troupeau, campements et raids militaires, tel, qu'un homme et une forme de cheval-nomade, dit mots. Gacheva, "Centaure"[19]. Performances des anciens nomades de l'Altaï sur le sort de l'unité militaire du cavalier et son cheval sont incarnées dans l'enterrement du chef de la butte Deuxième Bashadarskogo,ru. Как воплощение фарна — неотделимой от человека, предопределенной судьбы, сверкающий золотом конь-козерог-фарн «уносил» вождя-воина на небесные пастбища.

Ces chevaux mythiques, des chèvres dans le Pazyryk du compartiment de cheval Barrows ne répond plus. Cependant, la durée moyenne d'une figurine en bois, cheval de chèvre se déplace sur la tête de l'homme. теперь конь-козерог постоянно встречается на макушках войлочных шлемов, сделанных в виде головы птицы. Так, резные фигурки шести коней-козерогов обнаружены В.Д. Кубаревым на шлемах рядовых кочевников, погребенных в курганах Юстыда. В курганах Уландрыка встречается от двух до четырех экземпляров в одном кургане[20]. Les figures des chevaux célestes complètement enveloppé dans la feuille d'or, et deux chevaux, figurines sculptées de Barburgazy marques soleil-lune[21].

Farne sous la forme d'un bélier[22] Il répond à la fois le harnais de cheval, et sur les vêtements et tatouage nomades. En tant que symbole de la victoire, gloire, prouesse, Farnham, tête du bélier utilisé dans le symbolisme du noble guerrier vêtements du monticule Kuturguntas[23]. Возможно, с представлениями алтайских кочевников о магических свойствах бараньего руна связана практика шитья шуб с «хвостами» из овечьих шкур белого (солнечного) цвета. Le casque d'un fleuron en forme de la tête d'un oiseau et un manteau de fourrure avec une «queue» du guerrier ressemblait à un oiseau de proie (incarnation Farnell[24]).

Selon VY. Mykhailyna, comme "le bonheur", "Luck", «Succès», La «richesse», Farn a été associée principalement à la maison, assurer magiquement son bien-être. famille Farn Augmentation a été consacrée à la vie de tout être humain, en particulier le roi, en raison de son bien-être dépendait du succès de l'ensemble du pays.

Таким образом, conclusions suivantes.

На раннем этапе развития пазырыкской культуры Алтая правящая элита стремилась перенести на завоеванные территории традиции своей культуры. Cependant, la population indigène des montagnes de l'Altaï sont compris pas toutes les innovations. Тем не менее, ces innovations peuvent prendre pied dans une nouvelle tradition culturelle de la population indigène, si vous aviez une ressemblance physique. Например, déposé dans un cercueil en bois est peu susceptible d'être associé à Gorny Altai aborigènes avec l'idée de symbolique feu de tradition dans la tradition indo-iranienne,ru. Mais la taïga de la Sibérie depuis les temps anciens, il y avait des représentations du transport des âmes décédés à l'éternité à l'intérieur d'un tronc d'arbre[25]. Поэтому погребение знатных покойников в колоде-саркофаге сохранилось в культуре древних кочевников Алтая, несмотря на смысловые различия ассоциативных рядов.

Прослеживая параллели искусства древних кочевников Алтая с искусством Ахеменидского Ирана, исследователи указывали на обозначение мускульных контуров тел животных «точками» (кружками), «запятыми» и «полуподковками». Однако практически не рассматривались образы Фарна.

Фарн был представлен на Алтае в образе огня, языков пламени, в образе горного барана, хищной птицы (орел, гриф), cheval et chèvre de montagne. Bien que, le feu qui a accompagné la vie nomade et la mort, son portrait réaliste prouvé impopulaire. Дальнейшее распространение на Алтае в скифское время получили зооморфные метафоры огня-фарна.

Примечания в тексте

• Марсадолов Л.С. Археологические памятники IX — III вв. до н. э. Montagne Altai comme source historique et culturel (phénomène de la culture Pazyryk). Avtoreferat Dr.. дисс. СПб., 2000. 56 с. - C. 36.
• Gryaznov P.F.. Premier monticule Pazyryk. Л.: Etat de l'Ermitage Publishing House, 1950. 91 с. - C. 65; Rudenko SI. Arts Altai et de la Sibérie du Sud dans un temps scythe // L'histoire de l'art de l'URSS. В 9 томах. Tom 1. L'art des sociétés primitives et anciens états sur le territoire de l'URSS. Под ред. А.Л. Mongait et NV. Черкасовой. М.: «Изобразительное искусство», 1971. С. 255 – 275. - C. 270; Окладников А.П. Население Южной Сибири в I тыс. до н.э. и в I тыс. н.э. // Древняя Сибирь (Макет I тома «История Сибири»). Часть I. Эпоха доклассового общества и племенных союзов. С. 353 – 360.— С. 356.
• Артамонов М.И. Trésors de Saka. (blocs Amu-Dar'inskij. buttes Altai. Minusinsk bronzes. or sibérien). М.: Искусство, 1973. 280 с. (Monuments de l'art ancien).- C. 79; Yatsenko SA. Le costume des peuples iraniens de l'antiquité, et les méthodes de sa reconstruction historique et culturel. Дисс. pour le degré de docteur des sciences historiques. — М., 2002, 581 с. - C. 554.
• Maloletko AM. témoignages toponymiques de Saks dans l'Altaï // Les problèmes de l'archéologie de la steppe Eurasie (Отв. ред. А.И. Martynov). - Kemerovo, 1987, С. 52 – 53.
• Rudenko SI. Culture population Altai centrale dans le temps scythe. М.-Л.: Издательство Академии Наук СССР, 1960. 359 с. - C. 43.
• Кубарев В.Д. Курганы Юстыда. Новосибирск: Наука, Сибирское отделение, 1991. 190 с. Табл. (80 с.). - C. 77.
• Кубарев В.Д. Курганы Юстыда. Указ. соч.,С. 25; Дашковский П.К. Космологическая модель пазырыкского кургана // Quatrième mémoire historique de lecture MP. Hraznova. Омск, 1997. С. 44 – 47.
• Mihailin VY. Le sentier des mots d'origine animale. Spatialement orientés codes culturels dans la tradition indo-européenne. М.: New Literary Review, 2005. 539 с. - C. 110.
• Barkov LL. A propos de l'histoire et locales des différences dans l'image des herbivores et de prédateurs dans l'art des premiers nomades de l'Altaï (l'expérience de l'analyse statistique) // ASGE, Вып. 32. СПб.: Le musée de l'Ermitage, 1995. С. 60 – 76.
• Rudenko SI. Culture population Altai Central…Указ. соч., table. table. LXXXVI, 2, 3.
• Там же, table. CXXIII, 1, 2.
• Mihailin VY. Le sentier des mots d'origine animale. Указ. соч., С. 126.
• Litvinsky BA. Kangyuysko de Fahrner (aux historiques et culturelles cravates tribus du sud de la Russie et de l'Asie centrale). Tadjike Académie des sciences. Institut d'histoire de. А. Donisa. Douchanbé: connaissance, 1968. - C. 48.
• Rudenko SI. La culture de la population de Gorny Altai dans le temps scythe. URSS Académie des sciences. Institut d'histoire de la culture matérielle. М.- Л.: Editeur Académie des sciences de l'URSS, 1953. 402 с., ил. - C. 76.
• Kuzmina EE. Мифология и искусство скифов и бактрийцев: (Культурологические очерки) = Mythology and Art of Scythians and Bactrians: (Essays on cultural history) / Министерство культуры Российской Федерации. Российский институт культурологии. М., 2002. 288с.; 16 л. ил. - C. 34.
• Штернберг Л.Я. Le culte de l'aigle des peuples sibériens // Collection MAE, T.V, 2. - L., 1925, С. 717 – 740. - C. 719.
• Masson VM. Asie centrale et l'Orient ancien. - Leningrad: Наука, 1964. — 467 с. - C. 393.
• Mihailin VY. Le sentier des mots d'origine animale. Указ. соч.. С. 131.
• Gachev D. images nationales du monde. Kosmo-Psycho-Logos. М.: groupe d'édition "Progress" - "Culture", 1995. – 480 с. - C. 139.
• Кубарев В.Д. Курганы Юстыда. Указ. соч., С. 140.
• Там же, С. 145.
• Litvinsky BA. Kangui-Sarmatian Farn ... Décret. соч. С. 48.
• Polosmak NV. "Protégeons barbells d'or" (intégré alahinskie). Новосибирск: ВО «Наука». Сибирская издательская фирма, 1994. 125 с. - C. 72.
• Litvinsky BA. Kangui-Sarmatian Farn ... Décret. соч. С. 48.
• Дьяконова В.П. Reflet d'une cérémonie funèbre dans le folklore Tuvan // Фольклор и этнография. Rites et folklore rituel. Л.: Наука. Ленинградское отделение, 1974. С. 259 – 266. - C. 262.

Список использованных источников

• Артамонов М.И. Trésors de Saka. (blocs Amu-Dar'inskij. buttes Altai. Minusinsk bronzes. or sibérien). М.: Искусство, 1973. 280 с. (Monuments de l'art ancien).
• Barkov LL. A propos de l'histoire et locales des différences dans l'image des herbivores et de prédateurs dans l'art des premiers nomades de l'Altaï (l'expérience de l'analyse statistique) // ASGE, Вып. 32. СПб.: Le musée de l'Ermitage, 1995. С. 60 – 76.
• Gachev D. images nationales du monde. Kosmo-Psycho-Logos. М.: groupe d'édition "Progress" - "Culture", 1995. – 480 с.
• Gryaznov P.F.. Premier monticule Pazyryk. Л.: Etat de l'Ermitage Publishing House, 1950. 91 с.
• Дашковский П.К. Космологическая модель пазырыкского кургана // Quatrième mémoire historique de lecture MP. Hraznova. Омск, 1997. С. 44 – 47.
• Дьяконова В.П. Reflet d'une cérémonie funèbre dans le folklore Tuvan // Фольклор и этнография. Rites et folklore rituel. Л.: Наука. Ленинградское отделение, 1974. С. 259 – 266.
• Кубарев В.Д. Курганы Юстыда. Новосибирск: Наука, Сибирское отделение, 1991. 190 с. Табл. (80 с.).
• Kuzmina EE. Мифология и искусство скифов и бактрийцев: (Культурологические очерки) = Mythology and Art of Scythians and Bactrians: (Essays on cultural history) / Министерство культуры Российской Федерации. Российский институт культурологии. М., 2002. 288с.; 16 л. ил.
• Litvinsky BA. Kangyuysko de Fahrner (aux historiques et culturelles cravates tribus du sud de la Russie et de l'Asie centrale). Tadjike Académie des sciences. Institut d'histoire de. А. Donisa. Douchanbé: connaissance, 1968.
• Maloletko AM. témoignages toponymiques de Saks dans l'Altaï // Les problèmes de l'archéologie de la steppe Eurasie (Отв. ред. А.И. Martynov). - Kemerovo, 1987, С. 52 – 53.
• Марсадолов Л.С. Археологические памятники IX — III вв. до н. э. Montagne Altai comme source historique et culturel (phénomène de la culture Pazyryk). Avtoreferat Dr.. дисс. СПб., 2000. 56 с.
• Masson VM. Asie centrale et l'Orient ancien. - Leningrad: Наука, 1964. — 467 с.
• Mihailin VY. Le sentier des mots d'origine animale. Spatialement orientés codes culturels dans la tradition indo-européenne. М.: New Literary Review, 2005. 539 с.
• Окладников А.П. Население Южной Сибири в I тыс. до н.э. и в I тыс. н.э. // Древняя Сибирь (Макет I тома «История Сибири»). Часть I. Эпоха доклассового общества и племенных союзов. С. 353 – 360.
• Polosmak NV. "Protégeons barbells d'or" (intégré alahinskie). Новосибирск: ВО «Наука». Сибирская издательская фирма, 1994. 125 с.
• Rudenko SI. Arts Altai et de la Sibérie du Sud dans un temps scythe // L'histoire de l'art de l'URSS. В 9 томах. Tom 1. L'art des sociétés primitives et anciens états sur le territoire de l'URSS. Под ред. А.Л. Mongait et NV. Черкасовой. М.: «Изобразительное искусство», 1971. С. 255 – 275.
• Rudenko SI. La culture de la population de Gorny Altai dans le temps scythe. URSS Académie des sciences. Institut d'histoire de la culture matérielle. М.- Л.: Editeur Académie des sciences de l'URSS, 1953. 402 с., ил.
• Rudenko SI. Culture population Altai centrale dans le temps scythe. М.-Л.: Издательство Академии Наук СССР, 1960. 359 с.
• Штернберг Л.Я. Le culte de l'aigle des peuples sibériens // Collection MAE, T.V, 2. - L., 1925, С. 717 – 740.
• Yatsenko SA. Le costume des peuples iraniens de l'antiquité, et les méthodes de sa reconstruction historique et culturel. Дисс. pour le degré de docteur des sciences historiques. — М., 2002, 581 с.